Пересказ содержания
Автор и замысел книги, содержание шестнадцати чтений и пояснений к карте, люди и события, рукописное приложение, Брестчина в книге и её значение сегодня.
Автор, издание и замысел
Михаил Осипович, также Иосифович, Коялович (1828–1891) — историк, профессор Санкт-Петербургской духовной академии, исследователь церковной и общественной истории западных земель бывшей Речи Посполитой. «Чтения по истории Западной России» вышли четвёртым изданием в Санкт-Петербурге, в типографии А. С. Суворина, в 1884 году. Основная пагинация — XII, 341 страница; вслед за основным изложением помещены замеченные опечатки. К изданию приложена этнографическая карта. В предисловии автор напоминает о большой премии императора Петра Великого, присуждённой сочинению Учёным комитетом Министерства народного просвещения.
Первоначальные лекции Коялович прочитал в Петербурге в 1864 году для небольшого общества слушателей. Поводом был общественный интерес к западным губерниям на фоне подавления восстания 1863–1864 годов. Предисловие сообщает о переработке текста, особенно истории XVIII века, с учётом новых документов. При этом автор подчёркивает сохранение своих основных взглядов.
Под «Западной Россией» Коялович понимает обширную историческую область, включающую белорусские и украинские земли, связанные с Великим княжеством Литовским и Польшей. Это понятие выражает его собственную историческую концепцию. Он считает белорусов и малороссов частями единого русского народа, а православие — главной основой его исторической самобытности. Современные государственные и национальные границы с этой системой понятий не совпадают.
Главная мысль книги — история сохранения православным населением своей веры и общественного уклада в борьбе с польским шляхетским и католическим влиянием. Итогом автор считает соединение западных земель с Российской империей и переход униатских общин в православие. Такой исход задаёт оценку предшествующих событий.
Композиция и содержание чтений
| Чтение | Печатные страницы | Содержание |
|---|---|---|
| I | 1–22 | Введение: определение Западной России, её связи с восточной Русью, противопоставление русского и польского общественного строя, обзор исторической литературы. |
| II | 22–49 | Этнография и население: белорусы, малороссы, литовцы, поляки и евреи; природные условия, сословные различия, авторская оценка отношений между группами населения. |
| III | 49–68 | Древняя Русь до монгольского нашествия. Различие исторических путей её частей; Полоцк, Галич, Волынь, Турово-Пинская область; Всеславичи и Ростиславичи. |
| IV | 69–83 | Положение после нашествия; Данило Романович, его отношения с Ордой и западными державами. Возникновение Литовского государства, давление рыцарских орденов и расширение в русские земли. |
| V | 83–95 | Языческая религия Литвы, жрецы и обряды; сближение литовских правителей с русской культурной средой; Ольгерд, Ягайло, Кейстут и Витовт. |
| VI | 95–114 | Исторический очерк Польши: Пясты, крещение, отношения с германским миром, рост шляхетских прав, Казимир Великий и предпосылки союза с Литвой. |
| VII | 114–147 | Польско-литовский союз, борьба Витовта и Ягайло, Грюнвальд, Городло, Свидригайло и Сигизмунд, сохранение самостоятельности княжества при Казимире и Александре. |
| VIII | 147–167 | Литва XVI века, Реформация, Сигизмунд Август, война с Москвой и переговоры, завершившиеся Люблинской унией 1569 года. |
| IX | 167–187 | Устройство Великого княжества Литовского: сеймы, должности, суд, города, крестьяне и Статут. Социальные и религиозные последствия унии; происхождение и организация ордена иезуитов. |
| X | 187–204 | Иезуиты в Польше и Литве, образование и религиозная полемика. Православные братства, конфликты мирян и епископов, подготовка и заключение Брестской церковной унии 1596 года. |
| XI | 204–220 | Попытки защиты православия со стороны аристократии и горожан; союзы православных и протестантов; формирование днепровского казачества и его отношения с коронной властью. |
| XII | 220–235 | Казачество на рубеже XVI–XVII веков, Сагайдачный и Хотинская война; религиозные столкновения, гибель Иосафата Кунцевича, казацкие выступления и предпосылки восстания Хмельницкого. |
| XIII | 235–247 | Восстание Богдана Хмельницкого, Зборовский и Белоцерковский договоры, обращение к Алексею Михайловичу, события 1654 года, русско-польская война и шведское вторжение. |
| XIV | 247–265 | Борьба гетманских направлений после Хмельницкого: Выговский и Гадяч, Дорошенко и Османская империя, Андрусово и Вечный мир. Семён Палий, Мазепа и политика Петра I. |
| XV | 265–302 | Речь Посполитая XVIII века, положение православных, деятельность Георгия Конисского, Гервасия и Мельхиседека; гайдамацкое движение, конфедерации, разделы Польши и восстание Костюшко. |
| XVI | 302–333 | Западные земли в Российской империи: Екатерина II, Павел I, Александр I, Адам Чарторыйский, образование, польское движение и восстание 1830–1831 годов; Иосиф Семашко и ликвидация унии в 1839 году; авторское заключение. |
Следующие за чтениями «Пояснения к этнографической карте» (с. 333–341) раскрывают принципы изображения населения, источники сведений и спорные пограничные области. Карта представляет авторское понимание соотношения великороссов, малороссов и белорусов, а также расселения литовцев и поляков.
