Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Полоцк: оригинал издания

Полоцк и его торговля с Ригой, хронологическая таблица с 1440 года, взятие города Иваном Грозным в 1563 году и осада Стефаном Баторием в 1579-м, Алексей Михайлович, Пётр I и Екатерина II в Полоцке, иезуитская коллегия. С. 70-99. Текст в орфографии издания 1855 года.

Столица Кривичанскихъ, а въ послѣдствіи Полоцкихъ князей, свидѣтель протекшихъ вѣковъ и многихъ событій, смѣло можетъ быть признанъ едва ли не древнѣйшимъ городомъ въ Россіи. Удобная къ сообщенію, изобильная рыбою р. Двина, съ обширными по ея берегамъ пастбищами и дремучими лѣсами наполненными пушнымъ звѣремъ, могла невольно въ Кривичахъ возбудить желаніе при ней поселиться, и свою прежнюю дикую, кочующую жизнь промѣнять на другую болѣе удобную, осѣдлую, семейную. Одни поселились на правомъ берегу р. Двины, при устьѣ рѣчки Витьбы: свое селище назвали Витьбескомъ, себя — Витьблянами; другіе свои хижины построили на томъ же берегу Двины, только въ ста верстахъ ниже, при устьѣ рѣчки Полоты въ Двину, и населенное мѣсто назвали Полтескомъ (позднѣйшими писателями переиначенное въ Полоцкъ), а себя Полочанами. Съ увеличеніемъ способовъ къ жизни, въ обоихъ мѣстахъ скоро возрасло многолюдство, довольство и самое богатство; въ началѣ XIII вѣка Полтескъ, Витьбескъ и Смоленскъ (при р. Днѣпрѣ) были въ торговыхъ сношеніяхъ съ новопостроеннымъ на Двинѣ же г. Ригою129 и Ганзеатическими, или торговыми городами: Висби, (на остр. Готландѣ) Любекомъ, Бременомъ и другими.

Отъ такихъ торговыхъ сношеній, благосостояніе жителей могло бы дойти до высокой степени, еслибы распри верховныхъ князей между собою, не подвергали жителей частому раззоренію отъ непріятелей. Бѣдствія ими претерпѣнныя въ то время, были велики: пожертвованія неисчислимы. Не взирая на нихъ, въ городахъ населенность увеличивалась, торговля распространялась, сбытъ товаровъ, сплавляемыхъ по Двинѣ, былъ успѣшенъ. Стоустная молва повсюду распространила славу о Подвинскихъ городахъ Полтескѣ и Витьбескѣ, богатыхъ заморскими товарами, сильныхъ любовью и приверженностью гражданъ къ своимъ родовымъ князьямъ, свято соблюдавшимъ ихъ вѣру, обычаи, привычки. Эту любовь къ законной власти, до позднѣйшихъ временъ предки передали своимъ потомкамъ, всегда вѣрнымъ престолу и своимъ обязанностямъ. Если бывали примѣры у Полочанъ, что они подобно Новгородцамъ, недовольные своимъ княземъ, отнимали отъ него власть и передавали ее другому, то эти случаи, были дѣломъ партіи необузданныхъ вольнодумцевъ, а не желаніемъ всего народа, предпочитавшаго домашнее спокойствіе и порядокъ, разгару буйныхъ страстей искавшихъ себѣ пищи въ общемъ безпорядкѣ.

Исторія обоихъ вышеозначенныхъ древнихъ подвинскихъ городовъ, тѣсно соединена съ исторіею самаго Полоцкаго княжества, коего послѣднимъ удѣльнымъ княземъ былъ сынъ Ольгерда, Андрей, еще при жизни отца получившій отъ него для себя въ удѣлъ сперва Трубчевскъ, потомъ Полоцкъ, а въ 1342 году онъ же Псковитянами избранъ на княженіе въ Псковѣ130. По смерти Ольгерда131 властелинъ западной Литвы, родной братъ Ольгерда Кейстутъ132 могъ бы овладѣть и всѣмъ Литовскимъ княжествомъ, но, давъ обѣщаніе умиравшему брату, что по его смерти, поможетъ его сыну Ягелѣ сѣсть на великокняжескій престолъ, не только свято исполнилъ свое обѣщаніе, но, къ тому же, склонилъ и всѣхъ своихъ родственниковъ, за исключеніемъ одного изъ старшихъ сыновей Ольгерда Полоцкаго удѣльнаго, (и избраннаго Псковитянами) князя Андрея Ольгердовича, недовольнаго такимъ распоряженіемъ своего отца въ престолонаслѣдіи. По смерти Ольгерда, свой удѣлъ Полоцкое княжество, Андрей хотѣлъ присоединить къ Псковскому княжеству и самому сдѣлаться независимымъ; но ему въ томъ воспрепятствовалъ Ягело133: изъ Полоцка, Андрей сперва уѣхалъ въ Псковъ, оттуда, съ войскомъ поспѣшилъ въ Москву на помощь къ великому князю Димитрію Іоанновичу, съ которымъ раздѣлилъ опасности и славу побѣды, въ достопамятной битвѣ съ Татарами на Куликовомъ полѣ. Въ отсутствіе Андрея, Ягелло Полоцкъ отдалъ во владѣніе сыну Кейстута, Андрею Горбатому.

Послѣдствія тѣснаго союза Псковскаго князя съ великимъ княземъ Московскимъ, могли быть гибельны власти великаго князя Литовскаго, еслибъ въ началѣ Кейстутъ, не оказалъ Ягелѣ помощь своимъ вліяніемъ, какое имѣлъ на всѣхъ удѣльныхъ князей Литовскихъ; а по его смерти, еслибъ два гибельныя въ Россію вторженія Татаръ съ Мамаемъ и Тохтамышемъ, (раззорившихъ Московскія области) не привели великаго князя Димитрія Іоанновича въ невозможность оказать сильную помощь, какую отъ него надѣялся получить Андрей Ольгердовичъ для отнятія у Ягелы не только своего удѣла Полоцка, но и великокняжескаго престола.

Посѣдѣлый въ бояхъ, храбрый въ полѣ, мудрый въ совѣтѣ, вѣрный и добрый родственникъ, Кейстутъ былъ любимъ Литовцами. Ягелло зналъ о томъ, опасался дяди, и не довѣрялъ ему. Отъѣздъ Андрея въ Москву, его дружба съ великимъ княземъ Московскимъ, боязнь дяди, которому втайнѣ недоброжелательствовалъ, до того раздражили Ягелу, что, забывъ родство и благодарность къ мастистому старцу, доставившему ему великокняжескій престолъ, Ягело дерзнулъ огорчить дядю, отнявъ у его сына Андрея Горбатаго Полоцкъ для своего роднаго брата Скиргелы. Сколько Полочане любили Андрея Ольгердовича за его приверженность къ православію, столько ненавидѣли Скиргелу. Узнавъ о возвращеніи перваго изъ Москвы въ Псковъ, пригласили его къ себѣ на княженіе: своего же князя Скиргелу, съ насмѣшками выпроводили изъ города. Андрей въѣхалъ въ Полоцкъ: но тѣснимый Ягелою, скоро принужденъ былъ оттуда выѣхать.

Для заключенія брачнаго союза съ Польскою Королевою, Ядвигою, изъ Вильны, Ягело уѣхалъ въ Краковъ: за нимъ туда же отправились и всѣ удѣльные князья Литовскіе, и знатнѣйшіе вельможи. Остался одинъ Андрей съ ненавистью къ Ягелѣ, съ желаніемъ исполнить свои честолюбивые замыслы. Любимый Руссинами (приверженность которыхъ предпочтительно клонилась къ сыновьямъ Ольгерда исповѣдывавшимъ съ ними одну православную вѣру), вспомоществуемый Гермейстеромъ меченосцевъ Конрадомъ Цельнеромъ, Андрей134 вторгнулся въ Бѣлоруссію, овладѣлъ городами занятыми Литовцами: Лукомлею, Друею, Дриссою (гдѣ сжегъ замокъ) и Полоцкомъ; въ тоже время другъ и союзникъ Андрея, Смоленскій князь Святославъ, отторгнутое отъ Смоленска и присоединенное Ольгердомъ къ Литвѣ Мстиславское княжество, вздумалъ снова присоединить къ своимъ владѣніямъ. Войдя съ войскомъ въ сѣверо-восточную часть Бѣлоруссіи, опустошилъ окрестности городовъ: Витебска, Орши, Мстиславля, подъ которымъ, настигнутый братьями Ягелы: Скиргелою и Витовтомъ, палъ въ битвѣ, пробитый копьемъ; отягченные добычею, меченосцы ушли во свояси. Оставшись безъ союзниковъ, Андрей проигралъ сраженіе, потерялъ въ немъ сына135, плѣненъ, отвезенъ въ Польшу, заключенъ въ замкѣ Хенцинскомъ въ тюрьму, откуда послѣ 3-хъ лѣтъ Ягело освободилъ узника по неотступнымъ просьбамъ своихъ братьевъ. Многихъ приверженцевъ Андрея въ Полоцкѣ Скиргело казнилъ, имѣнія жъ ихъ отписаны на Короля. Съ тѣхъ поръ Полоцкое княжество, переставъ быть удѣльнымъ, присоединено къ Литвѣ Витовтомъ136 и обращено въ Воеводство.

