Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

История воссоединения униатов. Лист 33, с. 22

Михаил Коялович о переходах униатов Речи Посполитой в православие во второй половине XVIII века: Мельхиседек и Гервасий на Правобережье, Георгий Конисский, Смогоржевский, Виктор Садковский и Пинская конгрегация 1791 года, массовые присоединения после разделов. Санкт-Петербург, 1873.

История воссоединения униатов, 1873: лист 33 из 411

С. 22

Оригинал

Но латиняне и уніаты совершенно обманывались на счетъ дѣйствительнаго положенія дѣла православныхъ. Георгій не оставилъ Бѣлоруссіи и не падалъ въ глазахъ русскаго правительства, а напротивъ возвышался и пріобрѣталъ значеніе ходатая за всю западную Русь. Необходимо думать, что еще до 1765 года Георгій Конисскій имѣлъ сношенія съ Украиной и получилъ полномочіе хлопотать за нее, потому что еще въ 1763 году Екатерина писала своему послу въ Польшѣ Кайзерлингу: «епископъ Георгіи бѣлорусскій подалъ мнѣ просьбу отъ имени всѣхъ исповѣдующихъ греческую вѣру, съ жалобами на бѣдствія, которыя они претерпѣваютъ въ Польшѣ.»105 Дѣло Мельхиседека было лишь подкрѣпленіемъ уже занятаго Георгіемъ положенія – ходатая за всю западную Русь. За годъ до поѣздки Мельхиседека, Екатерину просили тоже о защитѣ, и протестанты польскаго государства и получили отъ нее увѣреніе, что она будетъ хлопотать за нихъ.106 Выдвинулся такимъ образомъ не только вопросъ о возстановленіи правъ вообще всѣхъ западнорусскихъ православныхъ, но и вопросъ о всѣхъ такъ называемыхъ диссидентахъ, и тѣмъ крѣпче держалось его русское правительство, что онъ упрочивалъ его вліяніе на Польшу и закрѣплялъ союзъ съ Пруссіей, хитро воспользовавшейся такимъ оборотомъ дѣлъ.

Къ концу 1764 г. Георгій возвратился изъ Москвы въ свою епархію и къ лѣту 1765 года, когда уже получена была польскимъ правительствомъ грамота русской императрицы, ввѣрявшей Георгія вниманію короля, и когда прислана была къ Георгію въ Могилевъ русская стража для защиты его на пути, отправился въ Варшаву.107 Ближайшею его заботою было получить отъ короля подтвержденіе своей привилегіи на могилевскую епископію. По ходатайству Екатерины – это подтвержденіе должно было заключать въ себѣ и нѣчто новое, болѣе точное обозначеніе пространства бѣлорусской епархіи. Екатерина просила короля признать Георгія епископомъ бѣлорусскимъ, мстиславскимъ, оршан

Примечания

105 Солов. Истор. пад. Польши, стр. 13.

106 Собр. соч. Георг. Конисск. т. 1 ст. XXVIII–IX.

107 Собр. соч. Георг. Конниск. ч. 1, стр. XXVIII – XXX; Истор. ун. Бант. Кам. стр. 347; Ист. пад. Польши Сол. стр. 32–33.

Современная версия

Но латиняне и униаты совершенно обманывались на счет действительного положения дела православных. Георгий не оставил Белоруссии и не падал в глазах русского правительства, а напротив возвышался и приобретал значение ходатая за всю западную Русь. Необходимо думать, что еще до 1765 года Георгий Конисский имел сношения с Украиной и получил полномочие хлопотать за нее, потому что еще в 1763 году Екатерина писала своему послу в Польше Кайзерлингу: «епископ Георгии белорусский подал мне просьбу от имени всех исповедующих греческую веру, с жалобами на бедствия, которые они претерпевают в Польше.»105 Дело Мельхиседека было лишь подкреплением уже занятого Георгием положения – ходатая за всю западную Русь. За год до поездки Мельхиседека, Екатерину просили тоже о защите, и протестанты польского государства и получили от неё уверение, что она будет хлопотать за них.106 Выдвинулся таким образом не только вопрос о восстановлении прав вообще всех западнорусских православных, но и вопрос о всех так называемых диссидентах, и тем крепче держалось его русское правительство, что он упрочивал его влияние на Польшу и закреплял союз с Пруссией, хитро воспользовавшейся таким оборотом дел.

К концу 1764 года Георгий возвратился из Москвы в свою епархию и к лету 1765 года, когда уже получена была польским правительством грамота русской императрицы, вверявшей Георгия вниманию короля, и когда прислана была к Георгию в Могилев русская стража для защиты его на пути, отправился в Варшаву.107 Ближайшею его заботою было получить от короля подтверждение своей привилегии на могилевскую епископию. По ходатайству Екатерины – это подтверждение должно было заключать в себе и нечто новое, более точное обозначение пространства белорусской епархии. Екатерина просила короля признать Георгия епископом белорусским, мстиславским, оршан

Примечания

105 Солов. Истор. пад. Польши, стр. 13.

106 Собр. соч. Георг. Конисск. т. 1 ст. XXVIII–IX.

107 Собр. соч. Георг. Конниск. ч. 1, стр. XXVIII – XXX; Истор. ун. Бант. Кам. стр. 347; Ист. пад. Польши Сол. стр. 32–33.