Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Живописная Россия, т. III. Лист 121, с. 106

Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.

Живописная Россия, т. III, 1882: лист 121 из 527

С. 106

Оригинал

Послѣ смерти князя Николая Радзивилла Рыжаго (1584), сынъ его князь Христофоръ, прозванный Перуномъ, великій гетманъ литовскій, всѣми силами поддерживалъ кальвинизмъ; но вліяніе его не имѣло уже той силы и значенія, какъ при отцѣ и дядѣ, Николаѣ Черномъ. Видя такіе поразительные успѣхи іезуитской академіи, кн. Христофоръ рѣшился основать на другихъ началахъ такое заведеніе, которое бы могло парализовать дѣйствія іезуитовъ. Съ этою цѣлію онъ хотѣлъ преобразовать кальвинскую гимназію въ Вильнѣ въ академію, вполнѣ соотвѣтствующую требованіямъ высшаго учебнаго заведенія. Горячо взявшись за это дѣло, онъ энергически занялся приготовленіями, и состоя въ тоже время виленскимъ воеводою, не встрѣчалъ препятствій къ осуществленію своей завѣтной идеи; но передъ самымъ открытіемъ академіи, получилъ письмо отъ Сигизмунда III, которымъ тотъ запрещалъ ему заводить евангелическую академію.

При виленской іезуитской академіи состояла богатѣйшая по времени библіотека. Началомъ ея послужило книгохранилище Сигизмунда-Августа, заключавшее въ себѣ все, что въ его время было напечатано на всѣхъ языкахъ; кромѣ того множество рукописей. Сигизмундъ-Августъ завѣщалъ эту библіотеку коллегіуму іезуитовъ. Другое значительное пожертвованіе увеличило академическую библіотеку, именно большое собраніе книгъ, завѣщанныхъ виленскимъ епископомъ Протасевичемъ. Его примѣру послѣдовали епископы виленскій Евстафій Воловичъ (1630) и жмудскій Николай Пацъ (1619). Знаменитая библіотека в. канцлера Льва Сапѣги изъ Рожаны, заключавшая 3000 томовъ, также поступила въ виленскую академію. Затѣмъ во все время существованія академіи поступали приношенія какъ въ деньгахъ, въ домахъ, такъ и въ книгахъ. Изъ учебныхъ пособій былъ только небольшой физическій кабинетъ.

При первоначальномъ устройствѣ академіи, факультетовъ юридическаго и медицинскаго вовсе не существовало. Въ 1644 г. Казиміръ-Левъ Сапѣга пожертвовалъ 37000 золотыхъ на содержаніе четырехъ профессоровъ законовѣдѣнія. И въ самомъ дѣлѣ, іезуиты выписали профессоровъ, преподаваніе началось, но продолжалось не долго и правильной организаціи факультета никогда не было. Владиславъ IV граматою 1641 г. далъ іезуитамъ привиллегію и на устройство медицинскаго факультета; но таковой также никогда не былъ открытъ.

Со времени прибытія іезуитовъ въ Литву, т. е. съ 1569 г. по день кончины Сигизмунда III, т. е. 1632 г., въ теченіе 63 лѣтъ іезуиты совершили величайшій изъ переворотовъ въ цѣлой странѣ, гдѣ либо видѣнныхъ. Порабощены православіе и протестантскія ученія, введена унія, католицизмъ и польская національность водворены на прочныхъ основаніяхъ, образованіе захвачено іезуитами въ свои руки. Нельзя отказать іезуитамъ за этотъ періодъ въ необыкновенномъ умѣ, энергіи, настойчивости въ осуществленіи своихъ плановъ. Въ то же время они позаботились и о матеріальныхъ благахъ. Богатства ихъ были громадныя. Со временъ Владислава IV , слава ихъ уже меркнетъ. Мы не видимъ между ними такихъ дѣятелей въ ихъ средѣ, какъ Скарга, Варшевицкій, Кояловичъ, Сарбѣвскій, Савицкій. Они какъ-будто почили на лаврахъ. Существуетъ академія, коллегіумы, но дѣло воспитанія идетъ рутинно, нѣтъ прежняго самоотверженія, не замѣтно и тѣхъ необычайныхъ способностей, коими отличались сподвижники Сигизмунда III.

Много ли пользы принесла система образованія іезуитовъ? Столько же, сколько и въ другихъ странахъ. Выходили изъ академіи люди съ классическимъ образованіемъ, но того, что всего болѣе необходимо въ жизни, естественныхъ, медицинскихъ, юридическихъ, техническихъ знаній — не было. Они были въ пренебреженіи.