Хронологическая таблица важнѣйшихъ происшествій въ Полоцкѣ

Въ 1440 городъ истребленъ пожаромъ. Ис. Гос. Рос. Т. V. пр. 386.

Въ 1444 дозволено гражданамъ судиться правомъ Магдебургскимъ.

Въ 1450 Король Казиміръ пріѣзжалъ въ Полоцкъ.

Въ 1456 Полочане жаловались Королю на своихъ бояръ (вѣроятно Панцырныхъ), отказывавшихся съ ними отправлять земскія повинности, на что послѣдовалъ указъ, чтобы бояре, согласно присягѣ, всѣ земскія повинности отправляли добросовѣстно и давали въ общую складчину, сколько всякій можетъ по своему состоянію. Собранныя деньги въ общемъ сундукѣ о 4-хъ замкахъ съ ключами были обязаны хранить благонадежные люди, выбранные изъ сословія бояръ, мѣщанъ, дворянъ и крестьянъ. Акт. Ист. Зап. Руси, кн. 1-я.

Въ 1470 въ Январѣ Король Казиміръ съ своею супругою, Елисаветою, прожили цѣлую недѣлю въ Полоцкѣ, куда изъ Пскова къ Королю прибыли депутаты, которыхъ онъ угощалъ три дня, а потомъ имъ дозволилъ выѣхать въ Псковъ. Ист. Гос. Рос. Т. VI. пр. 118.

Пріѣздъ княжны Елены Іоанновны въ Полоцкъ

Въ 1495 обрученная невѣста великаго князя Литовскаго, а въ послѣдствіи и Польскаго Короля, Александра, дочь великаго князя Московскаго Іоанна Васильевича, княжна Елена137 изъ Москвы ѣхала на города: Смоленскъ, Витебскъ, Полоцкъ въ Вильну. Въ Полоцкѣ великую княжну встрѣтилъ князь Александръ Утокста, Иванъ и Юрій Зиновьевы, за 1½ версты отъ города со всѣми жителями; чрезъ городъ по сторонамъ Тапканы (колесницы) шли боярскіе дѣти, а какъ великая княжна подъѣхала къ мосту, то бояре и князь Семенъ и Михайло шли у Тапканы пѣшкомъ до самой церкви Св. Софіи, гдѣ великую княжну встрѣтилъ Архіепископъ со всѣмъ духовенствомъ и благословилъ ее крестомъ. Великая княжна вошла въ церковь, гдѣ Архіепископъ служилъ молебенъ. Послѣ служенія великая княжна сѣла въ Тапкану и поѣхала въ приготовленный для нея дворецъ; бояре: князь Семенъ Ряполовскій и Михаилъ Русалка и Литовскіе паны: князь Александръ Утокста, Иванъ и Юрій Зиновьевы проводили Ее во внутренніе покои, гдѣ князю Семену Она велѣла поподчивать гостей виномъ. Великой княжнѣ изволила представляться супруга Ивана Зиновьева съ дочерьми, отъ которой благосклонно приняла поднесенныя Ей двѣ камки Бургскія съ золотомъ, дозволила всѣмъ съ собою поцѣловаться, и, вмѣстѣ съ ними, обѣдала, посадя жену Зиновьева возлѣ себя по правую сторону и сама ей подавала вино въ кубкахъ. Великой же княжнѣ кубки съ виномъ подносила княгиня Марія, супруга Семена Ряполовскаго. На другой день была у обѣдни въ церкви Св. Софіи, откуда поѣхала домой, вмѣстѣ съ супругою Ивана Зиновьева. Принимала у себя Архіепископа, который Ей поднесъ въ подарокъ камку Бургскую съ золотомъ; именемъ великой княжны князь Ряполовскій Владыку подчивалъ виномъ. Послѣ обѣда великая княжна изволила выѣхать изъ Полоцка въ дальнѣйшій путь къ городу Вильнѣ138.

Въ 1500 г. Король Александръ повелѣлъ возобновить и укрѣпить Замокъ.

Въ 1502 Россіяне, подъ начальствомъ намѣстника Новгородскаго Андрея Федоровича, и Псковскаго намѣстника Князя Александра Владиміровича Ростовскаго, всѣ деревни, лежавшія между городами Полоцкомъ и Витебскомъ, опустошили, или сожгли139.

Въ 1510 Король Сигизмундъ I-й подтвердилъ Полоцку грамоту судиться Магдебургскимъ правомъ140.

Въ 1515 Полоцкъ осажденъ Россіянами. Рогатинскій Староста Иванъ Борятынскій принудилъ ихъ снять осаду141.

Въ 1517 г. воюя съ Россіею, Сигизмундъ повелѣлъ еще болѣе укрѣпить Полоцкъ. Россіяне его осадили: Полоцкій Воевода Петръ Гастольдъ принудилъ ихъ къ отступленію.

Въ 1528 г., Мая 1 дня, для служенія въ ополченіи, въ войнѣ противъ Россіянъ, повелѣно съ каждыхъ 8-и службъ поставить по одному человѣку на добромъ конѣ, стоющемъ 4-е копы грошей Литовскихъ, въ збруѣ, у котораго былъ-бы панцырь, прилбица, древо съ копьемъ, прапоръ, мечъ или кордъ, цвѣтное платье, павеза и остроги142 (шпоры); еслибы кто имѣлъ менѣе 8-и службъ, тотъ вносилъ въ казну за каждую службу по 11 грошей143 и 2½ пѣнязя. Отъ такого взноса никто не увольнялся, даже и духовные, и составлявшаяся изъ этой подати сумма шла на содержаніе войска, необходимаго для сохраненія общаго спокойствія. Съ Евреевъ и городовъ, гдѣ жили люди разныхъ сословій, плата производилась по особому расчисленію. (Т. II. Ак. Ист. З. Р.) Въ 1530 г. для найма Татаръ на войну съ Россіянами, а можетъ быть, для сбора суммы, которую Сигизмундъ I неоднократно посылалъ въ Крымъ Татарамъ, чтобы они не нападали на его области, была сдѣлана денежная раскладка на всѣ города. По этой раскладкѣ, Полоцкъ ежегодно вносилъ въ казну подати (названной Ордынщиною) 40 копъ144 грошей Литовскихъ.

1547 г. Король Сигизмундъ Августъ, жителямъ Полоцкой области, подтвердилъ всѣ привилегіи, данныя его дѣдомъ.

1559 послѣдовало королевское постановленіе, дабы Полоцкихъ мѣщанъ не употреблять на замковыя работы, исключая только случаевъ, когда Воевода донесетъ о скорѣйшей потребности исправленія укрѣпленій, наблюдая при семъ, чтобы работы были раздѣлены между жителями по ровну.

Завоеваніе Полоцка Царемъ Іоанномъ Грознымъ

1562 г. Царь Іоаннъ Васильевичъ, объявя войну Польскому Королю Сигизмунду Августу, двинулъ войска изъ Москвы, Новгорода, и Пскова, въ Бѣлоруссію145. Сжегши въ ней города: Дубровну, Оршу, Витебскъ, Копысь, Шкловъ, Россіяне подступили къ Полоцку, куда вскорѣ къ нимъ прибылъ и самъ Царь Іоаннъ Васильевичъ съ своимъ дворомъ, помѣстился въ келліяхъ оставленнаго монахинями православнаго спасскаго монастыря146, отстоящаго отъ Полоцка болѣе двухъ верстъ.