Люди, события и конфликты
В древнерусской части особенно важны Владимир Мономах, полоцкие Всеславичи, Василько Ростиславич, Ярослав Осмомысл и Данило Романович. Через судьбы княжеских ветвей автор объясняет возникновение самостоятельных политических центров на западе Руси.
Литовский сюжет строится вокруг Гедимина, Ольгерда, Кейстута, Ягайло, Витовта, Свидригайло, Казимира и Сигизмунда Августа. Борьба за устройство союза с Польшей и положение православных занимает здесь больше места, чем история отдельных княжеских родов. Ключевые рубежи — польско-литовское сближение конца XIV века, Грюнвальдская битва 1410 года, Городельские акты 1413 года и Люблинская уния 1569 года.
В церковной истории действуют князь Константин Острожский, патриарх Иеремия II, Михаил Рагоза, Кирилл Терлецкий, православные братства и Иосафат Кунцевич. Брестская уния 1596 года показана как перелом, усиливший борьбу вокруг церковного имущества, епископской власти, образования и общественного представительства православных.
Казачья история связывает Сагайдачного, Хмельницкого, Выговского, Дорошенко, Палия и Мазепу. Коялович оценивает их прежде всего по отношению к православию и союзу с Московским государством. После 1648 года политический выбор казачества оказывается связан с противоборством Речи Посполитой, России, Крымского ханства и Османской империи.
Для XVIII–XIX веков на первый план выходят православные архиереи и монастырские деятели, российские императоры, польские реформаторы и Иосиф Семашко. Автор рассматривает разделы Речи Посполитой 1772, 1793 и 1795 годов как освобождение западнорусского населения, а преобразования униатской церкви — как возвращение к прежнему единству.
Рукописное приложение
С книгой соседствует отдельная рукописная подборка. В ней собраны извлечения из привилеев и договоров, перечень эпизодов насилия против православных, текст проекта об уничтожении восточного обряда, датированный 1717 годом, и так называемый «Польский катихизис», выписанный со ссылкой на издание Ю. Ф. Самарина 1870 года. Последние листы содержат заметку о варшавской газете и событиях 1897 года.
Эта подборка не составляет семнадцатого чтения Кояловича. Её автор не установлен; последняя датированная запись относится ко времени после смерти историка. Приложение показывает интересы читателя и практику собирания материалов в рамках русско-польской и православно-католической полемики. Сообщения о насилии и особенно тексты, изображающие скрытую программу действий против целого народа, требуют самостоятельной проверки происхождения и достоверности.
Брестчина и значение книги
Территория современной Брестской области появляется в рассказе о Турово-Пинской земле, западнорусских княжествах, Брестском воеводстве, церковной унии и Пинской конгрегации 1791 года. Местные сюжеты включены в общую историю политических и конфессиональных преобразований региона.
Книга важна как влиятельное изложение западнорусской исторической концепции XIX века и как свидетельство связи исторического знания с общественной борьбой своего времени. Она соединяет политическую, церковную и социальную историю, приводит документы и указывает литературу. Её фактические сообщения полезны как отправная точка исследования, а оценки национального характера, причин конфликтов и неизбежности имперского объединения требуют критического сопоставления с другими источниками.