Живописная Россия, т. III. Лист 145, с. 129
Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.
С. 129
Оригинал
годы, а этотъ удивительный человѣкъ все писалъ да писалъ, а когда уже очень уставалъ, рисовалъ или игралъ на фортепіано. Такъ проходила жизнь. Въ 1852 г. уже насчитывали болѣе 200 томовъ его сочиненій. Сколько ихъ теперь, самые записные библіографы не могутъ сосчитать, а онъ самъ еще менѣе знаетъ. Насчитываютъ 317 однихъ заглавій отдѣльныхъ сочиненій (почти каждое въ нѣсколькихъ томахъ), но если прибавить къ этому всѣ статьи, разбросанныя въ разныхъ періодическихъ изданіяхъ, число томовъ возросло бы до баснословной цифры. По случаю юбилея, Ягеллонская библіотека въ Краковѣ устроила особые шкафы для помѣщенія его сочиненій — это цѣлая библіотека!
Скоки, мѣсто рожденія Нѣмцевича
Нѣтъ, кажется, ни одной отрасли знаній, которой бы онъ не коснулся. Онъ писалъ сочиненія историческія, археологическія, написалъ большую книгу объ иконописи, большой томъ объ искусствѣ у древнихъ Славянъ, писалъ поэмы (стихами), драмы, романы, повѣсти, комедіи, путешествія, этнографическія статьи, критическія и т. д. Жилъ на Волыни, но главная его деятельность сосредоточивалась въ Вильнѣ, гдѣ онъ издавалъ въ теченіе десяти лѣтъ «Атенеумъ» (60 томовъ), который былъ органомъ края и въ которомъ почти половина написана имъ самимъ; потомъ въ Варшавѣ издавалъ газету, въ Дрезденѣ «Еженедѣльникъ». 50 лѣтъ онъ былъ воспитателемъ молодаго поколѣнія, руководителемъ молодыхъ, начинающихъ писателей, а такихъ можно насчитать цѣлыя сотни. У него они учились писать по-польски, когда въ школѣ не было уже возможности изучить даже польскую грамматику. Его повѣсти и разсказы въ дамскихъ будуарахъ замѣнили мѣсто французскихъ: онъ заставилъ читать на родномъ языкѣ.
Первыя пятнадцать, даже больше, лѣтъ, почти все, что онъ писалъ, было на канвѣ литовской. За это время онъ написалъ свою «Исторію г. Вильно» въ 4 томахъ, «Исторію Литвы» въ 2 т ., «Жизнь Витовта», «Послѣдняя княжна Слуцкая» въ 3 т., «Поэтъ и міръ» въ 2 т., поэмы: «Вигольрауда», «Миндовгъ», «Витолдовы бои» и мн. др.
Въ этихъ сочиненіяхъ вылилась его душа, его симпатіи къ Литвѣ, его любовь къ народу. Онъ смотритъ трезво, здраво на прошлое страны и видитъ въ ней самостоятельную силу, мощное государство, съ его прирожденными началами, безъ кощунства, безъ лицепріятія рисуетъ все что было и какъ было. И ежели теперь нѣкоторые новые дѣятели рѣшаются дѣлать ему упреки, что многое имъ недосказано, то они забываютъ, какія средства и матеріалы были для историческихъ трудовъ съ 1832 — 1843 годъ, а какими они владѣютъ теперь; они забываютъ, что все то, что имъ высказано, высказано имъ первымъ, а про этихъ дѣятелей тогда и слуху не было.
Укажемъ теперь на общее умственное движеніе въ Литовскомъ полѣсьѣ, во второй четверти нашего столѣтія до 1863 г., когда всякая дѣятельность на прежнихъ началахъ пресѣклась.
Начнемъ съ исторіи. Литовской исторіи можно сказать, не существовало. Стрыйковскій, Кояловичъ, Ваповскій, Лотышъ (впрочемъ тогда еще почти неизвѣстный), русскія лѣтописи служили единственными матеріалами для исторіи Литвы. Даже богатые акты Виленскаго капитула сохра
Современная орфография
годы, а этот удивительный человек все писал да писал, а когда уже очень уставал, рисовал или играл на фортепиано. Так проходила жизнь. В 1852 г. уже насчитывали более 200 томов его сочинений. Сколько их теперь, самые записные библиографы не могут сосчитать, а он сам еще менее знает. Насчитывают 317 одних заглавий отдельных сочинений (почти каждое в нескольких томах), но если прибавить к этому все статьи, разбросанные в разных периодических изданиях, число томов возросло бы до баснословной цифры. По случаю юбилея, Ягеллонская библиотека в Кракове устроила особые шкафы для помещения его сочинений — это целая библиотека!
Скоки, место рождения Немцевича
Нет, кажется, ни одной отрасли знаний, которой бы он не коснулся. Он писал сочинения исторические, археологические, написал большую книгу об иконописи, большой том об искусстве у древних Славян, писал поэмы (стихами), драмы, романы, повести, комедии, путешествия, этнографические статьи, критические и т. д. Жил на Волыни, но главная его деятельность сосредоточивалась в Вильне, где он издавал в течение десяти лет «Атенеум» (60 томов), который был органом края и в котором почти половина написана им самим; потом в Варшаве издавал газету, в Дрездене «Еженедельник». 50 лет он был воспитателем молодого поколения, руководителем молодых, начинающих писателей, а таких можно насчитать целые сотни. У него они учились писать по-польски, когда в школе не было уже возможности изучить даже польскую грамматику. Его повести и рассказы в дамских будуарах заменили место французских: он заставил читать на родном языке.
Первые пятнадцать, даже больше, лет, почти все, что он писал, было на канве литовской. За это время он написал свою «Историю г. Вильно» в 4 томах, «Историю Литвы» в 2 т ., «Жизнь Витовта», «Последняя княжна Слуцкая» в 3 т., «Поэт и мир» в 2 т., поэмы: «Вигольрауда», «Миндовг», «Витолдовы бои» и мн. др.
В этих сочинениях вылилась его душа, его симпатии к Литве, его любовь к народу. Он смотрит трезво, здраво на прошлое страны и видит в ней самостоятельную силу, мощное государство, с его прирожденными началами, без кощунства, без лицеприятия рисует все что было и как было. И ежели теперь некоторые новые деятели решаются делать ему упреки, что многое им недосказано, то они забывают, какие средства и материалы были для исторических трудов с 1832 — 1843 год, а какими они владеют теперь; они забывают, что все то, что им высказано, высказано им первым, а про этих деятелей тогда и слуху не было.
Укажем теперь на общее умственное движение в Литовском полесье, во второй четверти нашего столетия до 1863 г., когда всякая деятельность на прежних началах пресеклась.
Начнем с истории. Литовской истории можно сказать, не существовало. Стрыйковский, Коялович, Ваповский, Лотыш (впрочем тогда еще почти неизвестный), русские летописи служили единственными материалами для истории Литвы. Даже богатые акты Виленского капитула сохра