Глава VI. Общественный строй, хозяйство и культура, часть 2, с. 197-216: современная орфография
Вече, пригороды и князь, управление, двор и войско, дружина, боярство и несвободные люди; торговля с немцами и русскими землями, монета и вес; крещение, епархия, Евфросиния Полоцкая, церкви, язык и народные бедствия. С. 197-216. Текст в современной орфографии.
земли; в то же врёме. каждый удельный кйязье полизуетёя полною самостоятельнбэтьюи совершенною’ еезависимостью не теиико” от полоцкого князя, нб даже от сиаршего. Енязя одной с“ним квня- жеской партии. В вйду всёго сказанного Мы нё Ётанеме говорить отдельно830 полоцком князе, а зайнемся вообще вопросей 0 Ёвязьяк 5 Полоцкой земле, об их ёбязйанностях, власти йи йоложёнии.е
Неё. смотря на то, что кеяжёская власть Ёъе Полоцкой’ зёмлее была в сильной ётепени ограничена общиной, чем пе менее вняиъйи Эвлялись необходимым элементом общественного строй земли, Mui’ не говорим }жё о тех случаях, когда евоиосте оставалась без. ияёя по независящим от нея обстозтельствём, но даже в TOME случае, когда сзма община изгоняла своего князя, на смену ему приглайиался другой князь. Изгнав, по требованию Мстислава, Давида Всеславича, Полочане сейчас же избрали себе’ нового’ князя; Рогволода “Всесзитичй. Но мало того, сознание необходимости княжеской власти у них было настольео интензивно, что они принвйли меры, чтобы Мстислав не лйшиле их князя, и. обратились к нему за утверждением, чтб можнб обхяснить только настоятельной необходимостью князя для “волости в831.иТаким же образом поступали Полочане после изгнания Свитонблка в 1132 roxy, послеж ссылки Рогволода в Минске и е. д. Но это происходело не в одном только Полоцке; ив Аругихе волёстях Полоцкой земли набеление, лишившись князя, всегда заботйлосв832 праглашении заместителя ему; так, Дру- Чане изгнали Глеба Ростиславичи, а вместо него пригласили Рогви- лода Борисовича ис). Такой образ действий земства Полоцкой земли вполне понятен: община не могла постоянно’ заниматься’ гбсударст- Венными делами, между тем как и в’ то время управление волобхью было довольно сложнои прй таких обстоятельствах немыслимо было довольствоваться таким непостояннымеъи правительством, как вече, и нужно было иметь такое лицо, которое могло’ бы постоянно заниматься управлением, % такиме дицоме моге беиь только кйязь; поэтому коязья язлялись необходимым. Язфмевиом обществённато строя Полоцкой земли. и Саеьное развииие власти полоцкого Bbua и выиекающая отсюда слабостъи княжеёеой власти сказались и на внешних признёеках княжеской власти: между тем как в других русских землях князья главныхе городов носили титул „великого князя“, полоцкий княз именуется прёсто экняземе“ “и, 1 в то же время этотътитул прилагается к князьям других волостей Полоцкой земли “833. Таким образом, все внязья Полоцкой земли были равны между собою не тодько по власти, но и по титулу. Наименование князей Полоцкой земли „иосподиноме“ „отцоме“ и „царем“ как бывало в других русских землях, совершенно отсутствует в Полоцкой. земле, а в тех случаях, когда народ хотел особенно почтит своего князя или выразить ему свою симцатию, он называет его „княже нашь“834. В Полоцке, вакъе и в Киевской земле835, существовал обряде настолования князя, служивший внешним знаком приобретения князем стола. Существовал ли этот обряд еще при идемнных князьях Полоцкой земли, или введение его относится только к Изяславу, мы затрудняемся сказать, Но несомвенно, что при Изяславичах он практиковался все время и просуществовал, вероятне, до водворения Литовцев в Полоцкой земле. Древнейшая форма названного обряда состояла в том, что народ действительно сажал нового князя на стол, вследствие чего и выработался особый термин „посадить“. Между тем в XI—XII вв. летописи, на рзду с указанным термином, употребляют также выражение „седи ва столе“. Так, рассказав о смерти Брячеслава, летопись говорат, что „Всеслав, сын его, седе на столе его, после изгвания Святополка из Полоцка, Полочане „посадиша“ Василька Святославача; о вокняжении Рогволода Борисовича в Полоцке во второй раз летопись говорит, что он „седе на столе дпда своего и отца сфоего, с честью великою“, посде рассказа о бегстве Рогводода Борисовича в Друцк летопись прибавляет: „Полотчане же xocaдиша в Полотьски Васильковича“836, При такой запутанности летописвых известий трудно сказать, в чем состоял в данное время обряд настолования., Правда, замещение княжеских столов большею частью путем избрания и употребление термина „посадиша“ позволяют с достаточною достоверностью предположить, что народ и теперь действитедьно сажал избранных им князей, но в случае перехода стола от одного кнззя к другому по наследству, судя по известию, о Всеславе, князь садился на стол, вероятно, сам, и вообще весь обряд настолования в таких случаях приближался больше к коронованию; тоже практиковалось, должно быть, и в тех случаях, когда новому князю хотели оказать особенный цочет, как показывает известие о Рогволоде7 ижмБорисовиче, Boodme обряд настоловавия князя происходил довольно торжественно, так летопись говорит, что Рогволод Борисович „седе на столе деда своего и отца своего, с честью великою“837.
Несмотря на значительное участие веча в управлении, функции князя в Полоцкой земле были весьма разнообразны, Вече не могло постолнно заниматься управлением, поэтому в ведении князя нзходидись почти все сферы тогдашного управления, но вся его деятедь- HOCTh происходила под строгим контролем общины, и её орган вече всегда могло вмешаться в дезтельность князя, раз оно находило, что князь действует несогласно с интересами и желаниями общины или какой-либо текущий вопрос обратил на себл внимание общины, и она хотела разобрать его сама. Но в общем, как внутреннее управдение, так и внешняя политика Dowd целиком лежали на кнззе.
