Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Живописная Россия, т. III. Лист 267, с. 245

Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.

Живописная Россия, т. III, 1882: лист 267 из 527

С. 245

Оригинал

ему обѣщаніе, данное Аврааму, размножить его племя, Іаковъ на томъ мѣстѣ, гдѣ Господь съ нимъ бесѣдовалъ, положилъ камень, совершилъ на немъ жертву и полилъ масломъ.

На Кавказѣ Осетинцы среди неприступыхъ горъ и непроходимыхъ дорогъ наваливаютъ груды камней. Каждый проходящій обязанъ прибавить камень. При такой грудѣ они останавливаются, молятся, слушаютъ предсказанія своихъ вѣщуновъ. На могилѣ убитаго громомъ накладываютъ высокій каменный курганъ, на вершинѣ втыкаютъ большую жердь и на ней вѣшаютъ кожу чернаго козла.

Можно бы еще очень много привести подобныхъ примѣровъ.

Металлическія орудія вошли въ общее употребленіе. Но религія не допускаетъ нововведеній, и каменныя орудія не переставали быть принадлежностью религіозныхъ обрядовъ.

Обычай изъ камня дѣлать гробницы перешелъ и къ христіанамъ. Въ большихъ камняхъ выдалбливали столько мѣста, сколько нужно, чтобы уложить покойника. Обычай этотъ существовалъ долго, Въ Логойскѣ мы видѣли такіе гроба Тышковъ, или Тышкевичей съ XV ст.

Такіе же обычаи, такое же уваженіе къ камнямъ, конечно, существовали въ первобытное время и среди народа, населявшаго нынѣшнюю Бѣлоруссію. Начинается историческій разсвѣтъ страны, и мы видимъ такое же обращеніе къ камню, какъ къ самому надежному матеріалу для увѣковѣченія памяти. Вотъ существуетъ уже Полоцкое княжество, и князья-властители, желая соорудить памятники, употребляютъ для этого каменья. Такъ можно объяснить и, думаемъ неиначе, сооруженіе каменныхъ памятниковъ князьями Полоцкими.

Замѣчательнѣйшій изъ этихъ памятниковъ — это такъ называемый Рогволодовъ камень, находящійся въ 19 верстахъ отъ города Орши, Могилевской губерніи, вправо отъ почтовой дороги, ведущей чрезъ мѣстечко Коханово въ Минскъ, въ полуверстѣ отъ деревни Дзятловки, принадлежащей къ имѣнію княгини Воронцовой, близъ деревни Листоновъ. Нынѣ камень лежитъ на землѣ, но темя его подымается на четыре вершка надъ поверхностью. Онъ состоитъ изъ черноватой или бурой песчаной плиты, и на немъ изсѣченъ двойной крестъ и широкая надпись, глубоко выдолбленными чертами, славянскими буквами, именно: «Въ 6679 (1171) мѣсяца мая въ 7 день доспенъ. Господи помози рабу своему Василію въ крещеніи именемъ Рохволоду сыну Борисову». Рогволодъ, лицо историческое, онъ былъ княземъ Полоцкимъ, господствовалъ также въ Слуцкѣ и Друцкѣ. Камень этотъ имѣетъ въ длину 4 аршина 4 вершка, въ ширину 3 аршина 6 вершковъ. Замѣчательно, что мѣстные жители называютъ его неиначе какъ надгробнымъ камнемъ, или гробницею. Онъ въ большомъ почитаніи у народа. Гр. К. П . Тышкевичъ пишетъ, что мѣстные поселяне разсказываютъ слышанное отъ дѣдовъ своихъ, будто онъ стоялъ на четырехъ ногахъ и имѣлъ голову, что въ совокупности представляло фигуру животнаго. По преданію, мѣстный мельникъ, отрубивъ ему голову, передѣлалъ его на мельничный камень, который не только самъ перемололся въ песокъ, но также измололъ все состояніе и все семейство мельника. Старики же разсказывали гр. Тышкевичу, что они сами помнятъ, какъ подъ этимъ камнемъ было порожнее мѣсто, куда обыкновенно прятались отъ дождя пастухи, пасшіе скотъ; впослѣдствіи оно засыпалось, и камень все болѣе и болѣе углублялся въ землю. Потомъ подъ него подложили камни меньшей величины. Ректоръ оршанской іезуитской коллегіи Дезидерій Ришардо, въ донесеніи своемъ канцлеру графу Николаю Петровичу Румянцову, тоже свидѣтельствуетъ: «что надгробный камень утвержденъ на четырехъ столбахъ, а многіе старики помнятъ, что подъ нимъ можно было проходить, и что дѣти, гуляя, бѣгали подъ нимъ. Очевидно, что гробница подалась въ землю, ибо теперь она совсѣмъ лежитъ на землѣ». Это было въ 1818 г., и объ этомъ была напечатана статья въ «Виленскомъ Дневникѣ» въ томъ же году (№ 11, стр. 394).

