Зоря Галицкая. Год VI. 1853. Лист 134 - с. 454
Скан издания 1853 года. Оригинал на галицком «язычии» и перевод на современный русский язык.
Оригинал
русскихъ критиковъ: „Es giebt eine zerstörende Kritik und eine productive. Jene ist sehr leicht, denn man darf sich nur irgend einen Masstab, irgend ein Musterbild, so bornirt sie auch seien, in Gedanken aufstellen, sodann aber kühnlich versichern: vorliegendes Kunstwerk (что тутъ сказано о искусственномъ дѣлѣ, тоже само розумѣется и о мнѣніи другихъ) passe nicht dazu, tauge deswegen nichts, die Sache sei abgethan, und man dürfe ohne Weiteres seine Forderung als unbefriedigt erklären; und so befreit man sich von aller Dankbarkeit gegen den Künstler. — Die productive Kritik ist um ein gutes Theil schwerer, sie fragt: Was hat sich der Autor vorgesetzt? Ist dieser Vorsatz vernünftig und verständig, und in wiefern ist es gelungen, ihn auszuführen? Werden diese Fragen einsichtig und liebevoll beantwortet, so helfen wir dem Verfasser nach, welcher bei seinen ersten Arbeiten gewiss schon Vortschritte gethan und sich unserer Kritik entgegen gehoben hat.“ — Который съ тѣхъ двохъ родовъ критики избралъ г. Лозиньскій въ статьи своей, въ 64 и 65 ч. „Вѣстника“ помѣщенной, явственно изъ всего вышесказанного нами.
Что касается нашихъ двохъ вопросовъ, предложенныхъ къ рѣшенію г. Лозиньскому, то признаемъ со всею справедливостію, что они розрѣшены нимъ въ полнѣ, и только слова, заключенныи послѣ признанія его, что межи кождою сотнею словъ въ его дописи есть около 90 такихъ, которы въ кождомъ россійскомъ словарѣ находятся, а около 80 такихъ, которы употреблялъ Несторъ и старинныи русскіи писатели; только, кажемъ, заключенныи тамже слова его: „(сли правда?),“ мѣшаютъ намъ лучшее наше о немъ понятіе. Яко малорусскій грамматикъ, яко литератъ, учившійся, по собственному его вызнанію, „церковного и россійского языка двадцять нѣсколько лѣтъ еще передъ 1846 годомъ,“ г. Лозиньскій не на своемъ мѣстцѣ поставилъ тамъ скептическій вопросъ „(сли правда?).“
Однакожь, застановившися надъ его откровеннымъ отвѣтомъ; изъ которого явствуетъ, что мимо того, же въ нашемъ письменномъ языцѣ есть много словъ, сходныхъ со словами старорусского и „найблизшого намъ россійского“ языка, не можно языкъ нашъ назвати „московско-болгарскимъ,“ но всегда малорусскимъ, — застановившись надъ тѣмъ, — якъ же то недостойно и противорѣчно окажется намъ ово порицаніе и обруганіе якой-то „московско-болгарской епоки“ нашей литературы тѣмъ же самымъ г. Лозиньскимъ!
Но, Господи! прости ему, онъ не вѣдалъ, что творилъ!......
Андрей Ивановичъ К.
Извѣстія науковыя
На желаніе и съ помощію одного ревнѣйшого Покровителя и Любителя нашей литературы печатается современно въ типографіи Став. Инст. во Львовѣ „Сборникъ русскихъ стихотвореній,“ и „Змѣй Ногайскій“ повѣсть, извѣстная нашимъ почт. Читателямъ изъ 25-29 ч. „Зори Галицкой.“ — Современно доносимъ, что „Матица галицко-русская“ перепечатываетъ изъ „Зори“ историческіи статьи нашего ученого Петрушевича.
— Въ чешской Читанцѣ для IV класса гим. находятся такожь переводы словесныхъ произведеній нѣкоторыхъ нашихъ Русиновъ, именно: „Первое сраженіе Галичанъ съ Уграми,“ изъ Ист. Гал. Кн. Д. Зубрицкого, „Городъ Галичъ“ и „Торговля подкарпатскихъ Русиновъ,“ изъ путешествія по угорской и галицкой Руси Я. Головацкого, „Гуцулы,“ И. Вагилевича, и „Поменьшіи народности галицкіи и буковинскіи,“ В. Ковальского.