В сфере внутреннего управления в Полоцкой земле князь прежде всего ведал военное дело; он был главным полководцем и распорядителем вф всякой войне; он предводительствовал не только своею собственною дружиною, но также земским ополчением изсцомогательными инородческими отрядами, Мы не будем приводить примеров этого рода деятельности князей, так как в сделанном выше обзоре политической истории можно BATH много таких примеров. Отметим только, что в литовский период князья тоже были главными начальниками войск и ведали все военное дело.
Во вторых князь назначал различных чиновников, эта сфера деятельности находилась в ведевиц княза, как при Изяславичах, так и после перехода Полоцкой земли в руки Литовцев. Так, нам известно. что Константин назначал тиунов в Полоцкой волости838р сын его, Михаил, назначал различных чиновников в Витебской волости839.
В третьих, князь ведад суд; он судил или сам или цоручал судебное дело своим тиунам. Так, о Всеславе автор сдова о полку Игореве говорит: „людем судяше“, следовательно, он дично отправлял суд. Вообще, справедливый суд в то время доставлял большое уважение князю, как показывает то, что автор слова о полку Игореве в числе прочих заслуг Всеслава ставит отправление им суда лично и“840, Но часто князья поручали судебные обязанности своим тиунам, и те брали взятки, несправедливо судили и вообще притесняли жителей, Несмотря на то, что это делал нё князь лично, порицание за несправедливый суд распространялось и на него, так как OBB судах не сам, а предоставил суд своим чиновникам841, и0007е .
“В четвертых, князь ведал иногда сношения с другими русскими землями и князьями, а также с иностранными государствами: вместе с тем бн заключал союзы и договоры, объявлял войну и заключал мир во всех тех случаях, когда община не прйнимала на себя лично этих обязанностей842. Впрочем, иногда князья заключали союзы ий договоры ёовместно с общиной; так договор с Новгородом о походе’,на Литву или на Чюдь был заключен не только Полочанами, по и „Полочскими князи“ и“843. Однако при йзяславичах князья должны были иногда разделять с общиной эти сферы государственной деятельности; за то после перехода Полёцкой земли къе Литозцаме эвешиия сношения почти целиком перёшли в ведение князя.
“В пятых, князь пздавал в литёвский период законы, при чём в этой сфере деятельности ему была подчинена и церковь; так, известный привилей монастырю св. иоанна Предтечи освобождает этот монастырь от всяких пошлин ве пользу полоцкого епископа й предоставляете исключительное право суда над. братиею и людеми, живущийй на земле этого монастыря, только игумену844.
В шестых, князья как из рода Изяславичей, так впоследствии и разных литовских династий, заботились в широкой стёпени цёрковном благоустройстве: они строили церкви, основывали монастыри, делали на них денёжные взносы, дарили им земельные угодия, предоётавляли различные права и преимущества и вообще. входили в различные нужды церкви е). 7
При такой широкой компетенции княжеской власти, OHA, по-видимому, Имеха все задатки, чтобы достигвуть широкого развйтия и высокой степени огушествя. Но в самой княжеской среде гнея
4 3 и дились такие недостатки, которые не только не позволяли развиться их власти, но привели ее в до-литовский период почти к окончательному падению.По справедливому замечанию проф. Сергеевича, между-квяжеская политика за весь этот период может быть охарактеризована как политика эгоизма; первая забота каждого князя состояла в увеличении собственных владений, и все приносилось ей в жертву: земский мир, узы родства845, Правда, в начале эти тенденции сказывались не во всем своем объеме, так как князья Полоцкой земли были заняты борьбой с киевскими князьями, которая отвлекала все их внимание, а потому и рознь в их среде не могла развиться в сильной мере. Кроме того, борьба с киевскими князьями была вызвана целым рядом условий, которые отчасти оправдывали ее, а потому они даже встречали сочувствие со стороны земства Полоцкой земли, и таким образом единение их с землей не только не нарушалось, но даже укреплялось в виду общности интересов, Но борьба отчасти обусловливалась так же эгоистической политикой, так как Всеславичи стремились не только восстановить свои права, но вместе с тем пользовались каждым удобным случаем для увеличения своих владений, Поэтому только сильное нерасположение земства Полоцкой земли к киевским князьям объясняет то единение Всеславичей с их землей, которое мы замечаем в это время, несмотря на то, что постоянные неурядицы и войны ложились тяжелым гнетом на население земли. Ссылка в Царьград заставила Всеславичей понять всю невозможность борьбы с киевскими квязьями, и по возвращении из ссылки они сразу переменили политику по отношению к последним, Казалось бы, что теперь явилась для них полная возможность сблизиться с землей и укрепить свое положение, но они и не подумали об этом. Понимая свое бессилие и невозможность увеличивать свои владения на счет соседних земель, они ограничили поле своей деятельности в этом направлении только Полоцкою землею, но за то теперь они с полной силой проявили свою эгоистическую политику—стремление увеличить во что бы то ни стало свои владения. Правда, Всеславичи действовали в этом направлении не каждый порознь, а распались на три группы, при чем в каждой из этих групп господствовало полное согласие в добывании и увеличении владений, принадлежавших членам данной группы. Главною целью стремления всех этих групп был Полоцк, хотя и другие волости также вызывали борьбу между Всеславичами. В этой борьбе Всеславичи не обращали внимания ни на близкое родство друг с другом, ни на интересы земли, и все их стремления сводились к тому, чтобы завладеть иио- лоцком, а затем мало по малу, перевести в руки представителсй своей группы и другие лучшие волости, Несмотря на то, что борьба. велась по большей части только с помощью дружин, тем не менее земля страдала от нея, а это вызывало в земстве нерасположение к князьям, которое еще более увеличивалось вследствие того, что Всеславичи постоянно вмешивали в свои внутренние дела другие русские земли. Стремление к увеличению владений своих и сво-. ей группы доводило Всеславичей до того, что они не дорожили даже, расположением народа к ним, а это в свою очередь привело к тому, что население Полоцкой земли перестало дорожить своими книзьями и привыкло их менять при малейшем недовольстве ими. При. таком отношении Всеславичей к Полоцкой земле неудивительно, что Литовцы могли утвердиться в ней сравнительно легко.