Оршанскій камень найденъ былъ въ 1792 г. Свѣдѣніе объ немъ сообщилъ первый Мальгинъ въ «Зерцалѣ» въ 1794 г. Въ 1805 г. надъ камнемъ воздвигнута часовня, но въ 1812 г., при нашествіи непріятеля, она была разрушена. Впослѣдствіи крестьяне, какъ пишетъ

Современная орфография

ему обещание, данное Аврааму, размножить его племя, Иаков на том месте, где Господь с ним беседовал, положил камень, совершил на нем жертву и полил маслом.

На Кавказе Осетинцы среди неприступых гор и непроходимых дорог наваливают груды камней. Каждый проходящий обязан прибавить камень. При такой груде они останавливаются, молятся, слушают предсказания своих вещунов. На могиле убитого громом накладывают высокий каменный курган, на вершине втыкают большую жердь и на ней вешают кожу черного козла.

Можно бы еще очень много привести подобных примеров.

Металлические орудия вошли в общее употребление. Но религия не допускает нововведений, и каменные орудия не переставали быть принадлежностью религиозных обрядов.

Обычай из камня делать гробницы перешел и к христианам. В больших камнях выдалбливали столько места, сколько нужно, чтобы уложить покойника. Обычай этот существовал долго, В Логойске мы видели такие гроба Тышков, или Тышкевичей с XV ст.

Такие же обычаи, такое же уважение к камням, конечно, существовали в первобытное время и среди народа, населявшого нынешнюю Белоруссию. Начинается исторический рассвет страны, и мы видим такое же обращение к камню, как к самому надежному материалу для увековечения памяти. Вот существует уже Полоцкое княжество, и князья-властители, желая соорудить памятники, употребляют для этого каменья. Так можно объяснить и, думаем неиначе, сооружение каменных памятников князьями Полоцкими.

Замечательнейший из этих памятников — это так называемый Рогволодов камень, находящийся в 19 верстах от города Орши, Могилевской губернии, вправо от почтовой дороги, ведущей через местечко Коханово в Минск, в полуверсте от деревни Дзятловки, принадлежащей к имению княгини Воронцовой, близ деревни Листонов. Ныне камень лежит на земле, но темя его подымается на четыре вершка над поверхностью. Он состоит из черноватой или бурой песчаной плиты, и на нем иссечен двойной крест и широкая надпись, глубоко выдолбленными чертами, славянскими буквами, именно: «В 6679 (1171) месяца мая в 7 день доспен. Господи помози рабу своему Василию в крещении именем Рохволоду сыну Борисову». Рогволод, лицо историческое, он был князем Полоцким, господствовал также в Слуцке и Друцке. Камень этот имеет в длину 4 аршина 4 вершка, в ширину 3 аршина 6 вершков. Замечательно, что местные жители называют его неиначе как надгробным камнем, или гробницею. Он в большом почитании у народа. Гр. К. П . Тышкевич пишет, что местные поселяне рассказывают слышанное от дедов своих, будто он стоял на четырех ногах и имел голову, что в совокупности представляло фигуру животного. По преданию, местный мельник, отрубив ему голову, переделал его на мельничный камень, который не только сам перемололся в песок, но также измолол все состояние и все семейство мельника. Старики же рассказывали гр. Тышкевичу, что они сами помнят, как под этим камнем было порожнее место, куда обыкновенно прятались от дождя пастухи, пасшие скот; впоследствии оно засыпалось, и камень все более и более углублялся в землю. Потом под него подложили камни меньшей величины. Ректор оршанской иезуитской коллегии Дезидерий Ришардо, в донесении своем канцлеру графу Николаю Петровичу Румянцову, тоже свидетельствует: «что надгробный камень утвержден на четырех столбах, а многие старики помнят, что под ним можно было проходить, и что дети, гуляя, бегали под ним. Очевидно, что гробница подалась в землю, ибо теперь она совсем лежит на земле». Это было в 1818 г., и об этом была напечатана статья в «Виленском Дневнике» в том же году (№ 11, стр. 394).

Оршанский камень найден был в 1792 г. Сведение об нем сообщил первый Мальгин в «Зерцале» в 1794 г. В 1805 г. над камнем воздвигнута часовня, но в 1812 г., при нашествии неприятеля, она была разрушена. Впоследствии крестьяне, как пишет