Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Краткая история Белоруссии. Лист 80, с. 76

Первая история Белоруссии на белорусском языке, изданная в Вильно в 1910 году: от Полоцкого княжества через Великое княжество Литовское и унии с Польшей до национального возрождения, с 40 рисунками.

Краткая история Белоруссии, 1910: лист 80 из 108

С. 76

Белорусский оригинал

Тым часам маскоўскаму войску ў Беларусі неяк перэстало шанцаваць; прычына гэтаго была вось якая: калі украінскіе казакі перэдаліся пад Цара маскоўскаго, яны думалі знайсьці ў маскоўскім гасударстві блізкі сабе праваслаўны народ; тое самае думалі і праваслаўные ў беларуска літоўскіх землях, дык Маскоўскаго Цара лічылі апекуном сваей веры. Тым часам бліжэйшае знаёмство паказало ўсю рожніцу зродных, але ад векоў рожных культур, беларускай і маскоўскай. Пры гэтым выйшла, што Беларусы і Маскоўцы рожняцца ва ўсём, ды нават і ў самай веры праваслаўнай. Для Масквы Беларусы не былі рускім народам, але „Літвой“; у Маскве думалі, што рускае—гэта тое самае, што маскоўскае, а ўсё іншае—хаця і рускае, але што вытварылося асобнымі варункамі жыцьця,—значыць і тое, што стварыла беларуская культурная работа, што было сваім для беларусоў, маскоўцы лічылі літоўскім, або і польскім, „лацінствуючым“,— не рускім. Нават чыстае праваслаўе Заходняй Русі было для маскоўскіх людзей „лацінствуючым“, а часам „літоўскай ерэсью“, не кажучы ўжо аб Уніі, каторую лічылі проста „лацінствам“. З гэтай прычыны не раз паміж беларускімі і маскоўскімі людзьмі падымаліся войстрые спрэчкі і сваркі. Беларусь, каторая перш добрай ахвотай хінулася да Масквы, цяпер, падобна Украінскім казакам, старалася выбіцца с-пад яе ўласьці. Нават ярые абаронцы праваслаўя хутка астылі да Масквы. Гарады адзін за адным пачалі варочацца пад ўласць Польскай Рэчыпосполітай. Маскоўская граніца што раз далей і далей адступала на ўсход к Днепру. Ў 1656 гаду цару Алексею Міхайловічу прыйшлося прыстаць на мір с Польшчай, здалеўшы дабіцца таго, што палякі насьледнікам польскаго пасада пасьля сьмерці караля Яна Казіміра прызналі Алексея Міхайловіча.

Хоць Маскоўскае Царство не здалело утрымаць за сабой усе заваеваные ў Беларусі землі, за тое шмат пачэрпнула адгэтуль моральных і навучных сіл для свайго адраджэньня. Праз доўгі час Татарскай няволі Усходняя Русь затрымалася ў сваім развіцьці і далёка адстала ад сваіх пабратымцоў Украінцоў і Беларусоў. Граматнасць паміж маскоўцамі была вельмі слабая, школ зусім не было. Нават духоўнае жыцьцё зусім упало, так што ў 1654 гаду Патрыарх Нікон, устроіўшы Іверскі манастыр, перэцягнуў к сабе часьць манахоў і настаяцеля Кутэінскаго манастыра, Ёіля Труцэвіча,

Русский перевод

Между тем московскому войску в Белоруссии как-то перестало везти; причина этого была вот какая: когда украинские казаки перешли под руку московского царя, они думали найти в Московском государстве близкий себе православный народ; то же самое думали и православные в белорусско-литовских землях, а потому и считали московского царя покровителем своей веры. Между тем более близкое знакомство показало всю разницу родственных, но издавна различных культур — белорусской и московской. При этом оказалось, что белорусы и московиты различаются во всём, и даже в самой православной вере. Для Москвы белорусы были не русским народом, а «Литвой»; в Москве думали, что русское — это то же самое, что московское, а всё иное — хоть и русское, но сложившееся в особых условиях жизни, — а значит, и то, что создала белорусская культурная работа, что было своим для белорусов, московиты считали литовским или даже польским, «латинствующим», — не русским. Даже чистое православие Западной Руси было для московских людей «латинствующим», а порой и «литовской ересью», не говоря уже об унии, которую считали просто «латинством». По этой причине между белорусскими и московскими людьми не раз поднимались острые споры и ссоры. Белоруссия, которая прежде по доброй воле тянулась к Москве, теперь, подобно украинским казакам, старалась вырваться из-под её власти. Даже ярые защитники православия быстро охладели к Москве. Города один за другим начали возвращаться под власть Польской Речи Посполитой. Московская граница всё дальше и дальше отступала на восток, к Днепру. В 1656 году царю Алексею Михайловичу пришлось согласиться на мир с Польшей, сумев добиться того, что поляки признали Алексея Михайловича наследником польского престола после смерти короля Яна Казимира.

Хотя Московскому царству и не удалось удержать за собой все завоёванные в Белоруссии земли, зато оно почерпнуло отсюда много нравственных и научных сил для своего возрождения. За долгое время татарской неволи Восточная Русь задержалась в своём развитии и далеко отстала от своих собратьев — украинцев и белорусов. Грамотность среди московитов была очень слабой, школ не было вовсе. Даже духовная жизнь совсем пришла в упадок, так что в 1654 году патриарх Никон, устроив Иверский монастырь, переманил к себе часть монахов и настоятеля Кутеинского монастыря Иоиля Труцевича,