Чтения по истории Западной России. Лист 46, с. 33
Курс лекций 1864 года о западнорусских землях от Древней Руси до упразднения унии в 1839 году, в четвёртом издании 1884 года: Литва и Польша, Брестская уния, казачество, разделы Речи Посполитой.
С. 33
Оригинал издания
же въ послѣдніе времена раньше и больше развились народныя училища.
Бѣлоруссы никогда не знали татарскаго ига. Это тоже отразилось въ нѣкоторыхъ чертахъ ихъ жизни, напримѣръ, въ поразительномъ довѣріи къ людямъ, въ значительно хорошей ихъ семейной жизни и, въ обычное время, въ маломъ числѣ у нихъ злодѣяній.
Загнанные въ болота и лѣса, бѣлоруссы въ этомъ самомъ нашли себѣ однако спасеніе не только отъ татаръ, но и отъ многихъ другихъ золъ. Они закрыты были и недоступны окружавшей ихъ цивилизаціи, и такъ какъ эта цивилизація – польская, іезуитская была очень дурная цивилизація, то бѣлоруссы находили благо въ своихъ лѣсахъ и болотахъ, скрываясь отъ нее. Они дѣйствительно болѣе сохранили свой древній бытъ, чѣмъ малороссы. Самая рѣчь ихъ болѣе чиста, болѣе близка къ великорусскому языку, чѣмъ малороссійское нарѣчіе.
Вотъ образецъ бѣлорусской рѣчи, – пѣсня женщины на чужбинѣ:
ВЪ ціомномъ лѣси, да трава зелена,
Гдзѣ я выйду – всіо чужая старана,
А въ садочку соловейки поюць,
ВЪ ціомномъ лѣси зюзюльки куюць.
Соловейко, рудный брацикъ муй,
А зюзюлька, рудна сіостринка мнѣ:
Чи не были вы въ маей старанѣ?
Чи не чули навинушки обо мнѣ?
Чи не тужиць мая матка по мнѣ?
„Тужиць, плаче, убиваецься,
Што дзѣнь, ночь спадзѣваецься“.
Еще бо я не радзилася,
Лиха доля прикацилася;
Еще бо я въ пѣлюшкахъ лежала,
Л
Современный русский
же в последние времена раньше и больше развились народные училища.
Белоруссы никогда не знали татарского ига. Это тоже отразилось в некоторых чертах их жизни, например, в поразительном доверии к людям, в значительно хорошей их семейной жизни и, в обычное время, в малом числе у них злодеяний.
Загнанные в болота и леса, белоруссы в этом самом нашли себе однако спасение не только от татар, но и от многих других зол. Они закрыты были и недоступны окружавшей их цивилизации, и так как эта цивилизация – польская, иезуитская была очень дурная цивилизация, то белоруссы находили благо в своих лесах и болотах, скрываясь от нее. Они действительно более сохранили свой древний быт, чем малороссы. Самая речь их более чиста, более близка к великорусскому языку, чем малороссийское наречие.
Вот образец белорусской речи, – песня женщины на чужбине:
В ціомном леси, да трава зелена,
Гдзе я выйду – всіо чужая старана,
А в садочку соловейки поюць,
В ціомном леси зюзюльки куюць.
Соловейко, рудный брацик муй,
А зюзюлька, рудна сіостринка мне:
Чи не были вы в маей старане?
Чи не чули навинушки обо мне?
Чи не тужиць мая матка по мне?
„Тужиць, плаче, убиваецься,
Што дзень, ночь спадзеваецься“.
Еще бо я не радзилася,
Лиха доля прикацилася;
Еще бо я в пелюшках лежала,
Л