Территория, тянувшая к Полоцку, может быть подразделёна в административном отношении на три отдельные части: первую, из них составляла собственно Полоцкая земля, ко второй можно отнести полоцкие уделы по нижнему течению Западной Двины, наконец, третья часть состояла из земель, плативших дань различным волостям Полоцкой земли, и потому она собственно не может быть причислена к непосредственным владениям Полоцкой земли. Мы ограничимся обзором устройства и управления только Полоцкой земли, так как об уделах по нижнему течению Западной Двины и ф землях данников и их устройстве мы говорили выше.
Как было уже сказано, Полоцкая земля до смерти. Всеслава представляла единое целое и управлялась только одним полоцким князем, но по смерти Всеслава она разделилась, подобно другим русским землям, на волости, или уделы, число которых постоянно возрастало, а вместе с тем уменьшалась и территория их. Но не все волости в Полоцкой земле имели одинаковое значение: векоторые из них были могущественнее и богаче, другие слабее и 6еднее. К первой категории относятся следующие волости: Полоцк, Мивск, Друцк и Витебск; ко второй принадлежат все остальные. волости. Меньшие и более слабые волости в начале. XII столетия обыкновенно тянули к более могущественным волостям, вместе с тем уделы, в которых сидели близкие родственники, тоже тянули друг к другу, так, Исяславль, в котором сидел Брязислав, сын Давида, тянул к Полоцку, где княжил Давид? еэ,
82) ср. Иват., с. 210 -211.
По возвращении Всеславичей из ссылки в Царьград все волости Полоцкой земли распались на три группы сообразно трем ветвям, княжившим в Полоцкой земле, в каждой из этих групп одна водост являлась центральной, к которой тянули остальные волости, принадлежавшие представителям одной с князем центральной волости ветви, Впрочем, все волости Полоцкой земли могут быть скорее разделены на тянувшие к Полоцку и на тянувшие к Минску, так как к Друцку не тянули другие волости, а он сам ва Щборот, постоянно тянул к Полоцку. Сообразно указанному разделению волостей, к первой категории можно отнести, кроме Полоцка, еще Витебск, Изяславль и Логожскв, вместе с тем Друцк го являлся в видеж самостоятельной волости, то тянул к Полоцку, вторую группу составляли Musces, Городец и Стрежевъи?), Таким образом, единение волостей в это время вытекало не изъвнутреннего единства их, а вызывалось родственными связями их князей; между тем волости постоянно переходили из рук одной княжеской ветви к другой, а вместе с тем изменялся и территориальвый состак указанвых двух групп“), Но в половине XII столетия уже замечается в общих чертах то территориальное разделение Полоцкой земли, которое выразилось в литовский период в распадении её на три земли: Полоцкую, Минскую и Витебскую, при чем в данное время те части Полоцкой земли, которые отошли впоследствии к Витебской земле, тянули еще или к Полоцку, или к Минску, так как Витебск был еще сам второстепенным уделом и тянул к Полоцку“).
Сведения наши 0 порядке преемства столов и распределения волостей между князьями весьма скудны, но по тем данным, которые у нас имеются, можно установить для Полоцкой земли следующие пать форм: 1) путем завоевания, 2) путем народного избрания, 3) по договору, 4) по праву и 5) по старейшинству. Путем завоевания та или другая волость Полоцкой земли или вся земля могли перейти не только к князю из рода Всеславичей, но и к князю из других княжеских родов. Так, после изгнания Всеслава Полоцкая земля досталась в удел сначала Мстиславу Изяславичу, а потом брату его Святополку %е); сослав Всеславичей в Царьград, Мстислав передал Полоцкую землю сыну своему, Изяславу, а последний, уходя из Полоцка, отдал ее брату своему,
з) Ипат., с. 310 211, 338—340, 855, 408—420.
““) Ипат., с. 840, 418—420; Никон., с. 11.
55) См. сказанное выше о Витебске. г) Ипат., с. 122.
Святополку 7), Примеров перехода волостей Полоцкой земли от одного князя из рода Всеславичей к другому князю из того же рода тоже есть несколько, так, Володарь Глебович, разбив Всеслава Васильковича, занял Полоцк по праву завоевателя ее); несомненно, таким же путем перешел Логойск от Всеслава Микулича к Васильку Володаревичу ), Второй способ перехода волостей от одного князя к другому представляет народное избрание, говоря о функциях веча, мы уже указали на тот факт, что такой способ можно достоверно констатировать только для Полоцка и Друцка, но несомненно, что избрание князей практиковалось и в других волостях Полоцкой земли. Примеров такого распределения волостей мы не будем приводить, так как раньше указали их много. Независимо от двух указанных способов распределения волостей в Полоцкой земле, князья передавали свои волести другим князьям по договору, при чем в этом случае они могли перейти ке князю, происходившему не из рода Всеславичей. Таким образом перешел Витебск от Всеслава Васильковича к Давиду Ростиславичу, после того как первый вокняжился в Полоцке). Перейдем теперь к двум другим способам распределения водостей.
Древнейшим способом преемства княжеских столов в Полоцкой земле был переход стола по праву отчины. „Кроме княжения и удела, говорит проф. Сергеевич: волости назывались еще отчинами князей, Отчина в этом смысле/ не однозначаща с современным понятием вотчины. Вотчина обозначает собственность; отчина же--княжение есть ни что иное, как стол отца, т. е. стол, который занимал некогда отец известного князя, Наименование отчиной усвояется каждой волостью по отношению к детям княжившего там князя и совершенно независимо от того, удалось им добыть стол отца по его смерти, или нет. Как волость отца по отношению ко всем его детам называется их отчиной, так и князья-сыновья по отношению к волости отца называются отчичами и опять независимо от того, удалось им занять отчий стол, или вет“ и), Но дело не ограничивалось одними названиями, и в древней Руси в связи с понятием о волости, как отчине, являлось представление о праве отчича кнажить в своей отчине: Рогволод
87) Ипат., с. 212. Лавр., с. 286. Никон., с. 157.
88) Ипат., с. 360—361. Сергеевич, Рус. юр. древ., т. Ци, в. е, с. 84.
89) Ср. сказанное нами раньше.
и°) Ср. Довнара-Запольского, ор. с., с. 153—154. э!) Рус. юр. др., т. и, с. 30—31.
