Исследование о летописи Иоакимовской. Страница 3

Оригинал (дореформенная орфография)

будучи по рожденію Русскимъ, знакомый, быть можетъ, хоть урывками, еще съ молоду, съ вращавшимися въ отечествѣ хро- нографами, вполнѣ понимавшій ихъ языкъ, какъ ему родной, онъ могъ съ большею пользою примѣнить успѣхи по исторіи на западѣ (съ которыми имѣлъ случай познакомиться въ бытность свою за границею) къ исторіи Россіи. Ни Байеръ, ни Миллеръ, какъ не знавшіе языка Русскаго, не сдѣлали и никогда не могли сдѣлать того, что совершилъ Татищевъ: и тотъ и другой, нѣ- мецкіе ученые, по неволѣ должны были пуститься въ изслѣдо- ваніе частныхъ вопросовъ, для которыхъ совершенно не насту- пило еще время, и оставить въ сторонѣ самое необходимое — собрать, привести въ связь разнородныя извѣстія, хранившіяся во множествѣ разбросанныхъ списковъ лѣтописей. Происхожде- ніе и положеніе въ обществѣ Татищева доставляли ему и не- сравненно сильнѣйшія побужденія и удачнѣйшія средства къ выполненію его предпріятія. Съ одной стороны, какъ Русскій и человѣкъ образованный, онъ не могъ не сознавать глубоко огромнаго недостатка въ отсутствіи исторіи и не находить истиннаго наслажденія въ занятіяхъ ею; съ другой — какъ лице должностное, служившее въ различныхъ и отдаленныхъ краяхъ обширной Россіи, онъ имѣлъ гораздо больше возможно- сти обогатить себя матеріалами, до которыхъ не касалась еще ни одна рука ученаго, и которые принуждены бы были, безъ подобныхъ благопріятныхъ обстоятельствъ, еще долго скры- ваться отъ его взора, какъ составлявшіе большею частію соб- ственность частныхъ лицъ. Взглядъ свой на исторію отечествен- ную Татищевъ высказалъ въ предъизвѣщеніи къ первому тому (прим. 2), гдѣ съ жаромъ нападаетъ на многія ложныя извѣстія, часто вы- думки писателей иностранныхъ, преимущественно Нѣмцевъ и Поляковъ. Что же касается до того, какъ воспользовался онъ счастливымъ своимъ положеніемъ для собранія матеріаловъ, то доказательствомъ тому можетъ служить большой запасъ рѣдчай- шихъ рукописей, къ сожалѣнію, уже погибшій для нашего вре- мени. Вспомнимъ списки: Раскольничій, доведенный до 1197 г.; Голицынскій, до 1198 г.; Іосифовскій, Волынскій, Полоцкій —

Примечание 2. Татищ., I, I — XXVIII.

Современная орфография

будучи русским по рождению, знакомый — быть может, хотя бы урывками — ещё смолоду с ходившими по отечеству хронографами, вполне понимавший их язык как родной, он мог с большей пользой применить к истории России успехи исторической науки на Западе (с которыми имел случай познакомиться, находясь за границей).

Ни Байер, ни Миллер, как не знавшие русского языка, не сделали и никогда не могли бы сделать того, что совершил Татищев. И тот и другой, немецкие учёные, поневоле должны были пуститься в исследование частных вопросов, для которых совершенно ещё не наступило время, и оставить в стороне самое необходимое — собрать и привести в связь разнородные известия, хранившиеся во множестве разбросанных летописных списков.

Происхождение и общественное положение Татищева давали ему и несравненно более сильные побуждения, и более удачные средства к выполнению его предприятия. С одной стороны, как русский и человек образованный, он не мог не сознавать глубоко того огромного изъяна, каким было отсутствие истории, и не находить истинного наслаждения в занятиях ею. С другой — как должностное лицо, служившее в различных и отдалённых краях обширной России, он имел гораздо больше возможностей обогатить себя материалами, которых не касалась ещё ни одна рука учёного и которые без таких благоприятных обстоятельств ещё долго скрывались бы от его взора, поскольку составляли по большей части собственность частных лиц.

Свой взгляд на отечественную историю Татищев высказал в предуведомлении к первому тому (прим. 2), где с жаром нападает на многие ложные известия — часто выдумки иностранных писателей, преимущественно немцев и поляков. Что же до того, как воспользовался он своим счастливым положением для собирания материалов, — доказательством может служить большой запас редчайших рукописей, к сожалению, уже погибший для нашего времени. Вспомним списки: Раскольничий, доведённый до 1197 г.; Голицынский, до 1198 г.; Иосифовский, Волынский, Полоцкий —

Примечание 2. Татищев, I, I — XXVIII.