Исследование о летописи Иоакимовской. Страница 15
Фотоснимок листа издания 1855 года, транскрипция в дореформенной орфографии и та же страница в современной орфографии.
Оригинал (дореформенная орфография)
разубѣдиться въ невозможности ошибокъ перваго, съ дру- гой — признать дѣло учености, способности къ критикѣ и полную добросовѣстность послѣдняго. Онъ замѣтно сталъ рѣ- дѣть съ 30-хъ годовъ, и этимъ разрѣженіемъ вызвалъ голоса къ подрыву непогрѣшимости Шлецера и въ пользу Тати- щева. Но время окончательнаго его разсѣянія наступило съ тру- дами Шафарика, преосв. Макарія и г. Соловьева. Скажу нѣ- сколько словъ и о нихъ по отношенію къ лѣтописи Іоакима. Характеръ отзыва всѣхъ троихъ совершенно противоположенъ видѣнному нами доселѣ. Прежде, какъ замѣтили мы, отзывы защитниковъ Татищева и его древнѣйшей лѣтописи ограничи- вались одними мнѣніями о личности издателя и довольно рѣши- тельными предположеніями о ея дѣйствительной возможности; критическаго оправданія предположеній не было вовсе; въ со- чиненіяхъ Шафарика, Макарія и Соловьева, на оборотъ, дѣло касается однихъ фактовъ, изслѣдованныхъ и доказанныхъ по- ложительно изъ другихъ источниковъ, и лѣтопись Якимовская приводится лишь тогда, когда уже положительною критикою оправданный фактъ находится и въ ней. Понятно, что такая защита Татищева, какъ ни тиха и молчалива она, несравненно рѣшительнѣе и убѣдительнѣе, чѣмъ громкіе и бездоказатель- ные голоса прежнихъ защитниковъ. Здѣсь мѣсто уже не воз- гласамъ и предположеніямъ, а критическому труду и не- сомнѣнной дѣйствительности, извлеченной изъ разнообразной и часто разнородной массы древнѣйшихъ источниковъ. Такъ Шафарикъ, опредѣливши отношеніе Болгаръ къ Россіи, въ эпоху принятія послѣднею религіи Христіанской, и указавши на необходимость ей пользоваться Болгарскими книгами, оправды- ваетъ показанія лѣтописи Якимовской, что въ первое время ду- ховные наши были большею частію изъ Болгаръ, и въ этомъ отношеніи считаетъ себя, и вполнѣ справедливо, въ правѣ при- знать ее достойною вѣроятія (прим. 41). Гораздо болѣе событій оцѣнено преосвященнымъ Макаріемъ, въ его Исторіи Христіанства въ Россіи до равноапостольнаго князя Владиміра (Спб., 1846 г.).
Примечание 41. Разцвѣтъ Слав. лит. въ Булгаріи, въ Чтен. Общ. Истор. и Древн. при Московск. Университ., 1848 г., № 7, стр. 22.
Современная орфография
разубедиться в невозможности ошибок первого, с другой — признать за последним учёность, способность к критике и полную добросовестность.
Туман этот заметно стал редеть с 30-х годов, и этим разрежением вызвал голоса, подрывающие непогрешимость Шлёцера и звучащие в пользу Татищева. Но время окончательного его рассеяния наступило с трудами Шафарика, преосвященного Макария и г. Соловьёва. Скажу несколько слов и о них по отношению к летописи Иоакима.
Характер отзыва всех троих совершенно противоположен тому, что мы видели доселе. Прежде, как мы заметили, отзывы защитников Татищева и его древнейшей летописи ограничивались одними лишь мнениями о личности издателя и довольно решительными предположениями о действительной её возможности; критического обоснования этих предположений не было вовсе.
В сочинениях же Шафарика, Макария и Соловьёва, наоборот, дело касается одних фактов, исследованных и доказанных положительно из других источников, и Иоакимовская летопись привлекается лишь тогда, когда уже положительной критикой оправданный факт обнаруживается и в ней. Понятно, что такая защита Татищева, как ни тиха и молчалива она, несравненно решительнее и убедительнее, чем громкие и бездоказательные голоса прежних защитников. Здесь место уже не возгласам и предположениям, а критическому труду и несомненной действительности, извлечённой из разнообразной и часто разнородной массы древнейших источников.
Так, Шафарик, определив отношение болгар к России в эпоху принятия последней христианской религии и указав на необходимость для неё пользоваться болгарскими книгами, оправдывает показания Иоакимовской летописи о том, что в первое время наше духовенство было большей частью из болгар, — и в этом отношении считает себя, и вполне справедливо, вправе признать её достойной вероятия (прим. 41).
Гораздо больше событий оценено преосвященным Макарием в его «Истории христианства в России до равноапостольного князя Владимира» (СПб., 1846 г.).
Примечание 41. «Расцвет славянской литературы в Булгарии», в «Чтениях Общ. Истории и Древностей при Московск. Университете», 1848 г., № 7, стр. 22.