Борисович отнимает Изяславль у Всеволода и передает его Брячиславу, „того бо бяше отцина“??). Существование такого порядка в Полоцкой землеъюш еще при первых Изяславичах несомненно, Мы видим, что по смерти Изяслава Полоцкая земля достается старшему сыву, Всеславу, а так так последний умер, по-видимому, бездетным, то ему наследовал брат его, Брячислав, который в свою очередь передал княжение своему сыну, Всеславу ?иа), Правда, такой порядок преемства столов вполне соответствует принятому теперь во всех государствах порядку престолонаследия, который состоит в том, что стол переходит в нисходящем порядке ю от отца к старшему сыну до тех пор, пока старшая линия не прекратится, тотда стол переходит к ближайшему родственнику последнего представителя этой линии и передается в роду последнего в указанном порядке; но такой порядок преемства полоцкого стола случайно совпал с современным и возник из начала отчины, а указанная выше форма его в это время объясняется тем, что Всеслав Изяславич умер бездетным, а Брязислав оставил единственного сына -Всеслава, Если бы дело обстояло иначе, то мы встретились бы, вероятно, еще до смерти Всеслава с преемством по--. лоцкого стола также на вачалах старейшинства, так как это понятие, как показывает распадение Полоцкой земли после Всеслава на уделы и вызванные этим события, существовало уже в то время. Впоследствии начало отчины в Полоцкой земле, по-видимому, утратило свое значение, и волости распределялись на других основаниях, нам известен только один приведенный выше пример передачи Изяславля Брячиславу, „того бо бяше отцина“ еиа). Впрочем, может быть, борьба разных линий Всеславичей из за Полоцка отчасти вытекала из того же начала отчины, так как для них всех он действительно являлся отчиной. Мы уже говорили, что волость, в которой княжил известный князь, была по отношению к его сыну отчиной, и тот имел право княжить в ней, понятно, если ему удастся получить ее. Вместе с тем вполне понятно, что у этого князя могло быть много сыновей, и в силу сказанного выше каждый из них имел полное право княжить в отчине. Если мы предположим, что стол перешел по смерти отца к старшему сыну, то другие должны княжить за ним в порядке старшинства, но и он мог иметь сыновей, которые тоже становились отчичами и имели права на княжение; таким образом, претендентами на
9) Ипнат., с. 340.
%%а) См. Ш главу. за) Ипат., с. 840.
стол сразу являлись и дяди и племянники, мало того, стол мог дёстаться случайно младшему отчичу, по смерти которого снова должен был возникнуть вопрос, к кому и в каком порядке должен перейти стол; кроме того, при распределении волостей обыкновенно старшие сыновья получали лучшие волости и со смертью их или с уходом из волости снова возникали споры отчичей изъеза лучших волостей. При такой запутавности отнощений необходимо было установить какой-нибудь порядок преемства столов и распределения волостей между отчичами, Обычное право древней Руси пыталось установить компромисс для соглашения притязаний отчичей и выработало институт старейшинства князей. Распределение во лостей и преемство столов по старейшинству можно констатировать и в Полоцкой земле, но только по возвращении Всеславичей из ссылки в Царьград, начало это действует здесь, во-первых, в случае смерти одного из отчичей и, во-вторых, ве случае перехода одного из отчичей на другую волость. Однако и в томъи в другом случае это начало применялось только тогда, когда не было викаких обстоятельств, которые могли бы повести к распределению волостей на совершенно других основаниях, как например, бывало при народном избрании, при завоевании, при сопротивлении других отчичей, Приведем несколько примеров применения начала старейшинства и попытаемся установить, насколько позволяют данные летописей, в каком порядке происходило в этом случае преемство столов и распределение волостей в Полоцкой земле. Перед ссылкой Рогволода Борисовича в 1151 году в Минск, волости Глебовичей были распределены следующим образом: Ростислав княжил в Минске846, Володарь, как видно из дальнейшего, княжил в Городцее%847, а Всеволод, по-видимому, сидел в Изяславле848, Уже беглого взгляда будет достаточно, чтобы понять, что Минск был лучшей из волостей, принадлежавших Глебови- yams. В 1151 году Полочане взяли Ростислава на княжение въе Полоцк, и таким образом Минская волость осталась без князя еб849, Как же поступили в данном случае Глебовичи? Мы видим, что Володарь теперь переходит на княжение в Минск, так как Минская волость была лучше Городецкой. Такое перемещение совершилось, понятно, в силу права старейшинства. В данном случае старший брат занял лучшую волостьПолоцк, а его волость перешла не к детям его, а к брату, и таким образом последний явился старейшиной. Но дело этим не ограничилось, В 1158 году Полочане восстали против Ростислава Глебовича, и тот вынужден был бежать из Полоцка. Несмотря на то, что после вокняжения Ростислава в Полоцке, Минск достался Володарю, последний уступает его своему старшему брату, Ростиславу, а сам снова вокняжается в Городце?и850,. Таким образом, в в данном случае действовало то же начало старейшинства. Другой пример применения начала старейшинства произошел в линии Васильковичей, Уделами двух старших Васильковичей были Витебск и Изяславль: в первом княжил Всеслав, в последнем Брячислав. После бегства Рогволода Борисовича в Друдк, Полочане избрали себе в князя Всеслава Васильковича, и таким образом витебский стол остался вакантным851. Но тут мы снова встречаемся с началом старейшинства: Витебская волость, нёсомненно, была доходнее и больше Изяславской, и Брячислав занял при первой же возможности витебекий стол852; таким образом, и в этом случае старейшиной явился дядя, а не племянники. То же начало старейшинства, по-видимому, действовало и в Друцке. Как мы уже говорили выше, у Рогволода Бо рисёвича было двое сыновей: Глеб и Всеслав, По смерти Рогволода Борисовича друцким князем упоминается сначала Глеб го853, но затем вдруг в качестве друцкого князя появляется Всеслав854. Таким образом, ясно, что Глеба не было в живых или он перешел на другую волость, а Друцкая волость досталась его брату, Всеславу. Сопоставляя число случаев распределения волостей и преемства столов на основании старейшинства с числом тех случаев, где действовали другие начала, мы замечаем, что начало старейшинства редко действует при распределении волостей и преемстве столов в Полоцкой земле. Вместе с тем те случаи, которые мы привёли выше, показывают, вопреки мнению проф. Сергеевича гои855, что в Полоцкой земле дяди пользовались старшинством перед племянниками, и им принадлежало преимущество перед племянниками занять лучшую волость. и й
О княжеских дворах в Полоцкой земле нет почти никаких сведений, но насколько можно судить, они носили совершенно частный характер. Раз только в летописи упоминается „детьский“. Суда по тому, при каких обстоятельствах детский упоминается, можно предположить, что детский брался из свободных людей и был личным слугою князя, ва что указывает и выражение летописи „Фетьский его“856. Детскиебыли при княжеских дворах и в литовский период, тогда число их было довольно значительно, и, повиди-мому, они обязаны были исполнять разные поручения князя, соответствуя таким образом несколько современным чиновникам особых порученийго857. Вообще, как в русский период, так и в литовский они относились, по-видимому, к низшим чинам двора го858. Другой разряд низших чинов двора составляли „дворяне“, появляющиеся только в литовский период, число их тоже было довольно значительно859, Каковы были их обязанности, нам совершенно неизвестно. Высший разряд приближенных. князя составляли „бояре“, они составляли думу князя, сопровождали его во всех поездках и вообще пользовались большим доверием860, Вот все сведения 0 княжеских дворах в Полоцкой земле.
