Ягелло-Яков-Владислав и первое соединение Литвы с Польшею. Лист 182, с. 179
Михаил Смирнов о том, как Литва соединилась с Польшей: наследники Ольгерда, гибель Кейстута и бегство Витовта, польское междуцарствие, брак Ягайло с Ядвигой и крещение Литвы, Одесса, 1868.
С. 179
Оригинал
дѣлъ въ великій Польшѣ, видно изъ того, что дворъ оТправился туда въ сопровожденіи значительной вооруженной силы, составленной изъ сендомирской и краковской шляхты. Печальная встрѣча ожидала короля и королеву: вмѣсто шумныхѣъ пировъ и разнаго рода овацій, повсюду находили они угрюмое молчаніе и суровыя, почти угрожающія лица; общее нерасположеніе высказалось весьма непріатнымъ событіемъ, которое случилось почти тотчасъ, по прибытіи ихъ въ великую Польшу: остановившись въ Гнѣзнѣ, король потребовалъ отъ капитулы такъ называемой стаціи, т. е. доставленія всѣхъ жизненныхъ припасовъ, необходимыхъ для него и его свиты. Собствснно говоря, онъ не имѣлъ на это никакого права и не могъ не сознавать своего безправія, потому что недавно изданный имъ привилей былъ только подтвержденіемъ и расширеніемъ кошицкаго, прямо отказывавшаго королю въ правѣ на стацію. Въ этомъ случаѣ Ягелло дѣйствовалъ по наущенію своихъ приближенныхъ, между которыми были желавшіе оскорбить гнѣзненскую капитулу, но начальствующій въ ней прелатъ, Николай Строзбергъ отказалъ на отрѣзъ, ссылаясь на кошицкое постановленіе; тогда Ягелло вспомнилъ литовскіе порядки и приказалъ пограбить все необходимое въ деревняхъ, принадлежавшихъ капитулѣ. Послѣдстві&я вышли плачевныя за пригнаннымъ скотомъ на дворъ королевскій прибѣжали толпы крестьянъ, ихъ жены и дочери и съ плачемъ и воплями требовали возвращенія своего имущества, а Николай Строзбергъ, за нарушеніе правъ церкви, наложилъ интердиктъ на Гнѣзно и удалился изъ него, прекративъ, такимъ образомъ, богослуженіе предъ самымъ праздникомъ свѣтлаго воскресенья, Вмѣшательство Ядвиги поправило дѣло, скотъ былъ возвращенъ крестьянамъ, хотя прекрасное сердце королевы находило, что они не вознаграждены достаточнымъ образомъ: «кто возвратитъ имъ
Современная орфография
дел в великий Польше, видно из того, что двор оТправился туда в сопровождении значительной вооруженной силы, составленной из сендомирской и краковской шляхты. Печальная встреча ожидала короля и королеву: вместо шумныхе пиров и разного рода оваций, повсюду находили они угрюмое молчание и суровые, почти угрожающия лица; общее нерасположение высказалось весьма неприатным событием, которое случилось почти тотчас, по прибытии их в великую Польшу: остановившись в Гнезне, король потребовал от капитулы так называемой стации, т. е. доставления всех жизненных припасов, необходимых для него и его свиты. Собствснно говоря, он не имел на это никакого права и не мог не сознавать своего безправия, потому что недавно изданный им привилей был только подтверждением и расширением кошицкого, прямо отказывавшего королю в праве на стацию. В этом случае Ягайло действовал по наущению своих приближенных, между которыми были желавшие оскорбить гнезненскую капитулу, но начальствующий в ней прелат, Николай Строзберг отказал на отрез, ссылаясь на кошицкое постановление; тогда Ягайло вспомнил литовские порядки и приказал пограбить все необходимое в деревнях, принадлежавших капитуле. Последстви&я вышли плачевные за пригнанным скотом на двор королевский прибежали толпы крестьян, их жены и дочери и с плачем и воплями требовали возвращения своего имущества, а Николай Строзберг, за нарушение прав церкви, наложил интердикт на Гнезно и удалился из него, прекратив, таким образом, богослужение пред самым праздником светлого воскресенья, Вмешательство Ядвиги поправило дело, скот был возвращен крестьянам, хотя прекрасное сердце королевы находило, что они не вознаграждены достаточным образом: «кто возвратит им