Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Живописная Россия, т. III. Лист 146, с. 130

Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.

Живописная Россия, т. III, 1882: лист 146 из 527

С. 130

Оригинал

нялись въ тайнѣ. Акты и вообще архивные матеріалы, какъ монастырскіе, такъ и частныхъ лицъ, были недоступны. Археографическіе груды не существовали. Не смотря на такія скудныя средства, Ѳедоръ Нарбуттъ предпринялъ громадный трудъ и написалъ 9 томовъ исторіи Литвы, доведенной имъ до 1569, т. е. до Люблинской уніи. Теперь, когда археографическіе труды доступны всѣмъ и каждому, Нарбутта обвиняютъ въ отсутствіи критическаго взгляда, въ ошибкахъ, наконецъ въ томъ, что онъ довольствовался каждымъ матеріаломъ, какой ему подвернулся. Съ точки зрѣнія данной минуты, во всѣхъ этихъ упрекахъ есть много правды; но развѣ можно осуждать человѣка за то, что онъ не воспользовался тѣми источниками, которыхъ тогда несуществовало, надъ собираніемъ и изданіемъ которыхъ трудились потомъ цѣлыя общества. Исторія Нарбутта вышла въ 1835 — 184-1 гг.; акты же Запад. Россіи, изданные археографическою коммиссіею въ пяти томахъ, вышли въ 1846 — 1853, а акты Южной Россіи еще позже. Весьма важные матеріалы объ отношеніяхъ Литовской Руси къ Ганзейскимъ городамъ, изданные Коркуновымъ и Куникомъ, вышли едва въ 1857 г. Неговоримъ уже о послѣдующихъ изданіяхъ русскихъ и польскихъ. Даже акты Виленскаго капитула, приведенные въ порядокъ и потомъ переведенные на польскій языкъ, но и до сихъ поръ неизданные, стали доступны только нѣкоторымъ лицамъ въ пятидесятыхъ годахъ. Переводчикъ ихъ, прелатъ Мамертъ Гербуртъ до конца жизни продолжалъ свой трудъ. Всѣхъ этихъ матеріаловъ не зналъ Нарбуттъ. Онъ довольствовался извѣстными польскими и латинскими источниками, отрывками изъ лѣтописей, помѣшенными въ исторіи Карамзина, и, главное, совершенно незнакомымъ никому тогда источникомъ, Кенигсберскимъ тайнымъ архивомъ, изъ котораго, чрезъ посредство извѣстнаго прусскаго историка Фохта, онъ составилъ девять большихъ фоліантовъ актовъ, граматъ и другихъ матеріаловъ, касающихся собственно сношеній Рыцарей съ Литвою. То, что совершено Нарбуттомъ, не смотря на недостатки, зависѣвшіе отъ времени, когда онъ началъ свой трудъ, во всякомъ случаѣ заслуживаетъ особеннаго уваженія и благодарности. Онъ проложилъ путь къ дальнѣйшимъ изысканіямъ, онъ первый положилъ начало Литовской исторіи, и никто изъ новѣйшихъ писателей, даже хулителей Нарбугта, безъ его исторіи не можетъ сдѣлать шагу. Біографія знаменитаго литовскаго труженника совершенно неизвѣстна въ русской литературѣ. Мы рѣшаемся представить здѣсь хотя главныя черты изъ его жизни, почерпнутыя отъ него самого. Ѳодоръ Ефимовичъ Нарбуттъ родился въ родовомъ своемъ имѣніи, въ Шаврахъ, въ Лидскомъ уѣздѣ, Виленской губерніи, 8 ноября 1784 г. Родъ Нарбутовъ весьма древній. По преданію, онъ вмѣстѣ съ Радзивиллами и Остиками происходить отъ криве-кривейте Лездейки, который будто бы былъ сынъ вел. князя Наримунта (въ концѣ XIII ст.) и былъ женатъ на сестрѣ в. кн. Витенеса (Стрыйковскій, Кояловичъ). По окончаніи наукъ по математическому факультету въ главной школѣ въ Вильнѣ, подъ руководствомъ Гуцевича и Шульца, онъ въ 1803 г. уѣхалъ въ Петербургъ и выдержалъ экзаменъ на кондуктора 1 класса. Нѣкоторое время былъ преподавателемъ во второмъ кадетскомъ корпусѣ. Въ 1804 былъ откомандировать для гидравлическихъ работъ но Нѣману вмѣстѣ съ прусскими инженерами. Въ 1807, будучи инженеръ-подпоручикомъ, раненъ штыкомъ подъ Остроленкою, а потомъ ружейнымъ выстрѣломъ подъ Тильзитомъ. Въ 1808 находился при генералѣ Буксгевденѣ въ Финляндіи и при Або былъ сильно контуженъ въ голову. Въ этомъ же году находился въ эскадрѣ адмирала Ханыкова, и строилъ баттареи на островѣ Рюгенѣ. Въ 1810 командированъ былъ для отысканія удобнаго мѣста между Могилевомъ и Рогачевомъ для основанія новой крѣпости и затѣмъ принялъ участіе въ постройкѣ Бобруйской крѣпости. Между тѣмъ контузія, полученная при Або, сильно ослабила его слухъ, работы въ болотистыхъ окрестностяхъ Бобруйска довершили остальное. Вслѣдствіе нервной горячки онъ окончательно оглохъ и въ началѣ 1812 вышелъ въ отставку съ чиномъ инженеръ-капитана и полнымъ пенсіономъ. Нарбуттъ поселился въ своихъ Шаврахъ и здѣсь проработалъ всю жизнь. Собралъ богатую библіотеку, особенно по части историческихъ

