Исследование о летописи Иоакимовской. Страница 9
Фотоснимок листа издания 1855 года, транскрипция в дореформенной орфографии и та же страница в современной орфографии.
Оригинал (дореформенная орфография)
сказалъ бы онъ ни одного слова, если бы въ 1792 году, въ Петербургѣ, Фишеръ не утверждалъ вѣрности сей пустой вы- думки» (прим. 21). Въ подтвержденіе высокой истины словъ своихъ, профессоръ Геттингенскій выписалъ и начало отрывка подо- зрѣваемой лѣтописи, гдѣ говорится о Скиѳѣ и Словенѣ, объ Аланахъ и Амазонахъ, о Бастарнѣ и Вандалѣ, что никакъ не можетъ не оправдывать его отзыва. Но гдѣ же вторая часть этой лѣтописи, надъ которою можно бы подумать и Шлецеру, критическою разработкою которой не унизительно было бы за- няться и его по преимуществу критическому уму? Объ ней ни полслова, — и однако, единственно на основаніи начала, грозный приговоръ произнесенъ на всю лѣтопись, и стала она глупостію, пустою выдумкою, лѣтописью ложною (прим. 22), явившею- ся подозрительнѣйшимъ образомъ, чего будто не скрываетъ и издатель! (прим. 23) Но надобно же было представить хоть кажущееся доказательство невозможности существованія лѣтописи, и вели- кій Германскій историкъ говоритъ: «Если бы существовала *когда нибудь* настоящая Іоакимовская лѣтопись; то возможно ли, чтобы Несторъ ее не зналъ и не привелъ ее въ свидѣтельство, особливо, если бы сіи древнѣйшія извѣстія, какъ въ отрывкѣ ложной Іоакимовой лѣтописи, совершенно отличались отъ Не- сторовыхъ» (прим. 24); какъ будто необходимо несуществованіе многаго изъ того, чего не зналъ Шлецеръ, и что было извѣстно мно- гимъ и не такимъ великимъ критикамъ, и въ его время, напр. хоть бы существованіе князей у Славянъ Русскихъ до образова- нія государства Русскаго, что съ такимъ упорствомъ отвергалъ Шлецеръ. Тѣмъ не менѣе онъ считалъ себя въ правѣ насмѣш-
Примечание 21. Тамъ же, I. 26.
Примечание 22. Тамъ же, I, 371.
Примечание 23. Тамъ же, I, 19. *Веніаминъ монахъ токмо для закрытія вымышленъ*, го- воритъ Татищевъ въ 1-мъ примѣчаніи на Якимовск. лѣтопись (стр. 42), — и этого было достаточно Шлецеру, чтобы убѣдить всѣхъ въ признаніи Татищевымъ под- ложности этой лѣтописи. Шлецеръ не сообразилъ всѣхъ обстоятельствъ открытія манускрипта: изъ нихъ ясно увидѣлъ бы онъ, что тутъ дѣло идетъ объ архиман- дритѣ Мельхиседекѣ и что послѣдній сослался на Веніамина для прикрытія своей личности. Сравн. Обор. Буткова, стр. 225.
Примечание 24. Шлец. Несторъ, I, 84.
Современная орфография
сказал бы он ни одного слова, если бы в 1792 году в Петербурге Фишер не утверждал верности сей пустой выдумки» (прим. 21).
В подтверждение высокой истины своих слов геттингенский профессор выписал и начало отрывка подозреваемой летописи — где говорится о Скифе и Словене, об аланах и амазонках, о Бастарне и Вандале, — что никак не может не оправдывать его отзыва. Но где же вторая часть этой летописи, над которой стоило бы задуматься и Шлёцеру, критической разработкой которой не унизительно было бы заняться и его по преимуществу критическому уму? О ней — ни полслова.
И однако единственно на основании начала грозный приговор был произнесён на всю летопись, и стала она глупостью, пустой выдумкой, летописью ложной (прим. 22), явившейся подозрительнейшим образом, чего будто бы не скрывает и сам издатель! (прим. 23)
Но надобно же было представить хоть кажущееся доказательство невозможности существования летописи, — и великий германский историк говорит: «Если бы *когда-нибудь* существовала настоящая Иоакимовская летопись, то возможно ли, чтобы Нестор её не знал и не привёл в свидетельство, особенно если бы сии древнейшие известия, как в отрывке ложной Иоакимовой летописи, совершенно отличались от Несторовых?» (прим. 24)
Как будто необходимо не существует всё то, чего не знал Шлёцер, — и что было известно многим и не таким великим критикам, и притом в его же время: например, хотя бы существование князей у славян русских до образования Русского государства, что с таким упорством отвергал Шлёцер. Тем не менее он считал себя вправе насмеш-
Примечание 21. Там же, I, 26.
Примечание 22. Там же, I, 371.
Примечание 23. Там же, I, 19. *«Вениамин монах токмо для закрытия вымышлен»*, — говорит Татищев в 1-м примечании на Иоакимовскую летопись (стр. 42), — и этого было достаточно Шлёцеру, чтобы убедить всех, будто Татищев признал подложность этой летописи. Шлёцер не сообразил всех обстоятельств открытия манускрипта: из них он ясно увидел бы, что речь идёт об архимандрите Мельхиседеке и что последний сослался на Вениамина для прикрытия собственной личности. Сравн. «Оборону» Буткова, стр. 225.
Примечание 24. Шлёцер. «Нестор», I, 84.