Кромѣ ученыхъ и писателей изъ іезуитовъ и протестантовъ, о коихъ мы уже упомянули, писавшихъ преимущественно по-латыни и по-польски, въ XVI и XVII вѣкѣ были въ Литвѣ православные и уніаты, какъ духовные, такъ и свѣтскіе, которые писали и на мѣстномъ нарѣчіи.

Замѣчательнѣйшимъ ученымъ и публицистомъ того времени былъ Мелетій, въ мірѣ Максимъ Герасимовичъ Смотрицкій, котораго жизнь и любопытныя дѣянія всецѣло принадлежатъ Бѣлорусскому полѣсью, но который по своимъ ученымъ трудамъ и публицистической дѣятельности принадлежитъ Вильнѣ. Смотрицкій писалъ по-латыни, по-бѣлорусски и по-польски.

Современная орфография

После смерти князя Николая Радзивилла Рыжого (1584), сын его князь Христофор, прозванный Перуном, великий гетман литовский, всеми силами поддерживал кальвинизм; но влияние его не имело уже той силы и значения, как при отце и дяде, Николае Черном. Видя такие поразительные успехи иезуитской академии, кн. Христофор решился основать на других началах такое заведение, которое бы могло парализовать действия иезуитов. С этою целию он хотел преобразовать кальвинскую гимназию в Вильне в академию, вполне соответствующую требованиям высшого учебного заведения. Горячо взявшись за это дело, он энергически занялся приготовлениями, и состоя в тоже время виленским воеводою, не встречал препятствий к осуществлению своей заветной идеи; но перед самым открытием академии, получил письмо от Сигизмунда III, которым тот запрещал ему заводить евангелическую академию.

При виленской иезуитской академии состояла богатейшая по времени библиотека. Началом её послужило книгохранилище Сигизмунда-Августа, заключавшее в себе все, что в его время было напечатано на всех языках; кроме того множество рукописей. Сигизмунд-Август завещал эту библиотеку коллегиуму иезуитов. Другое значительное пожертвование увеличило академическую библиотеку, именно большое собрание книг, завещанных виленским епископом Протасевичем. Его примеру последовали епископы виленский Евстафий Волович (1630) и жмудский Николай Пац (1619). Знаменитая библиотека в. канцлера Льва Сапеги из Рожаны, заключавшая 3000 томов, также поступила в виленскую академию. Затем во все время существования академии поступали приношения как в деньгах, в домах, так и в книгах. Из учебных пособий был только небольшой физический кабинет.

При первоначальном устройстве академии, факультетов юридического и медицинского вовсе не существовало. В 1644 г. Казимир-Лев Сапега пожертвовал 37000 золотых на содержание четырех профессоров законоведения. И в самом деле, иезуиты выписали профессоров, преподавание началось, но продолжалось не долго и правильной организации факультета никогда не было. Владислав IV граматою 1641 г. дал иезуитам привиллегию и на устройство медицинского факультета; но таковой также никогда не был открыт.

Со времени прибытия иезуитов в Литву, т. е. с 1569 г. по день кончины Сигизмунда III, т. е. 1632 г., в течение 63 лет иезуиты совершили величайший из переворотов в целой стране, где либо виденных. Порабощены православие и протестантские учения, введена уния, католицизм и польская национальность водворены на прочных основаниях, образование захвачено иезуитами в свои руки. Нельзя отказать иезуитам за этот период в необыкновенном уме, энергии, настойчивости в осуществлении своих планов. В то же время они позаботились и о материальных благах. Богатства их были громадные. Со времен Владислава IV , слава их уже меркнет. Мы не видим между ними таких деятелей в их среде, как Скарга, Варшевицкий, Коялович, Сарбевский, Савицкий. Они как-будто почили на лаврах. Существует академия, коллегиумы, но дело воспитания идет рутинно, нет прежнего самоотвержения, не заметно и тех необычайных способностей, коими отличались сподвижники Сигизмунда III.

Много ли пользы принесла система образования иезуитов? Столько же, сколько и в других странах. Выходили из академии люди с классическим образованием, но того, что всего более необходимо в жизни, естественных, медицинских, юридических, технических знаний — не было. Они были в пренебрежении.

Кроме ученых и писателей из иезуитов и протестантов, о коих мы уже упомянули, писавших преимущественно по-латыни и по-польски, в XVI и XVII веке были в Литве православные и униаты, как духовные, так и светские, которые писали и на местном наречии.

Замечательнейшим ученым и публицистом того времени был Мелетий, в мире Максим Герасимович Смотрицкий, которого жизнь и любопытные деяния всецело принадлежат Белорусскому полесью, но который по своим ученым трудам и публицистической деятельности принадлежит Вильне. Смотрицкий писал по-латыни, по-белорусски и по-польски.