Оборона Полоцка была поручена Воеводѣ Станиславу Станиславовичу Довойнѣ. Во время осады онъ сдѣлалъ двѣ непростительныя ошибки, послужившія къ скорѣйшей сдачѣ города, и несчастью постигшему самого Воеводу. Еще до осады, для обороны замковъ было собрано въ Полоцкѣ до 2000 крестьянъ. Россіяне пресѣкли всѣ сообщенія; опасаясь, чтобъ между осажденными не наступилъ голодъ, Довойна всѣхъ собранныхъ для обороны крестьянъ приказалъ изъ Полоцка выгнать; захваченные Россіянами они указали въ лѣсу мѣста, гдѣ въ ямахъ былъ закопанъ зерновой хлѣбъ, чѣмъ отвратили появившійся въ непріятельскомъ войскѣ сильный недостатокъ въ продовольствіи. Воевода съ оставшимся при немъ малымъ числомъ войскъ не могъ защищать всѣхъ частей города; ограничиваясь защитою только замковъ верхняго и нижняго, приказалъ сжечь всѣ находившіеся впереди ихъ дома, и полисады. Отъ такого пожара, между осажденными произошло замѣшательство; Россіяне этимъ воспользовались, ворвались въ городъ, потушили огонь, подвезли орудія и открыли стрѣльбу въ оба замка. Происшедшій внутри ихъ сильный пожаръ истребилъ до 40 деревянныхъ домовъ и городень; въ то время отъ дыма задохлось много людей. Спасаясь отъ пламени, Воевода Довойна и Епископъ вышли изъ верхняго замка, поручая себя милости побѣдителей. Оставшіеся на стѣнахъ Поляки, болѣе 500 человѣкъ предводимые Ротмистрами: Мехлеромъ, Хамскимъ, Альбрехтомъ Вершлинскимъ и Иваномъ Варшевскимъ, и собранная для защиты Шляхта не хотѣли и слышать о сдачѣ: послѣ упорной нѣсколько-дневной обороны и переговоровъ осажденные согласились сдать замки на условіи, что имъ будетъ дозволено съ имуществомъ возвратиться на родину. Іоаннъ Васильевичъ согласился; чтя храбрость и въ непріятелѣ, означеннымъ Ротмистрамъ пожаловалъ по собольей шубѣ, крытой золотымъ алтамбасомъ, дозволя возвратиться къ Королю. Воеводу Довойну147 съ женою и дѣтьми, епископа Полоцкаго Гарабурду, пановъ: Немировича, Ивана Глѣбовича, Ейшмановъ, Корсака и другихъ, также Полоцкую шляхту, мѣщанъ, литовцевъ и всѣхъ русиновъ объявя плѣнными, разослалъ по разнымъ мѣстамъ148. Пишутъ, что по взятіи Полоцка, Царь Іоаннъ Васильевичъ отправилъ въ Россію плѣнныхъ до 50,000 душъ обоего пола149. Государеву казну, собственность богатыхъ дворянъ, купцевъ, золото, серебро отправлено въ Москву; побѣдители принуждали Евреевъ креститься, непослушныхъ сгоняли на рѣку Двину, или на Воловье озерко, гдѣ, обрубя вокругъ нихъ ледъ, топили. Такимъ же образомъ поступили и съ Ксендзами Бернардинами150, которыхъ Русское духовенство обжаловало предъ Царемъ въ разныхъ притѣсненіяхъ, какія они дѣлали православному народу, и ихъ духовнымъ. До своего покоренія, Полоцкъ славился богатствомъ, промышленностью, торговлею; Іоаннъ вступилъ въ Полоцкъ 15-го Февраля 1563 года. Отслужа молебенъ въ церкви Св. Софіи за счастливое покореніе столицы древняго княжества знаменитаго въ исторіи междуусобій, Іоаннъ нѣсколько дней пировалъ и праздновалъ; попорченныя пожаромъ укрѣпленія велѣлъ исправить, и, предоставя защиту города Князю Петру Шуйскому151, 26-го Февраля изъ Полоцка выѣхалъ въ г. Москву. По взятіи Полоцка, съ согласія сейма, положено со всѣхъ имѣній съ каждыхъ десяти людей поставить по одному ратнику съ конемъ и бронею, съ щитомъ и копьемъ: имѣвшіе меньшее число людей вносили деньги. Этотъ сборъ назывался сборомъ Серебщизны152.

Въ 1564 г. Поляки, подъ начальствомъ Радзивила съ Курбскимъ, осаждали Полоцкъ153, 17 дней стояли подъ нимъ и 4-го Октября удалились на лѣвый берегъ р. Двины.

Въ 1564 г. установлено, чтобы всякій владѣлецъ одной волоки земли имѣлъ бы у себя двѣ лошади для дачи подводъ за прогоны подъ свозъ посланцевъ съ королевскими указами, или самыхъ пословъ154.

Въ 1566 г. чума или язва истребила много людей, умиравшихъ скоропостижно. Отъ нея въ Полоцкѣ умеръ Архіепископъ Трифонъ; лишась священниковъ, церкви оставались безъ службы, многія деревни опустѣли.

Россіяне владѣли Полоцкомъ съ 1563 по 1579 годъ. Въ продолженіи того времени много католиковъ обратилось къ православію. До 1580 г. большая часть города находилась на правомъ берегу р. Полоты при ея впаденіи въ р. Двину; городъ со всѣхъ сторонъ былъ обведенъ деревянною стѣною и глубокимъ рвомъ: улицы узки, кривы, немощены, грязны: дома низкіе, деревянные съ небольшими окнами, кровли крыты дранью или соломою; городскія строенія простирались отъ устья р. Полоты вверхъ по ея правому берегу до архіерейскаго лѣтняго жилища. На самомъ высокомъ мѣстѣ въ углу, гдѣ Полота впадаетъ въ Двину, стоялъ верхній замокъ обведенный стѣною съ 7-ю башнями; между ними восточная, отличалась отъ прочихъ, высотою, толщиною, архитектурою. Мѣсто, на которомъ стоялъ верхній замокъ, съ юга омывала р. Двина, съ запада и сѣвера р. Полота, съ востока примыкалъ нижній замокъ, обведенный тоже стѣною съ башнями. Стѣны состояли изъ сплоченныхъ между собою въ два ряда155 деревянныхъ брусьевъ; внутри верхняго замка красовался великолѣпный каменный Софійскій соборъ: подъемный мостъ чрезъ ровъ служилъ сообщеніемъ между обоими замками: въ нихъ въѣзжали съ двухъ сторонъ: 1) изъ Заполотья по деревянному мосту на сваяхъ, 2) съ восточной стороны нижняго замка куда входила дорога ведущая изъ Витебска въ Полоцкъ, извѣстная въ то время подъ именемъ Кривичанской. По берегу Двины на пескахъ длинною цѣпью тянулась слобода Евреевъ съ домами плохой постройки.

Осада Полоцка Польскимъ Королемъ Стефаномъ Баторіемъ въ 1579 году

Защита Заполотья (части города находившагося за рѣчкою Полотою) была поручена Князю Телятевскому, верхній замокъ оберегалъ Князь Дмитрій Щербатовъ и дьякъ Ржевскій, нижній или Стрѣлецкій замокъ порученъ былъ Петру Волынскому. Польскій Король Стефанъ Баторій въ м. Диснѣ переправя чрезъ р. Двину свои войска, расположился съ ними вокругъ Полоцка такимъ образомъ, что на правомъ флангѣ находились Венгерцы подъ начальствомъ Бекеша, и Литовцы подъ начальствомъ Радзивила, занимали пространство отъ р. Двины до Спасскаго монастыря: между имъ, и озеромъ Воловьимъ, центръ занимали Поляки: съ ними, находился Король и оба Гетмана Коронный и Польный: на лѣвомъ флангѣ, отъ Воловья озера до р. Двины, расположились Нѣмецкія дружины и конные рейтары, подъ начальствомъ Венера и Разражевскаго.

12-го Августа 1579 года Бекешъ первый открылъ сильную пальбу по укрѣпленіямъ и городу Заполотью: Россіяне сами зажгли его съ 4 сторонъ, оставили и ушли въ верхній замокъ; Венгерцы заняли городъ, разставили въ немъ орудія. Бекешъ пытался выстрѣлами разрушить стѣны верхняго замка: усмотря что ядра пробивали стѣны но не разрушали ихъ, приказалъ орудія заряжать калеными ядрами, но и тѣ худо направленныя не причинили ожидаемаго вреда. Перейдя р. Полоту охотники съ смоляными лучинами неоднократно взбирались на валъ, подкладывали зазженныя лучины къ стѣнамъ и башнямъ, пытаясь ихъ зажечь, но изъ замковъ такъ сильно тому препятствовали, что всѣ усилія осаждавшихъ оставались безъ успѣха. Между осажденными, находились такіе смѣльчаки, которые по веревкамъ спускались съ стѣнъ къ рѣкѣ, и оттуда одинъ другому передавали воду гасить огонь. Со стороны осаждающихъ, поджигатели стѣнъ, дѣлались жертвами своего отважнаго поступка, или израненные возвращались въ лагерь. Не взирая на всегдашнюю неудачу и значительную потерю въ людяхъ, охота зажечь башни не уменьшалась между солдатами, желаніе заслужить обѣщанную награду, и отличиться въ виду всего войска, побудила многихъ на отважный поступокъ, въ которомъ однихъ ожидала смерть, другихъ слава. Послѣ многократныхъ несчастныхъ усилій, мастеровому Котляру удалось поджечь башню, отгребя сперва отъ нея дернъ, которымъ она съ низу была обложена. Вѣтръ усилилъ пламя, съ быстротою обхватившее значительную часть стѣнъ: осажденные бросились тушить огонь, другіе задыхаясь отъ дыма и жара стояли на стѣнахъ, и стрѣляли по войскамъ шедшимъ на штурмъ; отважнѣйшіе рѣшались лучше взорвать себя на воздухъ нежели попасть въ руки Поляковъ; но Волынскій съ стрѣльцами ихъ не допустилъ къ тому, а послалъ къ Королю условія на коихъ соглашался покориться. Баторій принялъ условія, вошелъ въ Полоцкъ 27-го Августа 1579 года, предоставя осажденнымъ на волю возвратиться въ Россію, или вступить къ нему въ службу.156 Разрушенныя башни и стѣны, Король тогда же повелѣлъ возобновить и исправить, верхній замокъ очистилъ отъ жилыхъ домовъ, выселивъ оттуда обывателей, по ихъ согласію получившихъ для себя такія жъ мѣста въ нижнемъ замкѣ. Награждая отвагу и распорядительность соединенную съ хладнокровіемъ и мужествомъ, Король наградилъ Котляра дворянствомъ, повелѣвъ именоваться Полотинскимъ157, въ память мужества имъ оказаннаго при р. Полотѣ, которую охотники сперва должны были перейти, чтобы взобравшись на валъ, достичь укрѣпленій, и зажечь ихъ.

