Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Белорусские древности. Лист 95, с. 84

Свод древностей Витебской губернии, 1890: курганы и городища, замки, клады, каменные орудия, «Борисовы камни», древние храмы и церковные предметы, с 106 изображениями.

Белорусские древности, 1890: лист 95 из 149

С. 84

Оригинал издания

тому назадъ, на своемъ полѣ, въ Полоцкомъ уѣздѣ большой, фунтовъ въ пять вѣсомъ, каменный топоръ, имѣвшій круглое отверстіе для насадки на палку,—нѣсколько лѣтъ употреблялъ его вмѣсто чугунной гири при чисткѣ трубъ, пока наконецъ, кс. Жарю не обратилъ на это вниманія и не пріобрѣлъ отъ Мудраго его интересную находку за сотую спирта.

Не то бываетъ за границей, въ особенности во Франціи. Тамъ по словамъ Луи Фигье „существуетъ извѣстный классъ работниковъ, которые находятъ удовольствіе (да одно ли удовольствіе? Вѣрно выгоду). въ обманѣ археологовъ и производятъ ложныя каменныя орудія, коими они очень выгодно торгуютъ (это такъ). Они утверждаютъ, безъ малѣйшей совѣсти, громадную древность своихъ произведеній и продаютъ ихъ или новичкамъ-любителямъ, или, что гораздо хуже, работникамъ, производящимъ раскопки въ мѣстностяхъ, содержащихъ въ себѣ кости, и которые спрятавъ эти поддѣльные предметы, въ подлежащій слой земли, впослѣдствіи ихъ выкапываютъ, какъ подлинную древность и получаютъ премію отъ довѣрчивыхъ естествоиспытателей“.

Пока что, къ счастью русская археологія еще не натолкнулась на эту постыдную, и для науки крайне вредную спекуляцію—на человѣческую любознательность. Но нѣтъ сомнѣнія, что недалеко то время, когда поддѣлыватели орудій каменнаго вѣка разведутся и у насъ; пусть только любители старины вздумаютъ платить за нихъ хорошую цѣну, пусть только научное значеніе орудій каменнаго вѣка, а слѣдовательно и ихъ относительная цѣнность, поймется нашимъ простолюдиномъ, и въ особенности падкими на всевозможныя поддѣлки жидками. О! тогда поддѣлкамъ не будетъ конца. Нельзя однако же не замѣтить что если поддѣлка орудій каменнаго вѣка и вообще древностей, въ особенности монетъ, не сдѣлалась еще предметомъ промысла низшихъ слоевъ населенія нашего отечества; то интелигентный классъ началъ уже прибѣгать, въ видахъ достиженія той или другой цѣли, къ этой постыдной фабрикаціи. Не напоминая читателямъ подробностей обнаруженной, лѣтъ сорокъ тому назадъ, въ Кіевѣ, поддѣлки однимъ ученымъ лицомъ монетъ съ „клиническими надписями; ни о существовавшемъ тамъ же кабинетѣ древностей завѣдомо на половину поддѣльныхъ или ложно названныхъ,—я могу сказать что въ моей колекціи каменныхъ орудій, кои всѣ будутъ выставлены на имѣющей быть въ концѣ сего года, въ Москвѣ—археологической выставкѣ, хранится одинъ изъящно отдѣланный каменный топоръ, доставленный мнѣ изъ Рѣжицкаго уѣзда. Происхожденіе этого орудія мнѣ хорошо извѣстно, оно есть продуктъ усердія не по разуму одного маленькаго административнаго чиновника, нынѣ покойнаго, къ исполненію предписанія начальства.

Прекрасная шлифовка, совершенно правильные остріе края и отверстіе, при отсутствіи дендритовъ, составляющихъ неизмѣнный признакъ древнихъ каменныхъ орудій, при первомъ взглядѣ на описанный топоръ—обнаруживаютъ его поддѣлку.

Современный русский

тому назад, на своем поле, в Полоцком уезде большой, фунтов в пять весом, каменный топор, имевший круглое отверстие для насадки на палку,—несколько лет употреблял его вместо чугунной гири при чистке труб, пока наконец, кс. Жарю не обратил на это внимания и не приобрел от Мудрого его интересную находку за сотую спирта.

Не то бывает за границей, в особенности во Франции. Там по словам Луи Фигье „существует известный класс работников, которые находят удовольствие (да одно ли удовольствие? Верно выгоду). в обмане археологов и производят ложные каменные орудия, коими они очень выгодно торгуют (это так). Они утверждают, без малейшей совести, громадную древность своих произведений и продают их или новичкам-любителям, или, что гораздо хуже, работникам, производящим раскопки в местностях, содержащих в себе кости, и которые спрятав эти поддельные предметы, в подлежащий слой земли, впоследствии их выкапывают, как подлинную древность и получают премию от доверчивых естествоиспытателей“.

Пока что, к счастью русская археология еще не натолкнулась на эту постыдную, и для науки крайне вредную спекуляцию—на человеческую любознательность. Но нет сомнения, что недалеко то время, когда подделыватели орудий каменного века разведутся и у нас; пусть только любители старины вздумают платить за них хорошую цену, пусть только научное значение орудий каменного века, а следовательно и их относительная ценность, поймется нашим простолюдином, и в особенности падкими на всевозможные подделки жидками. О! тогда подделкам не будет конца. Нельзя однако же не заметить что если подделка орудий каменного века и вообще древностей, в особенности монет, не сделалась еще предметом промысла низших слоев населения нашего отечества; то интелигентный класс начал уже прибегать, в видах достижения той или другой цели, к этой постыдной фабрикации. Не напоминая читателям подробностей обнаруженной, лет сорок тому назад, в Киеве, подделки одним ученым лицом монет с „клиническими надписями; ни о существовавшем там же кабинете древностей заведомо на половину поддельных или ложно названных,—я могу сказать что в моей колекции каменных орудий, кои все будут выставлены на имеющей быть в конце сего года, в Москве—археологической выставке, хранится один изъящно отделанный каменный топор, доставленный мне из Режицкого уезда. Происхождение этого орудия мне хорошо известно, оно есть продукт усердия не по разуму одного маленького административного чиновника, ныне покойного, к исполнению предписания начальства.

Прекрасная шлифовка, совершенно правильные острие края и отверстие, при отсутствии дендритов, составляющих неизменный признак древних каменных орудий, при первом взгляде на описанный топор—обнаруживают его подделку.