Современная орфография

нялись в тайне. Акты и вообще архивные материалы, как монастырские, так и частных лиц, были недоступны. Археографические груды не существовали. Не смотря на такие скудные средства, Федор Нарбутт предпринял громадный труд и написал 9 томов истории Литвы, доведенной им до 1569, т. е. до Люблинской унии. Теперь, когда археографические труды доступны всем и каждому, Нарбутта обвиняют в отсутствии критического взгляда, в ошибках, наконец в том, что он довольствовался каждым материалом, какой ему подвернулся. С точки зрения данной минуты, во всех этих упреках есть много правды; но разве можно осуждать человека за то, что он не воспользовался теми источниками, которых тогда несуществовало, над собиранием и изданием которых трудились потом целые общества. История Нарбутта вышла в 1835 — 184-1 гг.; акты же Запад. России, изданные археографическою коммиссиею в пяти томах, вышли в 1846 — 1853, а акты Южной России еще позже. Весьма важные материалы об отношениях Литовской Руси к Ганзейским городам, изданные Коркуновым и Куником, вышли едва в 1857 г. Неговорим уже о последующих изданиях русских и польских. Даже акты Виленского капитула, приведенные в порядок и потом переведенные на польский язык, но и до сих пор неизданные, стали доступны только некоторым лицам в пятидесятых годах. Переводчик их, прелат Мамерт Гербурт до конца жизни продолжал свой труд. Всех этих материалов не знал Нарбутт. Он довольствовался известными польскими и латинскими источниками, отрывками из летописей, помешенными в истории Карамзина, и, главное, совершенно незнакомым никому тогда источником, Кенигсберским тайным архивом, из которого, через посредство известного прусского историка Фохта, он составил девять больших фолиантов актов, грамат и других материалов, касающихся собственно сношений Рыцарей с Литвою. То, что совершено Нарбуттом, не смотря на недостатки, зависевшие от времени, когда он начал свой труд, во всяком случае заслуживает особенного уважения и благодарности. Он проложил путь к дальнейшим изысканиям, он первый положил начало Литовской истории, и никто из новейших писателей, даже хулителей Нарбугта, без его истории не может сделать шагу. Биография знаменитого литовского труженника совершенно неизвестна в русской литературе. Мы решаемся представить здесь хотя главные черты из его жизни, почерпнутые от него самого. Фодор Ефимович Нарбутт родился в родовом своем имении, в Шаврах, в Лидском уезде, Виленской губернии, 8 ноября 1784 г. Род Нарбутов весьма древний. По преданию, он вместе с Радзивиллами и Остиками происходить от криве-кривейте Лездейки, который будто бы был сын вел. князя Наримунта (в конце XIII ст.) и был женат на сестре в. кн. Витенеса (Стрыйковский, Коялович). По окончании наук по математическому факультету в главной школе в Вильне, под руководством Гуцевича и Шульца, он в 1803 г. уехал в Петербург и выдержал экзамен на кондуктора 1 класса. Некоторое время был преподавателем во втором кадетском корпусе. В 1804 был откомандировать для гидравлических работ но Неману вместе с прусскими инженерами. В 1807, будучи инженер-подпоручиком, ранен штыком под Остроленкою, а потом ружейным выстрелом под Тильзитом. В 1808 находился при генерале Буксгевдене в Финляндии и при Або был сильно контужен в голову. В этом же году находился в эскадре адмирала Ханыкова, и строил баттареи на острове Рюгене. В 1810 командирован был для отыскания удобного места между Могилевом и Рогачевом для основания новой крепости и затем принял участие в постройке Бобруйской крепости. Между тем контузия, полученная при Або, сильно ослабила его слух, работы в болотистых окрестностях Бобруйска довершили остальное. Вследствие нервной горячки он окончательно оглох и в начале 1812 вышел в отставку с чином инженер-капитана и полным пенсионом. Нарбутт поселился в своих Шаврах и здесь проработал всю жизнь. Собрал богатую библиотеку, особенно по части исторических