Баторій, Полоцкимъ жителямъ на вѣчныя времена отмѣнилъ взносъ въ казну 200 копъ грошей Литовскихъ, ежегодно платимыхъ за право судиться Магдебургскимъ правомъ: дозволилъ имъ каждому для себя имѣть бани; для пріѣзжихъ же повелѣлъ выстроить публичную баню, съ которой получаемый доходъ вносился бъ въ ратушу. Въ городѣ, установилъ двѣ ярмарки, каждую срокомъ по недѣлѣ; въ продолженіи ихъ всякій имѣлъ право торговать безъ пошлинъ: но если бы кто захотѣлъ торговать и послѣ означеннаго срока, тотъ платилъ торговое мыто. Запретилъ Евреямъ торговать въ городѣ, строить и покупать дома. По взятіи Полоцка Баторій въ немъ не нашелъ ни одного костела, только однѣ церкви; первые прибывшіе съ нимъ въ Полоцкъ езуиты были: Станиславъ Ленчинскій, Янъ Аландъ и Войцехъ Гинціушъ. Баторій присутствовалъ при заложеніи ихъ Коллегіума въ Полоцкѣ 1580 г. Іюля 2-го дня158.

1586 года королевскимъ указомъ запрещено жителямъ православнаго исповѣданія торговать и заниматься ремеслами въ праздничные дни установленные по Римско-Католическому календарю. (Т. III Акт. Ист. зап. Рус.).

Костелъ Св. Стефана и школы, между замкомъ и рынкомъ, езуиты начали строить только въ 1588 году159.

При Королѣ Сигизмундѣ III, въ Полоцкѣ всѣ церкви, не исключая и церковь Св. Софіи, обращены въ Уніятскія160.

Въ 1600 г. въ городѣ и его окрестностяхъ былъ большой голодъ, послѣ него и язва: кто не умеръ отъ перваго, сдѣлался жертвою послѣдней! Езуиты, въ своемъ монастырѣ ежедневно кормили отъ 300 до 400 человѣкъ бѣдныхъ; тогда въ одномъ Полоцкѣ умерло до 15,000 душъ161 разнаго званія людей, собравшихся изъ окрестныхъ мѣстъ для пріисканія средствъ къ пропитанію.

Въ 1607 г. сгорѣвшіе замки, велѣно построить на счетъ Короля съ тѣмъ, чтобы въ работахъ участвовали всѣ жители опричъ военныхъ162. Изъ матеріяла разваленной церкви Св. Софіи, дозволено обывателямъ построить домъ для помѣщенія въ немъ архива дѣлъ судовъ гродскаго и земскаго всего воеводства163 Полоцкаго.

Во время войны Россіянъ съ Поляками въ 1633 г. первые, овладѣли Полоцкомъ, и большую часть города истребили огнемъ и мечемъ164.

Въ 1642 году, сильнымъ пожаромъ произшедшимъ отъ неосторожности пьяныхъ людей въ верхнемъ замкѣ, всѣ строенія замка, съ окружавшими его деревянными стѣнами и башнями обращены въ пепелъ.

Въ 1647 году новопостроенный замокъ велѣно привесть въ оборонительное состояніе165. Его же повелѣно снабдить амуниціею166 въ 1652 году.

Война объявленная Россіянами Полякамъ въ 1654 году была бѣдственна и раззорительна для Бѣлоруссіи; начальствовавшій царскимъ 30,000 корпусомъ бояринъ и воевода Василій Петровичъ Шереметевъ двинулся къ Полоцку; слыша о его приближеніи, избѣгая плѣна или смерти, нѣкоторые изъ жителей спѣшили переправиться чрезъ р. Двину: не помѣстившіеся на паромѣ и лодкахъ поплыли, но изнемогши отъ усилій, увлеченные быстриною, многіе потонули167. Оставшіеся въ городѣ, сдали его безъ сопротивленія; за такую покорность, Царь Алексѣй Михайловичъ гражданамъ дозволилъ безпошлинно торговать всякими товарами впредъ до указа, судиться своимъ судомъ въ ратушѣ, только въ спорныхъ дѣлахъ обращаться къ Воеводѣ, освободилъ отъ податей на три года (т. е. до 1658 г.); дома бѣжавшихъ въ Литву гражданъ, повелѣлъ ихъ родственникамъ хранить въ цѣлости, и не продавать; за перевозъ чрезъ Двину дозволилъ съ каждаго дома въ городѣ взымать по 2 деньги, а съ сельскихъ и деревенскихъ людей по ковшу хлѣба; для разширенія гостиннаго двора отдалъ городу мѣсто за ратушею168.

Царь Алексѣй Михайловичъ въ Полоцкѣ

Въ 1656 г. Іюля 5-го дня въ субботу предъ вечернею Царь Алексѣй Михайловичъ пріѣхалъ въ Полоцкъ. При въѣздѣ въ городъ встрѣченъ жителями и духовенствомъ; игуменъ Богоявленскаго монастыря Игнатій Евлевичъ говорилъ Царю рѣчь. Проживя въ Полоцкѣ 10-ть дней, 15-го Іюля выѣхалъ къ войску стоявшему подъ г. Ригою; ѣдучи туда взялъ съ собою изъ соборной Софійской церкви чудотворную икону Божьей Матери, на которую повелѣвъ сдѣлать въ Москвѣ богатую ризу украшенную жемчугомъ и драгоцѣнными камнями, отправилъ въ Полоцкъ съ Архіепископомъ Полоцкимъ и Смоленскимъ Каликстомъ, который и привезъ ее туда въ страстную пятницу Апрѣля 1-го дня 1659 года169.

Изъ подъ Риги Октября 12-го дня Царь Алексѣй Михайловичъ прибылъ вторично въ Полоцкъ; православному духовенству возвратилъ всѣ имѣнія отошедшія отъ нихъ къ езуитамъ при Королѣ Баторіѣ. Архіепископу Полоцкому Каликсту повелѣно именоваться Архіепископомъ Смоленскимъ и Мстиславскимъ, и изъ Полоцка переѣхать на жительство въ Смоленскъ.

Онъ же170 повелѣлъ сломать три дома, оставшіеся послѣ бѣжавшихъ въ Литву евреевъ; а какъ сломанные дома находились близъ самаго Богоявленскаго монастыря, то очищенное отъ тѣхъ домовъ мѣсто, отдалъ Богоявленскому монастырю подъ постройку колокольни и кладбища171.

Въ 1658 г. 26-го Марта, для почтовой гоньбы, Царь Алексѣй Михайловичъ въ Полоцкѣ, повелѣлъ установить почтовый ямъ, и отвесть мѣсто для постройки почтоваго дома; въ ямщики жъ обратилъ крестьянъ трехъ бывшихъ королевскихъ деревень: Бедцо, Захарьиничи и Заязневичи172. Станціи, до которыхъ Полоцкимъ ямщикамъ опредѣлялось возить царскихъ посланныхъ, или почту, были: Друя, Невель и Себежъ. Для сбора суммы на содержаніе почты, установленъ особый налогъ173.

По миру заключенному въ 1667 г. Полоцкъ возвращенъ Полякамъ. Въ томъ же году королевскимъ указомъ, Полоцкому воеводѣ въ обоихъ замкахъ повелѣно отвесть мѣста для постройки домовъ пушкарямъ и стрѣльцамъ, охраняющимъ тѣ замки174.

1667 г. по случаю совершеннаго раззоренія претерпѣннаго жителями отъ безпрерывнаго постоя и содержанія царскихъ людей175, которому были подвержены во все продолженіе войны, Король уволилъ Полоцкихъ гражданъ отъ взноса податей и другихъ повинностей на четыре года176.

1686 года Марта 27-го дня Полоцкій братскій Богоявленскій монастырь получилъ отъ Московскаго Патріарха грамоту предоставлявшую ему право освящать въ Бѣлоруссіи всѣ православныя церкви, и посылать священниковъ въ г. Ригу для отправленія богослуженія, и исполненія христіанскихъ обязанностей надъ православными тамъ находившимися по своимъ коммерческимъ дѣламъ177.

Начавъ войну съ Шведскимъ Королемъ Карломъ XII, союзникъ Польскаго Короля Августа II-го Императоръ Петръ I, въ Августѣ 1704 года, повелѣлъ Князю Репнину вступить въ Литовскія области съ 12-ю полками (6-ю пѣхотными и 6-ю конными), занять Полоцкъ, и размѣстить пѣхоту на квартирахъ въ окрестностяхъ города; Генералу жъ Бауру съ конными полками идти къ Друѣ, и расположиться по рѣкѣ Двинѣ, для ближайшаго наблюденія за движеніями непріятеля178.

Царь Петръ I-й въ Полоцкѣ

1705 г. въ Февралѣ, Князь Меншиковъ съ войскомъ двинулся къ Полоцку, и расположился за городомъ въ лагерѣ; туда же прибылъ и Императоръ 12-го Іюня, остановился за городомъ, въ кельяхъ принадлежавшаго езуитамъ Спасскаго монастыря. 23-го Іюня манифестомъ179 объявилъ Полякамъ, что побуждаемый прозьбами ихъ пословъ, и самаго Короля, вступилъ съ Арміею въ области своего союзника, для защищенія, и утвержденія его на престолѣ; почему воспрещаетъ Полякамъ дѣлать всякіе съѣзды, и собранія въ воеводствахъ, или ѣхать въ Варшаву, на утвержденіе незаконнаго избранія Станислава Лещинскаго Королемъ Польскимъ; съ ослушными поступятъ какъ съ измѣнниками, и предателями отечества, а ихъ имѣнія истребятъ огнемъ и мечемъ180.