О чиновниках в Полоцкой землеъж за весь русский период нет никаких упоминаний, и только в литовский период появляются изредка известия о них, но и то весьма редко. В качестве судебных чиновников мы встречаем „тивунов“, они чинили суд по поручению князя и собирали судебные пошлины гез861, Кроме того, были „тивуны“--финансовые чиновники; на их обязанности лежало наблюдение за взвешиванием товаров и за сбором пошлин за взвешивание, они имели еще при себе для исполнения поручений „слугьб. Однаке наблюдение за этим лежало не только на одних тивунах, — в этом отношении власть их была ограничена выборными от 0бщины,myocmu Ве#сы находились в непосредственном заведывании особого чиновника „бесчего“, он производил взвешивавие товаров, при чем каждый раз обязан был „крест целоватие, что будет „право весити“862, Был еще особый чиновняк эпри-
cmacs", на обязанности которого лежало провожать иностранных купцов в их поездках по Полоцкой землегли864. Этим исчерпываются все наши сведения о чиновниках Полоцкой земли.
Скажем теперь несколько слов о княжеских финансах. Насколько можно судить, частные доходы князя не разграничивались строго от государственных доходов, в казну его поступали разные валоги и пошлины наравне с его.частными доходами. Главные источники дохода были следующие:865 Общая подать, несомненно, собиравшаяся и в Полоцкой земле, подобно другим русским земляме866.867 Часть судебных пошлин шла в казну князя, а другая часть доставалась тивунам в виде0ъж вознаграждения, хотя внязю доставалась большая долягнз868,869 Торговые пошлины всевозможных видов870.871 Часть воевной добычи, а также контрибуция и „окуп“, несомненно, тоже шли князю гиь872.873 Конфискованные имущества преступвиков, товары, отобранвые у иностранных купцов в случае разрыва с их землями (jus Vindicationis) и т.д. г874. 6) Дань с инородческихе племен гги). 7) Подарки от иностранных послов ивупцовъзиз). 8) Доходы с частного хозяйства князя, в летописи есть известие о том, что жена Глеба Всеславича пожертвовала Киево-Печерской Лавре „5 сел и с челядью“ ги,), насколько можно судит, села эти находились в Киевской области 120), но несомневно, зто доход с них шел в казву Глеба Всеславича, выесте с тем, по аналогии с другими русскими землями, можно предположить, что в Полоцкой земле князья в русский период также имели земельную собственность, в литовский период полоцкий князь владел, по-видимому всеми землями, которые не составляли частной собственности коголибо из жителей Полоцкой волости или каких-нибудь перквей и монастырей. Вообще, более значительные князья Полоцкой земли обладали довольно большими денежными средствами; так, Глеб Всеславиз пожертвовал Киево-Печерской Лавреъж 600 гривен серебра и БО гривен золотагии), по тому времени это составляло очень большую сумму, по этому пожертвованию можно судить, насколько великй были денежные средства Глеба. Но расходы князей в Полоцкой земле, несомненно, тоже были довольно велики, Главные’ статьи расхода составляли:875 содержание двора;876 содержание дружины;877 квязья делали крупные пожертвования не только девьтами, но и землями на церкви и монастыри878.
Военные силы Полоцкой земли состояли из следующехь четырех элементов: дружины, земского ополчения, охотниеов и инородческих отрядов. Только дружина составляла постоянное войско, она содержалась на средства князя, и князья по большей части вели войны только с помощью одной дружины ггз879, Термином для дружины были „вои“га880, но этим же термином определялись и ратники земского ополчения881, хотя последнее обыкновенно гобозна- чается местными терминами „иЛиолочане“ и т. д.гг882, Земёкое ополчение, по-видимому, собиралось только в тех случаях, когда по. ход касался интересов всей волости или земство сочувствовало стре. млениям своего князя, в литовский период оно собиралось по треи бованию полоцкого князя, вместе с тем Полоцкая и Витебская волости, подобно другим землям Литовско-руеского гобударства, дёлжны были доставлять земские ополчения и великому князю Литоврое скомугзи883, Но состак княжеского войска в случае похода пеполи нялся обыкновенно охотвиками из населения, которые причие&лй участие в походе или вследствие сочувствия к интересам князя или из жажды военной добычи884. Иногда кназья привлекали к участию в походе инородческие племена, находившияся от них ве зё- BHCHMOCTH; так, в известном походе на Друдк в рядах войске Васильковичей были „Либ и Литва“ гэ,), Во главе военных сил волости стоял князь: он предводительствовал всеми войсками своей волости в походах гзо), а если сам не мог участвовать в походе, то начальство передавал своему сыну чгз). Все вмеёте воевные силы
Полоцкой земли объединяются в летописях под одним общим названием „Полотьский полк“, в объем которого входит не только земское ополчение, но и дружины князей, участвующих в походегз885.
