Великое княжество Литовское 1569-1586, т. I. Лист 647, с. 630
Иван Лаппо о том, как жило Великое княжество Литовское после Люблинской унии: сеймы 1569-1586 годов и бескоролевья, литовская шляхта, её уряды, имения, права и повинности, паны-рада и сенат княжества. Санкт-Петербург, 1901.
С. 630
Оригинал
Боркулабъ листы наши на то до Дисны одержалъ, которых мы собе на паметь привести не можем, якимъ ся то обычаемъ стало, тогды на сесь часъ зараз того на конец отъправити намъ ещо не здалося, але откладаемъ то до сейму пришлого, на которомъ твоя милость самъ будешъ, такъже пан кашталян Полоцъкий и пан Боркулабъ быти можеть. А на OH часъ то водде воли нашое господарьское и рады вашое милости пановъ-рад нашихъ, якобы наслушней было, осмотрети и постановити хочем». Мы не знаемъ, какъ разрѣшилось, въ концѣ концовъ, это дѣло, такъ какъ сеймъ 1572 года не оставилъ послѣ себя конституціи, а лишь рецессъ, отлагающій дѣла до слѣдующаго вальнаго сейма1930, а королевской грамоты, которая, по всей вѣроятности, была дана Сигизмундомъ Августомъ, мы не встрѣтили въ бывшихъ въ нашихъ рукахъ книгахъ Литовской Метрики, Bo всякомъ случаѣ, если дѣло и было рѣшено въ пользу Полоцкаго кашталяна, то послѣдній дочлженъ былъ судить шляхту Полоцкую не въ качествѣ кашталяна, а въ качествѣр Лепельскаго старосты, присудъ котораго увеличивался, Если бы кашталянъ былъ по праву своего вряда замѣстителемъ воеводы въ его судебно-административномъ значеніи, то, конечно, король не могъ бы дать своихъ листовъ Дисенскому старостѣ, отдающихъ ему судъ на шляхтою Полоцкаго воеводства, Картина, которая рисуется приведенною грамотою, во всякомъ случаѣ, дѣйствительно характерна для состоянія Полоцкой земли въ ея остаткахъ, еще сохраненныхъ въ эту эпоху Литвою: характерна она и для значенія кашталяна, отнюдь не несомнѣннаго замѣстителя воеводы при такомъ даже исключительномъ положеніи вещей, какъ плѣнъ послѣдняго. Этотъ документъ лучше всякихъ другихъ фактовъ опровергаетъ тѣ ученыя мнѣнія, которыя считаютъ кашталяна обязательнымъ замѣстителемъ воеводы по вряду послѣдняго.
Обязанности кашталяна по его должности проявляются лишь во врёмя посполитаго рушенья, и мы уже видѣли его роль въ это время, когда знакомились съ организаціей рушенья повѣтовой шляхты Княжества1931. Однако, и помимо часовъ рушенья кашталянъ выступаетъ со своимъ авторитетомъ сенатора въ жизни шляхты своего повѣта, Когда собирается повѣтовый сеймикъ, кашталянъ играетъ на немъ видную роль вмѣстѣ со своимъ BOCводою, какъ сенаторъ, имѣющій громадный авторитетъ среди
Примечания
1930 Cu. выше, стр. 86—91.
1931 Cx. выше, стр. 540 и ca.
Современная орфография
Боркулаб листы наши на то до Дисны одержал, которых мы собе на паметь привести не можем, яким ся то обычаем стало, тогды на сесь час зараз того на конец отъправити нам ещо не здалося, але откладаем то до сейму пришлого, на котором твоя милость сам будеш, такъже пан кашталян Полоцъкий и пан Боркулаб быти можеть. А на OH час то водде воли нашое господарьское и рады вашое милости панов-рад наших, якобы наслушней было, осмотрети и постановити хочем». Мы не знаем, как разрешилось, в конце концов, это дело, так как сейм 1572 года не оставил после себя конституции, а лишь рецесс, отлагающий дела до следующего вального сейма1930, а королевской грамоты, которая, по всей вероятности, была дана Сигизмундом Августом, мы не встретили в бывших в наших руках книгах Литовской Метрики, Bo всяком случае, если дело и было решено в пользу Полоцкого кашталяна, то последний дочлжен был судить шляхту Полоцкую не в качестве кашталяна, а в качествер Лепельского старосты, присуд которого увеличивался, Если бы кашталян был по праву своего вряда заместителем воеводы в его судебно-административном значении, то, конечно, король не мог бы дать своих листов Дисенскому старосте, отдающих ему суд на шляхтою Полоцкого воеводства, Картина, которая рисуется приведенною грамотою, во всяком случае, действительно характерна для состояния Полоцкой земли в её остатках, еще сохраненных в эту эпоху Литвою: характерна она и для значения кашталяна, отнюдь не несомненного заместителя воеводы при таком даже исключительном положении вещей, как плен последнего. Этот документ лучше всяких других фактов опровергает те ученые мнения, которые считают кашталяна обязательным заместителем воеводы по вряду последнего.
Обязанности кашталяна по его должности проявляются лишь во врёмя посполитого рушенья, и мы уже видели его роль в это время, когда знакомились с организацией рушенья поветовой шляхты Княжества1931. Однако, и помимо часов рушенья кашталян выступает со своим авторитетом сенатора в жизни шляхты своего повета, Когда собирается поветовый сеймик, кашталян играет на нем видную роль вместе со своим BOCводою, как сенатор, имеющий громадный авторитет среди
Примечания
1930 Cu. выше, стр. 86—91.
1931 Cx. выше, стр. 540 и ca.