Въ Спасскій монастырь къ Императору пріѣзжалъ Лифляндскій дворянинъ Паткуль181.

29-го Іюня въ день Петра и Павла, послѣ обѣдни, въ 12-ть часовъ, Императоръ сопровождаемый своимъ сыномъ Алексѣемъ Петровичемъ, княземъ Менщиковымъ, и знатнѣйшими лицами, посѣтилъ Коллегіумъ Езуитовъ, гдѣ Ректоръ Казиміръ Бѣльскій, привѣтствовалъ его рѣчью; осмотря все, изволилъ у нихъ обѣдать, и во время стола разсказывалъ о своихъ путешествіяхъ по разнымъ землямъ. При заздравномъ тостѣ о благоденствіи высокаго имянинника, производилась стрѣльба изъ пушекъ, поставленныхъ на площади, предъ Коллегіумомъ. Вечеромъ, въ 11 часовъ, поблагодаря радушныхъ хозяевъ, Императоръ изъ Коллегіума возвратился къ себѣ въ Спасскій монастырь, гдѣ прожилъ до 12-го Іюля.

Изъ лагеря, расположеннаго вокругъ монастыря, Императоръ отправилъ Фельдмаршала Шереметева съ войскомъ въ Курляндію противъ Шведскаго Генерала Левенгаупта.

Въ 1706 году Генералу фонъ-Вердену повелѣно, чтобы онъ въ случаѣ приближенія Шведовъ къ Полоцку съ превосходными силами, противъ которыхъ будетъ невозможно противустоять, оставилъ городъ, но прежде раззорить Замокъ не трогая однакожъ церквей; самому-жъ съ войскомъ отступить къ засѣкѣ182, сдѣланной отъ Смоленска къ Пскову, и на ней удерживать непріятеля; имѣть безпрестанное сношеніе съ обоими городами, до того-жъ времени изъ Полоцка, отнюдь ничего не пропущать въ г. Ригу, ни водою, ни сухимъ путемъ.

По смерти Польскаго Короля Августа II-го, Станиславъ Лещинскій, имѣя много приверженцевъ въ Польшѣ, остался бы въ ней Королемъ, если-бъ тому не воспрепятствовала Императрица Анна Іоановна, которая, желая уничтожить сильную партію образовавшуюся въ Литвѣ и Польшѣ въ пользу удержанія на престолѣ Лещинскаго, двинула свои войска, одну часть въ Бѣлоруссію и Литву, другую къ Данцигу, гдѣ находился король Станиславъ Лещинскій. Полоцкое воеводство держало его сторону. Россіяне съ большими силами вошли въ Бѣлоруссію183, и приверженцевъ Лещинскаго однихъ побили, другихъ разсѣяли, имѣнія пожгли, упорнѣйшихъ заключили въ Вежахъ, и такимъ образомъ водворили тишину въ странѣ сильно раззоренной не столько отъ военныхъ дѣйствій, какъ отъ сопряженныхъ съ войною безпорядковъ.

Послѣ такихъ опустошеній, у жителей явился во всемъ недостатокъ; за нимъ наступилъ голодъ, продолжавшійся съ 1741 по 1746 годъ. Въ то время въ Полоцкѣ умерло много людей отъ болѣзни, голода, и всякаго рода недостатковъ. Пожары въ 1709, 1738, 1750, 1757 и 1770 годахъ, сильно содѣйствовали къ уменьшенію въ немъ населенности.

Въ мирное правленіе короля Августа III трудолюбіе отчасти вознаградило потери, но не возвратило жителямъ ихъ прежняго благосостоянія. Не взирая на претерпѣнныя бѣдствія, Полоцкъ не преставалъ быть главнымъ городомъ въ Бѣлоруссіи по числу находившагося въ немъ Православнаго, Уніятскаго и Католическаго духовенства, богатой и обширной торговли, производимой Полочанами, съ Ригскими и Россійскими купцами. Великолѣпныя каменныя зданія, Католическихъ монастырей (кляшторовъ) Езуитскаго, Доминиканскаго, Францисканскаго, Бернардинскаго, и Базильянской церкви Св. Софіи184 (въ XVII столѣтіи обращенной въ Уніятскую церковь) придавали много красы городу.

До 1772-го года, Полоцкъ раздѣлялся на 5-ть частей 1) Предъ-Двинье, 2) За-Двинье, 3) Заполотье, 4) Верхній Замокъ185, и 5) Нижній Замокъ186. Лежащій на Двинѣ островъ187 между городомъ и слободкою Екиманіею, сперва принадлежалъ городу, потомъ Езуитамъ, нынѣ Полоцкому Кадетскому Корпусу.

Въ 1772 году Мая 28 Полоцкое воеводство присоединено къ Россіи, переименовано въ Провинцію, и вошло въ составъ Псковской губерніи. Полоцкъ сдѣланъ провинціяльнымъ городомъ Октября 9-го дня 1772 года. Изъ Бѣлорусскихъ провинцій, вошедшихъ въ составъ Псковской губерніи, повелѣно въ 1776 году Августа 24 составить Полоцкую губернію, въ которой Губернскимъ городомъ утвержденъ Полоцкъ, (1777 г. Марта 22-го) а въ слѣдующемъ 1778 году Января 10-го Губернія переименована въ намѣстничество188. Планъ городу утвержденъ 1778 г. Февраля 21-го; ему же гербъ 1781 г. Сентября 23-го.

По докладу Сената 1800 г. Сентября 29-го вмѣсто бывшаго въ Полоцкѣ Коменданта повелѣно быть Городничему. Штатъ Полиціи утвержденъ 1805 года Декабря 31-го. Указомъ 1796 года Декабря 12-го губерніи Полоцкая и Могилевская соединены въ одну Бѣлорусскую; Губернскимъ городомъ назначенъ г. Витебскъ, а Полоцкъ обращенъ въ Уѣздный той же же губерніи. Эта перемѣна была главнѣйшею причиною уменьшенія въ немъ числа жителей и купцевъ переселившихся въ г. Витебскъ. Городъ еще болѣе обѣднѣлъ послѣ пожара истребившаго въ немъ 240 домовъ. Послѣднимъ Полоцкимъ воеводою былъ Жаба. Первымъ Губернаторомъ Бѣлорусско-Псковской губерніи былъ Генералъ-Маіоръ Кречетниковъ.

Въ 1778 году Ноября 3-го дня для Полоцкаго намѣстничества повелѣно учредить главное народное Училище, коль скоро отъ установленной для того въ Петербургѣ Комиссіи будутъ присланы учителя съ нужными для наукъ книгами189.

Бытность Императрицы Екатерины II въ Полоцкѣ

Въ 1780 году Мая 9-го дня во Вторникъ въ 5 часовъ по полудни Ея Императорское Величество Государыня Императрица Екатерина II осчастливила городъ своею бытностью, проведя въ немъ три дня. Езуитъ Стебельскій оставилъ потомству описаніе торжественной встрѣчи, сдѣланной высокой путешественницѣ, о которой онъ говоритъ: «Дворяне верхами на богатоубранныхъ лошадяхъ встрѣтили Императрицу за нѣсколько миль отъ города, знатнѣйшіе изъ нихъ ѣхали впереди Ея кареты, — за ними Почтмейстеръ съ 12-ю почтальонами; послѣ нихъ верхами-жъ ѣхали пикинеры, за ними слѣдовала Императрица въ позолоченной каретѣ съ спущенными стеклами, кланялась на обѣ стороны столпившемуся народу. При самой каретѣ по правую сторону верхомъ на прекрасной лошади ѣхалъ намѣстникъ Бѣлорусскій Графъ Чернышевъ. За каретою слѣдовали Лейбъ-Кирасиры, за ними придворныя кареты запряженныя въ шесть лошадей. Отъ тріумфальныхъ воротъ, (нарочно для сего случая устроенныхъ за городомъ) по обѣ стороны дороги въ праздничныхъ платьяхъ стояли Евреи, потомъ мастеровые всѣхъ цеховъ до самаго города: въ городѣ предъ присутственными мѣстами на площади стояли чиновники съ канцелярскими служителями, съ другой стороны площади предъ Езуитскимъ костеломъ (корпусною церковью) стоялъ офиціалъ Бѣлорусскій Юрій Пусловскій съ свѣтскимъ духовенствомъ, далѣе Езуиты, Доминиканы, Базыльяны, Бернардины и Францисканы. Когда Императрица подъѣхала къ воротамъ, въ городѣ во всѣхъ церквахъ зазвонили въ колокола, а съ городскаго вала холостыми зарядами производилась стрѣльба изъ орудій. Въ городѣ Императрица изволила войти въ Русскую церковь, гдѣ Ее встрѣтилъ Архіерей Иннокентій, оттуда поѣхала въ приготовленный надъ рѣкою Двиною, для Ея пріѣзда деревянный Дворецъ (гдѣ прежде жилъ Полоцкій Губернаторъ Иванъ Михайловичъ Ребиндеръ). Каменнаго-жъ Дворца на рынкѣ Государынѣ Императрицѣ не было угодно занять изъ опасенія сырости, какая могла быть въ новопостроенныхъ стѣнахъ.