Население Полоцкой земли складывалось из трех элементов: свободных людей, несвободных и иностранцев, Как известно, в древней Руси отсутствовало разделение на сословия, и резкая разница в правах и положении замечалась только между свободными и несвободными, между свободными и иностранцами, между тем как все свободное население волости пользовалось одинаковыми правами. Правда, оно распадалось на две группы, но эти группы не имели ничего общего с кастами и сословиями других стран и сохраняли между собою общение, Эти группы были дружина и земские люди; в свою очередь каждая из них распадалась ва более мелвия, тоже ничего общего не имевшие с соеловиями.
Дружина кнажеская разделялась на старшую, или большую, и младшую, первую составляли „бояре“, вторую детские, отроки и другие низшие званиягзз886. Бояре представляли ближайшую свиту квязя и думу его, на войне они, вероятно, сражались около князя, младшая дружина в мирное время исполняла разные мелкие поручения князя, О численности княжеских дружин в Полоцкой земле нет никаких сведений.
Дружина служила квязю, а не земле, она получала от княза содержание и находилась в его исключительном ведении. Дружина помогала князю добывать волости, сражалась за него против его личных врагов и соперников, делила с ним славу и добычу. Но за то, когда князю приходилось плохо, то дружина страдала не меньше князя. Поэтому между князем и дружиней существовала самая тесная связь. Эта связь между князем и дружиной сознавалась древне-русским обществом, Мы видим, что в случае разрыва князя с паселением страдает не только он, но и его дружина; таким образом ясно, что, по возирениям древне-русского общех ства, князь и его дружина составляли одно целое. В 1151 году Полочане разгневались на своего князя, Рогволода Борисовича, сослали его в Минск и разграбили имущество не только его но и его дружины, в и158 году Полочане разошлись со своим князем Ростиславом Глебовичем и разграбили имущество его и его дружины лгж887.
В случае неудачи на войне страдает не только князь, но и его дружина, поэтому дружина в таком случае варавне с князем заботится о более или менее выгодных условиях мира. Глеб Всеславиз напал на киевские области и опустошил их, Желая наказать его, Владимир Мономах подступил к Минску и осадил там Глеба. Сначала Глеб стал было защищаться, но увидав приготовления Владимира, он скоро понял свое бессилие и решил смй- риться, Но тут мы видим, что Глеб отправляется к Владимиру Мономаху для принесения покорности „с детми и с дружиноюе гз888. Ясно, что интересы князя и его дружины были тесно связаны между собою. Вместе с тем дружина, подобно князю, не была связана с волостью; в ней она являлась пришлым, а потому и времен- HHMb элементом, и оставалась только до тех пор, пока оставался в данной волости князь, которому она служила. Раз князь оставлял волость, то и его дружина уходила следом за ним; так, в 1158 году Ростислав Глебович оставил Полоцкую волость, и его дружина тоже ушла с ним гЪзе889, Такой легкий переход дружины из волости в волость заставляет нас предположить, что в Полоцкой земле князья не наделяли дружины земельною собственностью, так как в противном случае имущественные интересы привязывали бы ее к волости, и она не последовала бы за кназем. Но мы вовсе не желаем доказать, что дружинник, поступив в дружину, был навеки связан с князем. На оборот, мы уверены, что в Полоцкой земле, как и в других русских землях, поступление в дружину и выход из нея были вполне добровольны и могли быть произведены во всякое время, но пока дружинник оставался в дружине, ов в силу обстоятельств неразрывно был связане с князем. Такая тесная связь дружины с квнязем, а также отношения земства Полоцкой земли к дружине при разрыве с князем доказывают, по нашему мнению, что дружины княжеские ве Полоцкой земле не содержали в себе туземцев тех волостей, в которых данные князья правили, а состояли частью из пришлого элемента, частью из жителсй других волостей Полоцкой земли.
Наши летописи в русский период не дают никаких сведений о подразделении свободного населения Полоцкой земли на группы. Все свободное население со всеми его подразделениями в летописях обозначается одним общим термином „людье“ гаг890, но чаще всего и этот термин опускается, и летописцы для обозначения свободного населения употребляют местные названия „Полочане“, „Дрьючане“ и т. д., потому что имеют большею частью дело с населением одного города или волости891. Благодаря указанному выше обстоятельству, даже к термину „людье“ прибавляются в летописях местные названия892. Только раз мы встречаемся в летописях с названием „горожане“893. Таким образом, нет никакой возможности отметить подразделения свободного населения Полоцкой земли в русский период, Не больше сведений по этому вопросу мы встречаем и за литовский период. Все свободное население Полоцкой волости, или земли, в современных актах обозначается одним словом; таких слов, обозначающих вообще свободных жителей, два: „людъи“ и „мужи“ га894, При полвом отсутствии сословности в древней Руси, все свободные люди пользовались совершенно одинаковыми правами и преимуществами и различались только по материальному благосостоянию: первые носили название „добрыи люди“, вторые— „малые люди“895. Кроме того, можно констатировать частные подразделения добрых людей, так, в актах встречаются термины: „бояры“, „купьци“, „торговца“ газ896, О правах свободного населения в русский и литовский периоды мы не будем говорить, так как выше уже сказали подробно об этом. Впрочем, укажем, что в конце XIV столетия, по-видимому, различные подразделения свободного населения начинают уже мало по малу складываться в сословия; мы. замечаем, что добрые люди не только отличаются большим экономическим благосостоянием в сравнении с малыми людьми, но пользуются теперь, видимо, большими правами, чем малые люди; так заключая от имени Полоцка договор с Ригою, Витовт поручает целовать крест только „добрым людем“, а о малых не упоминает ни слова га897, Таким образом, ясно, что добрые люди в это время пользовались большим значением, а следовательно, и правами. Конечно, это явление не доказывает, что такое различие в правах существовало и раньше. По вашему мнению, в это время оно начало только зарождаться и не успело еще достаточно оформитьея и окрепнуть, так как мы видим, что одновременно с этим происходят явления, доказывающие полную равноправность добрых и малых людей, так, договоры с Ригою заключаются обыкновенно от имени всех добрых и малых людей, а то просто от имени всех мужей Полочан без различие sas898.
