О составе литовских летописей, страница 11 | Книги по истории Брестчины

Оригинал (дореформенная орфография)

жетъ быть присоединено слѣдующее соображеніе: Длугошъ при описаніи борьбы Кейстута съ Ягайдомъ пользовался извѣстіемъ, помѣщеннымъ въ литовской лѣтописи (сы. Бестужева-Рюмина: „О составѣ лѣтописей“. Приложенія 863 — 876 стр.). Если бы у него была вся лѣтопись, то, конечно, онъ заимствовалъ бы изъ нея гораздо больше. Но онъ внесъ въ свою хронику только извѣстіе о борьбѣ Кейстута съ Ягайломъ, значитъ еще въ его время объ этомъ событіи ходвло отдѣльное сказаніе (Оіпрозі Ёф8Х рр. 60—67. Лит. Лѣт....27—84. Лѣт. изд. Нарб. 18, 23—27. Лѣт. Авр, 1—7. Рук. Кр. 14—20) 7).

За тѣмъ идетъ рядъ лѣтописныхъ извѣстій: о крещеніи Ягайла

*) Сказаніе о борьбѣ Витовта съ Ягайломъ переведено на латанскій языкъ подъ заглавіемъ „Огіро гедів Гадеіііо её Ѵуіѣоіілі ёпсош ііѣсашіае“. Переводъ этотъ, наёйдевный Прохаскою въ литовской метрикѣ, хранящейся въ Московскомъ архизѣ мностранныхъ дѣлъ, какъ видно изъ сравненія, слѣланъ буквально, даже съ сохраненіемъ руссицизмовъ. Нѣкоторые пропуски въ лѣтописяхъ сравнительно съ переводомъ и небольшія прибавки, по справедлнвому замѣчанію Смольки, настолько незначительны, что скорѣе могутъ быть отнесены къ вниѣ переписчика, чѣмъ поставлены въ зависимость отъ неодинаковостын источниковъ. По ывѣнію Прохаски, этотъ переводъ сдѣланъ былъ собственно для Длугоша. Но это Смолька оспариваетъ и вполнѣ основательно. (бшоіКа, 38 стр. Подробнѣе см. мою рец. въ Журналѣ Министерства Народнаго Просвѣщенія 1891 г. февраль, 406 стр.). Что касается до автора этой части литовскихъ лѣтописей, то польскіе историки, занимавшіеся озваченаымъ вопросомъ, прышли къ совершенно различнымъ выводамъ: Смолька доказываетъ, что авторъ ея былъ, если не самъ Витовтъ, то во всякомъ случаѣ она составлена въ кругу, близкомъ къ нему и подъ его вліяніемъ въ 1429—1480 гг., т. е. въ то время, когда Витовтъ домогался королевской коровы. Прохаска считаетъ авторомъ первой части, какъ и вообще всей Литовской лѣтониси, кого-либо ызъ лчтовскихъ кавцедяристовъ на основаніи нѣкоторыхъ выраженій, по его мвѣнію, канцелярскихъ, напримѣръ: „покоры учипитн“, „оудари челомъ“; употребленіе слова „пан“ въ смыслѣ намѣстника, по его мнѣнію, тоже свойственно только кляацеляріи. Этотъ отдѣлъ, какъ и вообще, по мнѣнію Прохаски, вся Литовская лѣтопись, составленъ гораздо позже смерти Витовта, лѣтъ черезъ 20 и на основаніи русскихъ лѣтописей; въ доказательство чего имъ принводятся слѣдующія соображенія: авторы русскихъ и литовскихъ лѣтописей не знаютъ, кто былъ отецъ Лдвиги; Литовскія лѣтописы допускаютъ нѣкоторые анахронизмы, напримѣръ сыгѣшиваютъ двухъ Мочвидовъ. Но эти предчоложенія, какъ относительно происхожденія Литовской лѣтописи изъ литовской канцеляріи, такъ и относительно зависимости ея отъ русскихъ лѣтописныхъ сводовъ, бездоказательны. Точно также нѣтъ основанія признавать появленіе этой часты лѣтопаѣсей черезъ 20 лѣтъ послѣ смерти Виговта (Зшоіка „РошпвіКі“, 483 — 49 стр. РгосѣазКа, 27 — 81. Подробнѣе см. мои рецензіи на эти труды въ Журналѣ Министерства Народнаго Просвѣщенія 1891 г. февраль, 407 стр. 15898 г. май, 260—264 стр.).

Современная орфография

жет быть присоединено следующее соображение: Длугош при описании борьбы Кейстута с Ягайдом пользовался известием, помещенным в литовской летописи (сы. Бестужева-Рюмина: „О составе летописей“. Приложения 863 — 876 стр.). Если бы у него была вся летопись, то, конечно, он заимствовал бы из нея гораздо больше. Но он внес в свою хронику только известие о борьбе Кейстута с Ягайлом, значит еще в его время об этом событии ходвло отдельное сказание (Оипрози Ёф8Х рр. 60—67. Лит. Лет....27—84. Лет. изд. Нарб. 18, 23—27. Лет. Авр, 1—7. Рук. Кр. 14—20) 7).

За тем идет ряд летописных известий: о крещении Ягайла

*) Сказание о борьбе Витовта с Ягайлом переведено на латанский язык под заглавием „Огиро гедив Гадеииио её Иуиеоиили ёпсош ииесашиае“. Перевод этот, наёйдевный Прохаскою в литовской метрике, хранящейся в Московском архизе мностранных дел, как видно из сравнения, слелан буквально, даже с сохранением руссицизмов. Некоторые пропуски в летописях сравнительно с переводом и небольшия прибавки, по справедлнвому замечанию Смольки, настолько незначительны, что скорее могут быть отнесены к вние переписчика, чем поставлены в зависимость от неодинаковостын источников. По ывению Прохаски, этот перевод сделан был собственно для Длугоша. Но это Смолька оспаривает и вполне основательно. (бшоиКа, 38 стр. Подробнее см. мою рец. в Журнале Министерства Народнаго Просвещения 1891 г. февраль, 406 стр.). Что касается до автора этой части литовских летописей, то польские историки, занимавшиеся озваченаым вопросом, прышли к совершенно различным выводам: Смолька доказывает, что автор ея был, если не сам Витовт, то во всяком случае она составлена в кругу, близком к нему и под его влиянием в 1429—1480 гг., т. е. в то время, когда Витовт домогался королевской коровы. Прохаска считает автором первой части, как и вообще всей Литовской летониси, кого-либо ыз лчтовских кавцедяристов на основании некоторых выражений, по его мвению, канцелярских, например: „покоры учипитн“, „оудари челомъ“; употребление слова „пан“ в смысле наместника, по его мнению, тоже свойственно только кляацелярии. Этот отдел, как и вообще, по мнению Прохаски, вся Литовская летопись, составлен гораздо позже смерти Витовта, лет через 20 и на основании русских летописей; в доказательство чего им принводятся следующия соображения: авторы русских и литовских летописей не знают, кто был отец Лдвиги; Литовския летописы допускают некоторые анахронизмы, например сыгешивают двух Мочвидов. Но эти предчоложения, как относительно происхождения Литовской летописи из литовской канцелярии, так и относительно зависимости ея от русских летописных сводов, бездоказательны. Точно также нет основания признавать появление этой часты летопаесей через 20 лет после смерти Виговта (Зшоика „РошпвиКи“, 483 — 49 стр. РгосеазКа, 27 — 81. Подробнее см. мои рецензии на эти труды в Журнале Министерства Народнаго Просвещения 1891 г. февраль, 407 стр. 15898 г. май, 260—264 стр.).