«Въ тотъ день Государынѣ Императрицѣ угодно было назначить аудіенцію одному только племяннику Польскаго Короля, князю Станиславу Понятовскому. Между тѣмъ князь Потемкинъ со всею свитою Императрицы и чиновниками отправился въ каѳедральный Соборъ Св. Софіи, предъ которымъ его встрѣтилъ Полоцкій Уніятскій Епископъ Смогоржевскій. Онъ же служилъ и молебенъ о благополучномъ прибытіи Государыни Императрицы. Послѣ молебна Базильяне пѣли: Тебя Бога хвалимъ.

«Случившійся въ вечеру дождь съ вѣтромъ помѣшалъ жителямъ освѣтить улицы плошками — за то во всемъ городѣ въ окнахъ горѣли свѣчи. Въ монастырѣ и Конвиктѣ у Езуитовъ въ окнахъ 3-го этажа стояли разноцвѣтныя пирамиды, на которыхъ шкалики и фонари были прикрѣплены и повѣшены весьма красиво и разнообразно, что издали представляло очаровательный видъ: не менѣе великолѣпно былъ освѣщенъ фасадъ Софійскаго собора у Базильяновъ.

«На другой день т. е. 20-го Мая въ Среду утромъ въ 9 часовъ назначенъ съѣздъ въ Дворецъ; чиновники, дворянство, духовенство, и почетнѣйшіе граждане, имѣли счастіе представляться Государынѣ Императрицѣ. Преосвященный Инокентій, Офиціалъ Пусловскій Суфраганъ Бѣлорусскій, и Езуитскій Провинціалъ Станиславъ Черневичъ, Ею допущены къ поцалованію руки.

«Послѣ пріема, Высокая Посѣтительница сперва осмотрѣла построенныя на рынкѣ присутственныя мѣста, потомъ была въ костелѣ Езуитовъ, гдѣ сидѣла на приготовленномъ для Нея тронѣ, во все время отправленія Божественной службы. Послѣ обѣдни была въ ихъ монастырѣ, осмотрѣла рисунки учениковъ, между которыми выбравъ нѣсколько отдала ихъ своему Генералъ-Адъютанту Ланскому, приказавъ отнесть къ ней: оттуда отправилась въ Дворецъ, куда были приглашены къ обѣденному столу всѣ почетнѣйшіе особы.

«Того числа въ вечеру Государыня Императрица изволила присутствовать у Графа Чернышева на ужинѣ, а послѣ него въ Маскерадѣ. Весь городъ былъ иллюминованъ: блеска и вкуса въ освѣщеніи зданій было много. Народъ толпился на площади и вокругъ костела Езуитовъ, котораго фасадъ, подъѣздъ, и окна великолѣпно были освѣщены разноцвѣтными шкаликами. Предъ костеломъ стояли 4 пирамиды, каждая вышиною равнялась высотѣ костела; пятая пирамида одинаковой высоты съ прочими стояла противъ Дворца занимаемаго Императрицею: на пирамидахъ съ большимъ вкусомъ фестонами были размѣщены разноцвѣтные шкалики. Пирамиды стояли на большой деревянной изъ брусьевъ сдѣланной связи, обставленной шкаликами, что производило особенно пріятный видъ. Во время иллюминаціи, на верхнемъ ярусѣ двухъ костельныхъ башенъ, играли музыканты составленные изъ Езуитовъ.

«21-го Мая въ день именинъ Великаго Князя Константина Павловича (внука Ея Императорскаго Величества) во всѣхъ церквахъ и костелахъ было молебствіе. Сама-жъ Императрица изволила въ тотъ день слушать обѣдню въ церкви Богоявленскаго монастыря; по пріѣздѣ въ Дворецъ Ея Императорскому Величеству благоугодно было послать князя Потемкина въ Могилевъ для встрѣчи Германскаго Императора Іосифа II-го (Графа Фалькенштейна). Въ вечеру городъ былъ иллюминованъ какъ и на канунѣ, съ тою только разницею что на поставленной предъ Дворцемъ пирамидѣ, въ срединѣ находился транспарантъ съ изображеніемъ Императрицы, а вокругъ Ея гербы знатнѣйшихъ городовъ Имперіи.

«22-го Мая въ 9 часовъ утра всѣ Чиновники, Дворянство и Граждане собрались въ Дворецъ, откуда изволила отправиться въ дальнѣйшій путь по дорогѣ къ г. Могилеву при колокольномъ звонѣ, стрѣльбѣ изъ орудій и оглушающихъ крикахъ ура! Выѣздъ Императрицы изъ Полоцка былъ также торжественъ какъ и въѣздъ; въ оба раза соблюденъ одинъ и тотъ же порядокъ.

«Проѣзжая мимо Струни190 Императрица при церкви встрѣчена Уніатскимъ Епископомъ Смогоржевскимъ. Въ путешествіи ея Императорскому Величеству сопутствовали: Цесарскій посолъ Графъ Кобенцель, князь Потемкинъ, Нарышкинъ, князь Барятынскій, князь Долгорукій, Ланской, Строгоновъ, Чернышевъ, Брунъ и графъ Чернышевъ. Изъ Поляковъ: князь Станиславъ Понятовскій, Иванъ Зыбергъ, Игнатій Твардовскій, Андрей Огинскій, Фадей Жаба, Юстиніянъ Щитъ, Игнатій Морикони, Фадей Копелъ, Іосифъ Храповицкій, Іосифъ Плятеръ, Кокей, Бржостовскій.»

По возвращеніи изъ путешествія въ Петербургъ Императрица поручила Инженеръ-Генералу Бауру осмотрѣть мѣстности: Полоцка, Сенна, Могилева, Быхова, Рогачева, Будилова и Толочина, и какія изъ нихъ можно укрѣпить, о томъ подробно Ей объяснить въ докладѣ.

Осмотря означенныя мѣста Бауръ донесъ191: «что въ г. Полоцкѣ, хотя высота окружающая монастырь Св. Софіи, (на которой еще видны остатки древняго укрѣпленія) составляетъ самое высокое мѣсто всей окружности праваго берега р. Двины, но лежащія противъ нея высоты на лѣвомъ берегу той же рѣки, весьма вредны для ея фортификаціонныхъ расположеній: а потому, надежнѣйшей и твердой крѣпости въ Полоцкѣ по изложеннымъ причинамъ нельзя построить; а можно на берегу Двины, для малаго числа людей сдѣлать большое каменное укрѣпленіе.»

Въ томъ же году въ Сентябрѣ, отправляясь за границу Великій Князь Павелъ Петровичъ съ супругою Маріею Федоровною пробылъ въ Полоцкѣ 27, 28 и 29 Сентября192.

Государь Императоръ Александръ I три раза былъ въ Полоцкѣ: въ 1802 въ Іюлѣ, въ 1807 въ Октябрѣ и въ 1812 году193.

Великая Княгиня Екатерина Павловна съ своимъ супругомъ Принцемъ Гольстейнъ-Ольденбургскимъ изволила сутки пробыть въ Полоцкѣ въ 1811 году.

Въ Январѣ 1812 г. Императоръ Александръ школѣ Езуитовъ въ Полоцкѣ дозволилъ называться Академіею, предоставя ей право пользоваться всѣми преимуществами Университетовъ.

Примечания

129. Епископъ Ригскій, Мастеръ Фолкунъ и всѣ другіе Ригскіе властители признали Двину отъ устья до вершинъ ея, вольною для судоходства Россіянъ и Нѣмцевъ. Въ заключенномъ договорѣ сказано: если лодья Русская или Нѣмецкая повредится, то гость (купецъ) можетъ вездѣ пристать къ берегу, выгрузить товаръ и нанять людей для вспоможенія; но имъ, болѣе договорной цѣны съ него не требовать. Грамота служила для городовъ: Полоцка, Витебска и Смоленска, писана при священникѣ Іоаннѣ (вѣроятно съ Россійской стороны), Мастерѣ Фолкунѣ и многихъ купцахъ Ригскаго царства, приложившихъ къ ней свои печати: слѣдуютъ имена нѣкоторыхъ жителей Готландіи, Любека, Бремена, Минстера и Риги. Это договоръ Смоленскаго князя Мстислава Давидовича въ 1228 г. (Карам. т. III Гл. VII).

130. По просьбѣ Псковитянъ, великій князь Ольгердъ послалъ къ нимъ своего сына Андрея, который въ Псковѣ окрещенъ въ Троицкомъ соборѣ въ 1342 г. и тогда же объявленъ Псковскимъ княземъ. Но какъ онъ болѣе проживалъ при отцѣ въ Полоцкѣ, Псковомъ же управлялъ чрезъ своихъ намѣстниковъ, то въ 1349 г. Псковичи ему отказали отъ княженія, но по прошествіи семи лѣтъ вторично избрали. Управляя ими довольно долго, онъ однакожъ въ 1399 г. торжественно отрекся за себя и своего сына, отъ всѣхъ притязаній на Псковъ (ист. кн. Пск. Евгенія).