Несвободное население Полоцкой земли, по-видимому, различалось несколько в своих правах и положении. С одной стороны, были рабы, обозначаемые названиями „челяд“, „холопы“, они находились в полной и постолнной зависимости от своего владельца и представляли, по понятиям того времени, собственность, а не лице899. Владелец мог всегда продать и купить раба. Источники рабства в Полоцкой земле мало известны; можно установить достоверно только один, именнопленъгли900, Насколько можно судить, рабы исполняли домашния и другие работы, а также землевладельцы селили их в своих имениях и заставляли возделывать землю газ901. С другой сторовны, в Полоцкой земле существовали полусвободные люди, их свобода была ограничена только в некоторых отношениях, так, в привилегии монастырю св. Гоанна Предтечи упоминаются „старци и люди, которыи живуть на святого Joana земли“, при чем „будити и рядити“ их предоставляется только игумену упомянутого монастыряг902, ясно, что эти „старци и люди“ стояли в какой-то зависимости от монастыря и принадлежали к несвободному населению Полоцкой земли. Более точное определение того, что подразумевается здесь под словом „люди“, довольно трудно сделать, впрочем, вероятнее всего, это были сельские жители, сначала пользовавшиеся наравне с другими жителями Полоцкой земли полной свободой, а нотом утратившие ее вследствие каких то неизвестных нам причин; но под ними можно подразумевать с равным основанием и рабов, поселенных на сельские работы и получивших некоторую долю самостоятельности во время неурядиц, сопровождавших литовское завоевание, так как принадлежность этих земель князю исключает возможность видеть в них обыкновенных владельческих рабов. Под словом „старци“, нам кажется, подразумеваются действительные старики и другие люди, не имевшие возможности зарабатывать себе пропитание личным трудом напр. калеки; поэтому они обращались в, монастыри, где получали пищу и жилище, за что и несли посильные обязанности по монастырю. Вот все сведения о несвободных жителях Полоцкой земли, какие нам удалось собрать.
„_Пришлый элементе в Полоцкой земле состоял, с одной стороцы, из жителей других русских областей, и, с другой стороны, из иностранцев в буквальном смысле этого слова. О правах и положении первых нет никаких сведений, но, по-видимому, они пользовались большими правами и преимуществами, чем иностранцы. Такъе, ув договоре с Ригою от 25 июня 1405 года разрешается Новгородцам и Москвичам торговать с Немцами только при посредстве, и, под надзором Полочавина, так как Полочан „Новьгородци не, пустят у Немечькии двор торговатц без своего Новьгородца“, а „Москвичи тамыгу емлют“ на Полочанах iso903. Тавим образом, ограничение прав Русских в Полоцкой земле обыкновенно было, по-видимому, очень незначительно, и только в исключительных. случаях права их подвергались некоторым ограничениям, но и то временным, Совершенно иное было положение BHOстранцев, Они отличались от коревного населения Полоцкой земли и языком, и верою, и национальностью, при таких условиях, по- HATHO, они не могли пользоваться одинаковыми правами с пришлыми Русскими. К сожалению, до нас дошли сведения только о Немцах, и то начивая с XIU столегхие, Поэтому судить о положении иностравцев в русский период довольно трудно, так как единственный акт, относящийся к этому времени, касается больше всего Смоленска, и только в немногом Полоцка и Ватебска. Впрочем, все позднейшие сведения относятся тоже только к Полоцку и Витебску, а об остальных частях Полоцкой земли нет никаких данных. Перейдем теперь к обзору прав и положения инострэвцев в Полоцке и Витебске. По дошедшим до нас документам, можно заключить, что в Полоцке и в Витебске проживали только Немцыкупды,, на существование между ними ремесленников и лиц, занимающихся другими специальностями, нет никаких указаний, Права и положение их в Полоцкой земле определялись договорами, а внутреннее устройство скрами, Все немецкие купцы в Полоцке составлялй одну корпорацию, внутреннее устройство и действия которой определялись скрами, имевшими обязательную силу, понятно, только для них, а не для Полочан, во главе этой корпорации стоял ольдерман (oldermann):s:904. Актом от 23 февраля 1406 года Витовт предоставил немецким купцам в полную собственность кусок земли в Полоцке и разрешил им построить там церковь и держать при ней священников, сколько они найдут нужным гэз905. Таким образом, ясно, что немцы до 1406 года не имели своей церкви в Полоцке. Но имело ли это оспованием то обстоятельство, что раньше им было запрещено иметь свою церковь и отправлять богослужение в Полоцке, трудно сказать положительно, Вместе с тем не менее темен вопрос Ш том, имели ли они право приобретать недвижимую собственность в Полоцке, или нет. Андреевский предполагает, что они имели это право, „ибо такое право должно было укорениться по давнему пребыванию их в Полоцке н по неисчезнувшему еще совершенно действию договоров 1229 и 1230 г.“15з906. Но полное отсутствие указаний на это в актах, по нашему мнению, приводит скорее к противоположному заключёнию. Гражданские процессы Немцев, проживавших в Полоцке, с Полочанами и Полочан с ними разбирались в Полоцке, при чем основным правилом их было „знати истьцю истьца, а никому иному в тое ся не вступати, ни том рубежя держяти, на обе стороне“ гы907. Относительно места разбора уголовных процессов о преступлениях, совершенных проживающими в Полоцке Немцами, постановления договоров несколько раз изменялись. Договор Изяслёва устанавливал весьма льготные правила о месте разбора уго- JOBANXS процессов: „где кому годно, ту тяжеться“908, между тем как по договору Герденя, преступника должны были судить в том месте, гдеё „извиниться“ гье909, Но такое постановление не могло прийтись по вкусу Немцам так как в Полоцке они не могли ожидать пощады, между тем как при разборе дела на их родине они могли совершевно избежать наказания за преступление, совершенное в Полоцке или в его волости; кроме того, при несовершенстве тогдашних судов они могли бояться всяких обид и притеснений, неправильных решений и т. д; что при разборе дел допускались разные неправильности, видно из правила договоров „суженого не
Сноски
830. ibid., с. это зии. й врапииалии
831. ibid., е. 388—839.
832. Hnar., с. 50, 211, 294, 807, 838—8и0 и т д.
833. ibid., с. 210 211, 888 340, 360 361, 405—406, 464—466 и т. 4.
834. ) ibid., с. 338 339. Полочане в 3151 году назвали Святослава Ольговича „отцем coOb“ но он был чужим князем, а по отношению к Всеславичам это найменование не встречается в летописях.
