Живописная Россия, т. III. Лист 500, с. 470
Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.
С. 470
Оригинал
о видимыхъ остаткахъ отдаленной и близкой старины даетъ одинъ отвѣтъ: «была какая-то руина»; «насыпано во времена этой самой руины»... А сама «руина» — въ этомъ случаѣ самое тусклое отвлеченное понятіе, съ мистическимъ оттѣнкомъ — ничего яснаго и образнаго собою не представляющимъ. Для археологовъ въ Бѣлой Руси — еще далеко непочатое поле. Для насъ, по принятой послѣдовательности разсказа, ясно только то, что историческая жизнь напр. Рославля начинается съ самаго начала XV вѣка, а прежнее экономическое процвѣтаніе города давно уже кончилось.
Въ 1494 году Рославль отошелъ отъ Литвы къ Москвѣ, а потомъ по нѣскольку разъ переходилъ изъ рукъ въ руки, пока Алексѣю Михайловичу не удалось, по андрусовскому договору, окончательно закрѣпить его за Москвою, но не слить съ нею. И здѣсь поселенная шляхта, вызванная изъ Польши, упорно удерживала свои особенности и вліяніе. Цари московскіе принуждены были принимать противъ этого свои мѣры. Также извѣстно, что Рославль былъ живымъ торговымъ пунктомъ и въ особенности значительную торговлю производилъ воскомъ и медомъ. Эти продукты домашняго хозяйства закупали Нѣмцы и отправляли за границу. Уменьшеніе лѣсовъ, а съ тѣмъ вмѣстѣ упадокъ пчеловодства, историческія событія ХVІІІ вѣка, прекращеніе подвоза товаровъ изъ Риги и Кіева, основаніе Петербурга и завоеваніе Риги съ балтійскими городами вычеркнуло Рославль изъ списка торговыхъ городовъ. Теперь эта мѣстность только деготь гонитъ, а мѣщане скупаютъ мелкими партіями пеньку, которая идетъ черезъ Порѣчье въ Ригу. Стеченіе рабочихъ для трепанія пеньки водворило въ городѣ особый родъ торговли солониной и горшками, съ которыми ѣздятъ по деревнямъ и обмѣниваютъ на зерновой хлѣбъ. При дегтѣ торгуютъ еще лыками. Впрочемъ изъ с. Кошелева вывозятъ въ годъ до 120 тыс. штукъ мочальныхъ цыновокъ.
Въ своей губерніи Рославль уступилъ торговое первенство городу, лежащему въ восточной половинѣ губерніи на р. Гжати, соединяющейся съ Вазузою и впадающей при г. Зубцовѣ въ Волгу. На Гжатскую пристань стекается уже обиліе всякихъ товаровъ для дальнѣйшаго сплава, въ слѣдующемъ порядкѣ, по количеству ихъ и степени значенія: пенька и пеньковыя издѣлія, разнаго рода хлѣбъ въ зернѣ, мука, льняное и конопляное сѣмя, желѣзо, чугунъ и желѣзныя вещи, сало, солодъ, стекла и т. д. Петръ Великій подспорилъ здѣсь торговое движеніе искусственнымъ образомъ черезъ поселеніе здѣсь переведенцевъ — знатнѣйшихъ купцовъ изъ городовъ: Калуги, Можайска, Боровска, Вереи и другихъ сосѣднихъ. Образовалась сначала слобода, которая до 1775 г. называлась «Пристанью», а съ этого года стала зваться городомъ Гжатскомъ, который къ тому же, для большаго процвѣтанія, очутился на шоссейной дорогѣ изъ Смоленска и Вязьмы въ Москву. Городъ выстроилъ 6 каменныхъ церквей, завелъ фабрики и заводы, и, по требованію хлѣбной торговли, настроилъ по берегамъ рѣки множество дворовъ, амбаровъ и сараевъ. Вообще, но мѣрѣ удаленія отъ Смоленска, тускнѣютъ черты Бѣлорусскаго края, а великорусскія выступаютъ въ крупныхъ и яркихъ краскахъ: вмѣсто ма
Современная орфография
о видимых остатках отдаленной и близкой старины дает один ответ: «была какая-то руина»; «насыпано во времена этой самой руины»... А сама «руина» — в этом случае самое тусклое отвлеченное понятие, с мистическим оттенком — ничего ясного и образного собою не представляющим. Для археологов в Белой Руси — еще далеко непочатое поле. Для нас, по принятой последовательности рассказа, ясно только то, что историческая жизнь напр. Рославля начинается с самого начала XV века, а прежнее экономическое процветание города давно уже кончилось.
В 1494 году Рославль отошел от Литвы к Москве, а потом по нескольку раз переходил из рук в руки, пока Алексею Михайловичу не удалось, по андрусовскому договору, окончательно закрепить его за Москвою, но не слить с нею. И здесь поселенная шляхта, вызванная из Польши, упорно удерживала свои особенности и влияние. Цари московские принуждены были принимать против этого свои меры. Также известно, что Рославль был живым торговым пунктом и в особенности значительную торговлю производил воском и медом. Эти продукты домашнего хозяйства закупали Немцы и отправляли за границу. Уменьшение лесов, а с тем вместе упадок пчеловодства, исторические события ХVИИИ века, прекращение подвоза товаров из Риги и Киева, основание Петербурга и завоевание Риги с балтийскими городами вычеркнуло Рославль из списка торговых городов. Теперь эта местность только деготь гонит, а мещане скупают мелкими партиями пеньку, которая идет через Поречье в Ригу. Стечение рабочих для трепания пеньки водворило в городе особый род торговли солониной и горшками, с которыми ездят по деревням и обменивают на зерновой хлеб. При дегте торгуют еще лыками. Впрочем из с. Кошелева вывозят в год до 120 тыс. штук мочальных цыновок.
В своей губернии Рославль уступил торговое первенство городу, лежащему в восточной половине губернии на р. Гжати, соединяющейся с Вазузою и впадающей при г. Зубцове в Волгу. На Гжатскую пристань стекается уже обилие всяких товаров для дальнейшого сплава, в следующем порядке, по количеству их и степени значения: пенька и пеньковые изделия, разного рода хлеб в зерне, мука, льняное и конопляное семя, железо, чугун и железные вещи, сало, солод, стекла и т. д. Петр Великий подспорил здесь торговое движение искусственным образом через поселение здесь переведенцев — знатнейших купцов из городов: Калуги, Можайска, Боровска, Вереи и других соседних. Образовалась сначала слобода, которая до 1775 г. называлась «Пристанью», а с этого года стала зваться городом Гжатском, который к тому же, для большого процветания, очутился на шоссейной дороге из Смоленска и Вязьмы в Москву. Город выстроил 6 каменных церквей, завел фабрики и заводы, и, по требованию хлебной торговли, настроил по берегам реки множество дворов, амбаров и сараев. Вообще, но мере удаления от Смоленска, тускнеют черты Белорусского края, а великорусские выступают в крупных и ярких красках: вместо ма