131. Описывая происшествія, необходимо, чтобы имена были такъ написаны, какъ ихъ произносятъ въ странѣ, гдѣ случились происшествія. Нѣкоторыя названія лицъ или мѣстъ въ лѣтописяхъ до того измѣнены, что природный Литовецъ (Литувисъ), встрѣчая въ исторіи имя своего князя или названіе мѣстъ своей страны, долженъ употребить много труда, чтобы составить себѣ понятіе о настоящемъ названіи. Ольгердъ по Литовски: Алъ-гиртъ. Алусъ означаетъ пиво и гиртасъ, пьяный, а гирти пить. Ольгердъ былъ женатъ два раза: его первая супруга Марья Ярославовна княжна Витебская имѣла нѣсколькихъ сыновей, между ними и Андрея. Вторая супруга Ульяна Александровна княжна Тверская по кончинѣ Ольгерда (въ инокиняхъ Марія) владѣла Витебскимъ княжествомъ до своей кончины. Въ церковномъ архивѣ бывшаго Духова монастыря въ Витебскѣ былъ документъ, что церковь основана Ольгердомъ и въ ней покоятся останки его второй супруги. Карамзинъ въ V т. прим. 50 говоритъ, что княгиня Ульяна погребена въ Вильнѣ въ церкви Св. Богородицы вмѣстѣ съ Ольгердомъ. Ульяна мать Ягелы (любимца Ольгердова), Скиргелы, Ширдигела (Свидригела) и пр. Отъ двухъ женъ у Ольгерда было 12 сыновей.

132. По Литовски: Кейстутисъ.

133. Ягело по Литовски «я» значитъ если, и «гела» жаль. Неправильно пишутъ Ягелу Ягайлою или Ягелломъ.

134. Лишившись удѣла, и чувствуя себя не въ силахъ противуборствовать своему брату великому князю Литовскому Ягелѣ, Андрей искалъ покровительства меченосцевъ, а чтобы лучше ихъ расположить къ себѣ, и успѣшнѣе достичь своего намѣренія, свой удѣлъ Полоцкое княжество, записью, уступилъ Ордену съ тѣмъ, чтобы ему и его потомкамъ, княжить въ немъ какъ присяжникамъ Ордена. Копія съ записи Андрея Ольгердовича хранится въ Кенигсбергскомъ архивѣ, какъ о томъ упомянулъ Карамзинъ. Ист. Гос. Рос.

135. Другой сынъ Андрея Иванъ выѣхалъ изъ Пскова въ 1400 г. (ист. княж. Псковскаго).

136. Витовтъ по Литовски: Витаутъ.

137. За нею, изъ Литвы въ Москву присланы послы: князь Александръ Юрьевичъ, да Янъ Березинскій съ товарищами. Елену провожали бояре: князь Семенъ Ряполовскій и Михаилъ Русалка съ товарищами. (изъ др. Русск. вивл. соч. Новикова). Во II-мъ томѣ Акт. Ист. западн. Россіи изъ 83-й грамоты видно: что Королева Елена скончалась въ Январѣ 1513 года въ городкѣ Браславлѣ, (между мѣстечками Друею и Дисною Минской губерніи) Ей отданномъ въ пожизненное владѣніе. Тамъ же, въ томѣ IV въ примѣч. къ № 1 упомянуто: что въ числѣ пожизненныхъ владѣній, данныхъ Королевѣ Еленѣ Іоанновнѣ, было и Могилевское староство съ волостью. По смерти Короля Александра, его братъ Польскій Король Сигизмундъ I, 1507 года Января 7-го дня замки: Бѣльскъ, Суражъ, Брянскъ, со всѣми принадлежавшими къ нимъ волостями и людьми, пожаловалъ въ пожизненное владѣніе оставшейся вдовѣ Короля, Польской Королевѣ Еленѣ Іоанновнѣ.

138. Древ. Рус. вивл. соч. Новикова.

139. Карамзинъ.

140. Акт. Ист. Запад. Рос.

141. Стебельскій.

142. Акт. Ист. Запад. Рос.

143. Въ Т. II. Ак. Ист. З. Р. подъ № 31 сказано, что въ 1508 году Іюня 5 послѣдовалъ Указъ о пріемѣ въ Литвѣ Польской монеты полугрошей за 4-е пеняза а грошей польскихъ за 8 пенязей Литовскихъ.

144. Копа означаетъ число шестьдесятъ. Сорокъ копъ составляетъ 2400 грошей Литовскихъ. Литовскій серебряный грошъ Короля Сигизмунда Августа вычеканенный въ 1566 году изъ хорошей пробы серебра величиною съ нашъ 15-и копѣечникъ; по этому сравненію въ величинѣ монеты одинакой доброты можно-бы опредѣлить цѣнность тогдашняго серебрянаго гроша Литовскаго, которыхъ я имѣлъ два. На каждомъ: съ одной стороны двѣ буквы A и S связанныя между собою, по бокамъ ихъ, означенъ годъ 15 — 66. Съ другой стороны, скачущій на конѣ всадникъ, съ поднятою надъ головою саблею; вокругъ монеты надпись. Прим. сочинит.

145. Любопытны тогдашнія цѣны установленныя королевскою таксою по случаю подвоза и поставки кормовъ въ Армію для жолнержы (солдатъ). За вола платили 80 грошей, корову 40, яловицу 24, откормленнаго борова 20, обыкновеннаго 12, свинью 10, барана 6, гуся 1, двѣ курицы 1, за бочку ржи 10, куль овса 5 грошей серебрянныхъ Литовскихъ. Акт. Ист. Зап. Рос.

146. Нынѣ Спасскій дѣвичій монастырь.

147. Довойна за свое семейство далъ выкупу 10,000 червонцевъ; бывшая съ нимъ въ плѣну жена его Петронеля, изъ дому Радзивилъ, умерла въ Россіи. Довойна писалъ къ Царю Іоанну Васильевичу изъ Литвы въ 1569 г. прося его, чтобъ ему Довойнѣ было дозволено изъ Россіи вывезть останки жены, въ замѣнъ останковъ князя Петра Шуйскаго, убитаго близъ Чашникъ, о выдачѣ которыхъ, сыновья: Иванъ и Никита Петровичи Шуйскіе просили Польскаго Короля; по этому случаю въ Вильну посылали и своего человѣка Вислова Булгакова 1570 г. Февр. 5 дня. Тѣло жены Довойны Петронели отправлено въ Смоленскъ: размѣнъ однакожъ не состоялся отъ ссоры Воеводы Виленскаго съ Довойною. Первый остановилъ тѣло Петра Шуйскаго въ Вильнѣ, и посланный отъ сыновей Шуйскаго, возвратился ни съ чѣмъ. (Ист. Карамз. Т. IX. прим. 231, стр. 48.)

148. Александръ Гвагнинъ въ своей рукописной исторіи, писанной на Русскомъ языкѣ о Сарматіи Европейской, хранящейся въ С. Петер. ИМП. Пуб. Библ. о взятіи Полоцка упоминаетъ такимъ образомъ: «а Литву и Русь, мѣщанъ и иныхъ людей, которые тамошніе жильцы и посторонніе, съѣхалися отсидѣть, и Московскихъ всѣхъ, поймалъ, и перевязалъ, и въ Москву привелъ, и тамъ великое богатство грабежемъ, золото и серебро, несчетно взялъ, да посѣста тотъ городъ съ посадомъ, и всѣми пожитки своими, за Царемъ Московскимъ сталъ.»

149. Стебельскій.

150. См. письмо Короля Баторія къ Царю. (Лит. Метр.) Стебельскій въ своемъ сочиненіи Т. II на страницѣ 120 пишетъ: что Бернардины прибыли въ Польшу въ 1454 году. Находившіеся въ Русскомъ войскѣ Татары, по взятіи Полоцка, перекололи всѣхъ Ксендзовъ Бернардиновъ. Въ книгѣ: Miesięcznik Połocki изд. 1818 г. сказано: Бернардины помѣщены въ Полоцкѣ въ 1498 г. по повелѣнію Короля Александра.

151. (Ист. Гос. Рос. Карамз.). Воеводами у него были князь Курлятевъ, Лыковъ, Чулковъ, Засѣкинъ и Чоглоковъ.

152. Акт. Ист. запад. Руси.

153. Ист. Гос. Рос. Карамзина.

154. Volumina Legum.

155. Городскія укрѣпленія были просты, но, по тогдашнему состоянію военнаго искуства, весьма достаточны для сопротивленія непріятелю. Городъ или замокъ, обводили стѣнами складенными изъ бревенъ, наложенныхъ между столбами вкопанными въ землю. Двойныя стѣны съ промежуткомъ между ними, дѣлались изъ срубовъ какіе приготовляютъ для избъ, съ тою только разницею, что бревна на срубы употребляли длиннѣе. Соединенные или сплоченные между собою срубы, составляли двойную деревянную стѣну, скрѣпленную поперечными стѣнками срубовъ, отъ чего, внутренность стѣны, казалась какъ бы перегороженною на многія клѣтки. Эти то клѣтки изъ срубовъ и назывались городнями, а строители такихъ стѣнъ городниками. Пустое пространство въ городняхъ насыпали землею и каменьями. Такія стѣны, дѣлались вышиною въ нѣсколько сажень: по угламъ и въ срединѣ стѣнъ, строились высокія башни съ бойницами, онѣ же и стрѣльницы: а для охраненія ихъ отъ огня, чтобы непріятель съ низу не могъ подложить огонь и произвесть пожаръ, башни и стѣны до извѣстной высоты обкладывали дерномъ. Древле башню называли столпъ; если башни были сдѣланы изъ дерева, то имѣли фигуру четырехъ-угольную; если были сложены изъ камня, то круглую. Пустыя городни часто служили складомъ имущества жителей, или въ нихъ помѣщались ратники охранявшіе городскія стѣны и башни отъ непріятеля. Въ городняхъ устраивали склады для храненія провіанта, фуража, аммуниціи; верхъ или крыша городень дѣлалась изъ толстыхъ бревенъ съ верху накрытыхъ досками: на крышѣ вдоль всей стѣны размѣщались воины и орудія.

