Чтения по истории Западной России. Лист 281, с. 268
Курс лекций 1864 года о западнорусских землях от Древней Руси до упразднения унии в 1839 году, в четвёртом издании 1884 года: Литва и Польша, Брестская уния, казачество, разделы Речи Посполитой.
С. 268
Оригинал издания
второй уже изъ Саксоніи (первый при Петрѣ, тоже Августъ) король, Августъ III, извѣстный необыкновенными силами физическими, необыкновеннымъ разгуломъ, но совершенно неспособный къ важнымъ, великимъ дѣламъ государственнымъ. Поляки очень были довольны такимъ государемъ и усердно подражали ему въ роскошной, веселой жизни. По словамъ Лелевеля, о Польшѣ тогда говорили, что она существуетъ неладомъ, но что ей въ этомъ положеніи хорошо и безопасно. Польшу того времени сравнивали съ постоялымъ дворомъ, въ который можно пріѣхать, пошумѣть и ѣхать дальше. Но не всѣмъ однако было удобно и безопасно среди этого неладу и шуму. Сеймы срывались одинъ за другимъ, т. е. не принимались ни какіе мѣры къ улучшеніямъ, и, что особенно было важно, не наказывались важнѣйшіе шляхетскія преступленія. Можно поэтому представить себѣ, какое своеволіе, какое безчиніе распространялось по всему польскому королевству. Своеволіе сдѣлалось даже какимъ-то геройствомъ. Оригинальнымъ типомъ такого геройства былъ въ то время литовскій магнатъ Карлъ Радивиллъ, извѣстный подъ названіемъ – panie-kochanku (обычная его поговорка). Онъ производилъ разные фокусы надъ всѣми, кто подвертывался ему подъ руку. Вздумаетъ ударить шляхтича за обѣдомъ ложкою по лбу, шляхтичъ получаетъ ударъ и отправляется на свое мѣсто. Или вздумаетъ вмѣсто лошадей запречь въ экипажъ медвѣдей и ѣдетъ въ костелъ, куда много съѣзжалось и другихъ пановъ. Лошади папскія бѣсятся, ломаютъ экипажи. Радивиллъ вознаграждаетъ убытки одною большой монетой, которую нарочно для этого вычеканиваетъ. Паны станутъ дѣлить и перессорятся. Или вздум
Современный русский
второй уже из Саксонии (первый при Петре, тоже Август) король, Август III, известный необыкновенными силами физическими, необыкновенным разгулом, но совершенно неспособный к важным, великим делам государственным. Поляки очень были довольны таким государем и усердно подражали ему в роскошной, веселой жизни. По словам Лелевеля, о Польше тогда говорили, что она существует неладом, но что ей в этом положении хорошо и безопасно. Польшу того времени сравнивали с постоялым двором, в который можно приехать, пошуметь и ехать дальше. Но не всем однако было удобно и безопасно среди этого неладу и шуму. Сеймы срывались один за другим, т. е. не принимались ни какие меры к улучшениям, и, что особенно было важно, не наказывались важнейшие шляхетские преступления. Можно поэтому представить себе, какое своеволие, какое бесчиние распространялось по всему польскому королевству. Своеволие сделалось даже каким-то геройством. Оригинальным типом такого геройства был в то время литовский магнат Карл Радивилл, известный под названием – «любезный пан» (обычная его поговорка). Он производил разные фокусы над всеми, кто подвертывался ему под руку. Вздумает ударить шляхтича за обедом ложкою по лбу, шляхтич получает удар и отправляется на свое место. Или вздумает вместо лошадей запречь в экипаж медведей и едет в костел, куда много съезжалось и других панов. Лошади папские бесятся, ломают экипажи. Радивилл вознаграждает убытки одною большой монетой, которую нарочно для этого вычеканивает. Паны станут делить и перессорятся. Или вздум