Разлад: 1767 и 1768 годы

Ибо приближался уже к роковому концу последний акт падения старой шляхетской Речи Посполитой, а светлейший шеф и ясновельможный комендант Корпуса не подтвердили делами на словах проповедуемого патриотизма. В 1767 году после ночи 14 октября хорунжий Костюшко должен был вместе с товарищами узнать, что гетман польный, два епископа и один сеймовый посол были из собственных домов схвачены и куда-то в Россию увезены, а никто не встал на защиту их особ и достоинства государства. Всему корпусу было известно, что король ездил в русский лагерь, дабы раздавать польские ордена генералам, угнетающим Польшу. Должны же были кадеты старших классов понимать, что принятая на сейме 1768 «гарантия» императрицы Екатерины II была явным, формальным упразднением независимости Речи Посполитой.

Разве не замечал Костюшко, что факт такой становится в полное противоречие с идеалом, поданным ему двумя годами ранее: «увеличение внутренней мощи и постороннего уважения» Отчизны?

Итак, боролся он с мыслями и ощущал в сердце первые муки отчаяния оттого, что не умеет спасти гибнущую Отчизну. Полагаю, что они-то и вытолкнули его в многолетнее учёное странствие по чужим краям.