156. Въ Разряд. кн. сказано: Король Стефанъ Полотскъ взялъ измѣною, потому что измѣнили воеводы что были худы, а милы были имъ жены, а какъ головъ и сотниковъ побили, то воеводы городъ здали, а сами били челомъ Королю въ службу съ дѣтьми, съ людьми, и со стрѣльцы. Всего воинскаго люду въ Полоцкѣ было 6,000; здалъ Полотскъ Королю Петръ Волынскій со стрѣльцами. (Т. IX прим. 526 Ист. Карамз.).

157. Весь израненъ стрѣлами, а рука на сквозь прострѣлена: въ гербѣ ему данномъ помѣщена рука прострѣленная стрѣлою.

158. Такъ сказано въ календарѣ езуитовъ.

159. Miesięcznik Połocki 1818 roku.

160. Stebelski.

161. Miesięcznik Połocki.

162. Miesięcznik Połocki 1818 roku.

163. Volumina Legum.

164. См. Дворц. разр. 1633 года.

165. Volumina Legum.

166. Тамъ же.

167. Стебельскій упоминаетъ: что въ то время изъ Полоцка за Двину бѣжали всѣ езуиты, католическіе священники, монашенки, много католиковъ, евреевъ; Василій Петровичъ Шереметевъ расположился въ кельяхъ Езуитскаго монастыря. По заключеніи мира, езуиты возвратились въ Полоцкъ, свой монастырь и костелъ нашли въ развалинахъ. Иждивеніемъ доброхотныхъ людей выстроили костелъ, и при немъ коллегіумъ на нынѣшнемъ мѣстѣ, до войны, принадлежавшемъ Кальвинамъ гдѣ былъ ихъ сборъ раззоренный Россіянами. Езуиты у Кальвиновъ отняли это мѣсто, потомъ выпросили у Короля дозволеніе на немъ построиться. (Lukaszewicz).

168. Полн. Соб. Законовъ. Тамъ же.

169. Древн. Рос. Вивл. соч. Новикова.

170. 1656 года Сентября 29-го дня. (Полн. Собр. Зак.).

171. Полн. Собр. Закон.

172. Полн. Собр. Закон.

173. Полн. Собр. Закон.

174. Volumina Legum.

175. Чтобъ судить о тогдашнемъ содержаніи солдатъ съ лошадью, помѣщаю донесеніе Полоцкихъ жителей къ Гетману Карлу Ивановичу Ходкевичу 6-го Іюня 1616 г. хранящееся въ Сапежинскомъ архивѣ въ ИМП. С. П. Б. «Рота старосты Минскаго, предъявивши письмо ваше, расквартировалась у насъ въ городѣ. На ея содержаніе и лошадей, мы давали съ каждой службы по 1 четверти овса, съ 2-хъ службъ четверть ячменя, съ 4-хъ службъ четверть ржи, съ 6-ти службъ барана, съ каждой службы курицу или сыръ, съ 2-хъ службъ возъ сѣна; всего же мы на нихъ выдали: овса 300 бочекъ, ячменя 150, ржи 80, барановъ 200, куръ или сыровъ 2,000, сѣна 600 возовъ.» Въ каждой службѣ было 4, 3 и 2 дома крестьянъ, смотря по состоянію, и числу, находившихся въ нихъ, взрослыхъ работниковъ.

176. Volumina Legum.

177. Бѣлор. Арх. Собр. Грам.

178. Изъ дневныхъ записокъ и журнала Петра I. 1704, 1705 и 1706 годовъ.

179. Изъ дневныхъ записокъ и журнала Петра I. 1704, 1705 и 1706 годовъ.

180. Изъ дневныхъ записокъ и журнала Петра Великаго 1704, 1705 и 1706 годовъ.

181. Изъ дневныхъ записокъ и журнала Петра Великаго 1704, 1705 и 1706 годовъ.

182. Чтобы не допустить Шведовъ проникнуть въ Россію, Императоръ Петръ I въ бытность въ 1706 году въ Оршѣ 24 Февраля послалъ Указъ Коменданту Дерптскому такого содержанія: «Отъ Смоленска до Пскова гдѣ есть лѣса сдѣлать засѣки шириною на 300 шаговъ, не смотря чья земля, Русская, или Литовская: гдѣ же воды глубокія, или болоты непроходимыя, по нимъ засѣкъ не дѣлать. Засѣки сдѣлать поголовно, прилегающими къ тѣмъ мѣстамъ Уѣздами, Русскими и Польскими, которые ближе.» (Изъ кн. тет. Зап. Петра I. 1704, 1705 и 1706 г.) А въ Указѣ Корчмину, для продолженія засѣки отъ Смоленска къ Брянску сказано: «всѣ малыя дороги въ лѣсахъ, засѣчь на 300 сажень шириною, а большія, оставить для проходу; на поляхъ сдѣлать равелины, по образцу, съ полисадами, и рогатками. Позади засѣки, сдѣлать дорогу, шириною въ 90 шаговъ, а гдѣ рѣки и болоты, тутъ мостъ, чтобы 4-мъ человѣкамъ можно итти было: мужиковъ, у которыхъ есть ружье, чтобы приказные, ихъ знали; также косы насадя прямо, и рогатины имѣя были-бы готовы для караула и обороны.» (оттуда-жъ).

183. Всѣ свѣдѣнія подъ звѣздочкою взяты изъ изданной Езуитами книги въ 1818 году подъ названіемъ: «Miesięcznik Połocki» печатанный въ ихъ типографіи въ Полоцкѣ. Въ 1750 г. во время пожара, сгорѣлъ Езуитскій деревянный Коллегіумъ и библіотека. Бернардины прибыли въ Полоцкъ въ 1498 г. по привилегіи имъ данной Великимъ княземъ Литовскимъ Александромъ. Доминикане въ 1670 г. по приглашенію Виленскаго Каноника Казиміра Горскаго, выстроившаго для нихъ деревянный монастырь, истребленный пожаромъ. Храповицкіе для Францисканъ выстроили деревянный монастырь въ 1684 г. Базильяны прибыли въ Полоцкъ въ 1668 г. Надо полагать, что имъ тогда же отданъ монастырь Св. Софіи въ верхнемъ замкѣ для отправленія Богослуженія. Польскій Король Михаилъ Вишневецкій въ 1673 году далъ Полоцкимъ Базильянамъ въ Полоцкомъ Воеводствѣ два Староства Судиловиче и Черствяты, о чемъ упоминаетъ Стебельскій.

184. Уніятскій Архіепископъ Гребницкій (скончавшійся въ 1762 г.) на развалинахъ разоренной церкви Св. Софіи выстроилъ нынѣ существующую каменную церковь со всѣми кельями и пристройками; она обновлена и вновь освящена въ 1851 г. Окт. 28 дня.

185. Мѣсто верхняго замка длиною 225, шириною 135 сажень. Miesięcznik Połocki.

186. Мѣсто нижняго замка длиною 190, шириною 120 саж. Miesięcznik Połocki.

187. Длиною 344, шириною 150 сажень. Miesięcznik Połocki.

188. Намѣстническое Правленіе въ присутственныхъ мѣстахъ по Указу Сената открыто 1778 года Іюня 14-го; мундиръ намѣстничества былъ: красный кафтанъ съ палевыми бархатными лацканами, воротникомъ, и круглыми обшлагами: подбой палевый, бѣлый камзолъ, и пуговицы бѣлыя (изъ книги: Изъявленіе по полосамъ губерній и намѣстничествъ. Рос. Имп. соч. Рубана 1785 года).

189. Полное Собр. Законовъ.

190. Лѣтнее жилище бывшихъ Уніятскихъ Архіепископовъ (въ 6 верстахъ отъ Полоцка) по дорогѣ къ Витебску. Тамъ, Епископъ Смогоржевскій выстроилъ церковь съ двумя минаретами у воротъ, и 12-ю малыми круглыми кельями, подѣланными въ окружающей церковь каменной стѣнѣ съ зубцами. Обширный каменный домъ Архіепископа съ прекраснымъ плодовымъ садомъ и рощею. Между церковью и домомъ находится прудъ, окаймленный гладко устроенными и выровненными берегами.

191. Ноября 7-го дня 1780 г. выписано изъ подлиннаго доклада, хранящагося между рукописями Имп. Публ. Библ. слогъ и смыслъ ничего не измѣненъ.

192. Изъ книги: начертаніе путешествія Павла Петровича съ своею супругою въ 1781 и 1782 годахъ.

193. 6-го Іюля 1812 года изъ Главной квартиры близъ Полоцка Государь Императоръ издалъ манифестъ о всеобщемъ ополченіи.