— Полурядовыя „Словяцкіи Новины,“ выходящія подъ редакціею дра Лихарда въ Вѣдни, которы до сихъ поръ печатались въ большей части такъ званымъ швабахомъ, т. е. нѣмецкими буквами, начнутъ отъ 1 Января 1854 г. употребляти исключительно латинскіи буквы съ чешскою правописію. Редакція тѣхъ же Новинъ замѣчаетъ, что „употребляетъ книжный (письменный) языкъ, которымъ пишутъ Моравляне и Чехи,“ а который розличается отъ простонародного словяцкого языка далеко больше, нежели книжный малорусскій языкъ отъ бесѣды нашего простонародія. Мы дѣлаемъ еще то замѣчаніе, что в. Правительство, не смотря на усилія нѣкоторыхъ защитниковъ простонародной словяцкой бесѣды, приказало переводити для Чеховъ, Моравлянъ и Словяковъ, всѣ законы и роспоряженія на одинъ книжный чешскій языкъ.
Слѣдуетъ число 39 „Поученій Церковныхъ.“
Иждивеніемъ и типомъ Института Ставропигіянского.
Отвѣчательный Редакторъ Богданъ А. Дѣдицкій.
Русский перевод
русским критикам: «Есть критика разрушительная и критика созидательная. Первая очень легка: стоит лишь мысленно установить какую-нибудь мерку, какой-нибудь образец, как бы ограниченны они ни были, а затем смело уверять, что лежащее перед нами произведение искусства (сказанное здесь о произведении искусства так же относится и к мнениям других) не соответствует им, а потому ничего не стоит, дело решено, и можно без дальнейших рассуждений объявить свои требования неудовлетворёнными; и так освобождаешь себя от всякой благодарности по отношению к художнику. — Созидательная критика значительно труднее; она спрашивает: что поставил себе целью автор? Разумна и осмысленна ли эта цель, и насколько удалось её осуществить? Если на эти вопросы ответить с пониманием и любовью, то мы поможем автору, который в первых своих трудах наверняка уже сделал шаги вперёд и поднялся навстречу нашей критике». — Какой из этих двух родов критики избрал г. Лозинский в своей статье, помещённой в 64 и 65-м номерах «Вестника», явствует из всего сказанного нами выше.
Что касается наших двух вопросов, предложенных на разрешение г. Лозинскому, то признаём со всей справедливостью, что он разрешил их полностью; и только слова, заключённые в скобки после его признания, что из каждой сотни слов в его корреспонденции около 90 таких, которые находятся в любом российском словаре, а около 80 таких, которые употреблял Нестор и старинные русские писатели, — только, говорим, заключённые там же его слова «(если правда?)» мешают нашему лучшему о нём мнению. Как малорусский грамматик, как литератор, изучавший, по собственному его признанию, «церковный и российский язык двадцать с лишним лет ещё до 1846 года», г. Лозинский поставил там скептический вопрос «(если правда?)» совсем не к месту.
Однако, задумавшись над его откровенным ответом, из которого явствует, что, несмотря на то что в нашем письменном языке много слов, сходных со словами старорусского и «ближайшего к нам российского» языка, наш язык нельзя назвать «московско-болгарским», но всегда только малорусским, — задумавшись над этим, — сколь же недостойным и противоречивым покажется нам то порицание и поношение какой-то «московско-болгарской эпохи» нашей литературы со стороны того же самого г. Лозинского!
Но, Господи, прости ему, он не ведал, что творил!......
Андрей Иванович К.
Научные известия
По желанию и при содействии одного ревностнейшего покровителя и любителя нашей литературы в типографии Ставропигийского института во Львове одновременно печатаются «Сборник русских стихотворений» и повесть «Змей Ногайский», известная нашим почтенным читателям по 25–29-м номерам «Зори Галицкой». — Одновременно сообщаем, что «Галицко-русская матица» перепечатывает из «Зори» исторические статьи нашего учёного Петрушевича.
— В чешской хрестоматии для IV класса гимназии помещены также переводы литературных произведений некоторых наших русинов, а именно: «Первое сражение галичан с уграми» из «Истории Галицкого княжества» Д. Зубрицкого, «Город Галич» и «Торговля подкарпатских русинов» из путешествия по Угорской и Галицкой Руси Я. Головацкого, «Гуцулы» И. Вагилевича и «Малые народности Галиции и Буковины» В. Ковальского.
— Полуофициальные «Словацкие новины», выходящие под редакцией д-ра Лихарда в Вене, которые до сих пор печатались большей частью так называемым швабахером, т. е. немецкими буквами, с 1 января 1854 г. станут употреблять исключительно латинские буквы с чешским правописанием. Редакция этих же «Новин» замечает, что «употребляет книжный (письменный) язык, на котором пишут мораване и чехи», а он отличается от простонародного словацкого языка гораздо больше, чем книжный малорусский язык от речи нашего простонародья. Добавим ещё замечание, что высокое правительство, несмотря на усилия некоторых защитников простонародной словацкой речи, повелело переводить для чехов, мораван и словаков все законы и распоряжения на один книжный чешский язык.
Далее следует номер 39 «Церковных поучений».
Иждивением и в типографии Ставропигийского института.
Ответственный редактор Богдан А. Дедицкий.