835. О настоловании Киевских князей см. у Грушевского, ор. с. с. 317—318.
836. Ипат., с. 109, 840, 354. Лавр., с. 286.
837. Ипат., с. 340.
838. Карамзин, т. и, пр. 178, се. 77. "7
839. Рус.-лив. як. № 49, с. 25—28. 7. 78) Слиф П. Иг., с. 0:
840. Иарамзин, и. ©. и. бою.
841. Примеры см. в обзоре политической истории и в отяел 0 функдиях веча,.
842. „и еекаий с. 19—20, вариант П.
843. Ак. 8. Р., т. и, № 14, с. 27—28. Срезневский, Древн. пам. рус. пис. и лз., с. 290—291. Леонтович [ъор. с. с. 195) делает вполне вероятное предположение, что „князь великий Анофрей“ одно лицо с Андреем Ольгердовичем.
844. Ипат., с. 828. Никон., с. 68. Ак. 3. №., т,и, № 4д3,гк. 21 и № 19, с. 27—28 Срезневский, ор. с., с. 282. Соболевский. См.-пол. гов., с. 18—19.
845. Вече и князь, с. 316—817.
846. ibid., с. 8307—ж808.
847. ) ibid., с. 340 и 335.
848. ibid., с. 340.
849. ие) ibid, с. 807—308.
850. ibid., с. 338 840.
851. ibid., с. 340 и 335. Довнар-Запольский, ор. с., с. 153—154.
852. и%) Ипат., с. 419.
853. ibid., с, 419.
854. Никон., с. 17.
855. Рус. юр. др., 7 П, в, 7, с. 262—265.
856. sos) Ипат., с. 340.
857. Рус.-лив. ак., 49, се. 27.
858. Сергеевич, Вече и князь, с, 353—354. Погодин. (Из., 3. и л., 7. VII, се. 8в 88) отождествил детских с отроками и кощеями.
859. ibid., с. 27.
860. Ипат., с. 569.
861. sos) Карамзин, т. Ге, пр. 178, с. 77.
862. soo) Ак. Ю. и 3. Р., т. и, № 4, се. 2—8.
863. (с. 208; место знака в тексте не отмечено) Рус.-лив. ак., № 74, с. 54.
864. Р.-л. ак. № 49, се. 27.
865. Ср. напр., Грушевского. Ист. Киев. з., с. 341—342.
866. Карамзин, т. Пе, пр. 178, се. 77.
867. Рус.-лив. ак., № 74, с. 54. Ак, Ю. и 3. Р., т. и, № 4, с. 2—8.
868. Генрих Сег. Lyv., р. 17. Псков. Т, с. 190.
869. Псков. и, с. 190. Рус.-див. ак., № 49, с. 27.
870. Генрих Сег. Lyv., р. 1.
871. ibid., р. 37. Рус.-лив. ак., № 49, с. 27.
872. Ипат., с. 387.
873. Ср. Грушевского, ор. с., с. 342, ..
874. Ипат., с. 888.
875. ibid., с. 338, Ак. 3. Р., т, и, № 18, с. 27 и № 14, с. 27—28. Соболевский. См.-пол. гов., с. 18—19.
876. Ипат., с. 203, 383—340, 361 и т. д.
877. ibid. с. 361.
878. ibid., с. 340.
879. ibid., с. 3838 340, 346, 355. и 1. д.
880. Псков. и, с. 186—187, 190. Сг, Виганд Марбургский, р. 510 — 512. , (Beriptores rerum, Prussicarum, и. Пи).
881. Ипат., ibid., с. 388 339. ил
882. ibid., я 419; ср. также с. 355.
883. Ср. выше обзор политической историйи и 4) и ..44ди
884. гз‹) Ипат., с. 349. отоиоб]езеая
885. ibid., с. 464.
886. Ср. Погодина. Из., з. и л., т. VII, се. 64—66.
887. Ипат., с. 838—339.
888. ibid., с. 208.
889. ibid., с. 340.
890. iar) ibid., с. 388,
891. ibid., с. 117—118, 210—211, 216, 307—308, 330 340 ит. д.
892. ibid., с. 388.
893. ibid., с. 338.
894. Ак. Арх. Эк., т. П. № 15, с. 11. Соб. гос. гр. и дог. т. Ц, № 14, се. 15. Бунге г. Urkundenbuch, е, Ии, № 2963, р. 389 340 и № 2981, р. 362.
895. Рус-лив. ак, № 122, с. 94. Бунге и.. Urkundenbuch., &, Ии, № 2963, р. 339 340. Ср. также Сергеевича. Рус. юр. др., т. Т, с. 161—165.
896. Рус.-лпв. ак., № 122, с. 94. Вавре. е. Urkundenbuch, и, Ии, № 2963, р. 389— 340 и № 2981, р. 363.
897. Рус.-лив. ак., № 122, с. 94.
898. Ак. Арх. Эк., т. и, % 15, с 11. Бунге. ь. Urkundenbuch, и, Ии, № 2963, р. 339—340 и № 2981, р. 362.
899. Ипат., с. 340. Лавр., с. 289. Рус.-лив. ак.,, № 25в, с. 18. Бунге. е. Urkunden- buch, и, Ит, № 2981, р. 362, Сергеевич. Р. юр. др., т. и, с. 94 слл.
900. Рус.-лив. ак., № 49, с. 26.
901. Ср. Ипат., с. 340. Лавр., с. 239.
902. Ак. 3. Р., т. и, № 14, с. 27—28.
903. Вапре. ь. Urkundcmbuch., 4, Ии, № 2962, р. 839.
904. Рус.лив. ак, № 117, с. 84—90. Бережков, О торговле Русских с Ригою, с. 344—346 и его же О торговле Руси с Ганзой, с. 107. Тихомиров, Торг. снош Пол. с Лив., стр. 233-234.
905. Авдреевский. О правах иностранцев в России, с. 116 ппр. 499, с. 115—116.
906. ibid., с. 116.
907. Рус.-лив. ак., № 122, с. 94; № 154, с. 120, № 164, с. 131, № 165, с. 182.
908. ibid., № 25в., с. 13.
909. ibid., № 25а, с. 18.