О составе западно-русских, так называемых литовских летописей

Иван Александрович Тихомиров (1852-1928) напечатал эту работу в двух книжках «Журнала Министерства Народнаго Просвѣщенія» за 1901 год - в мартовской и майской. Это не повествование о событиях, а разбор самих источников: из чего сложились летописи Великого княжества Литовского и насколько им можно верить.

Вопрос был не праздный. К концу XIX века за литовским летописанием держалась дурная слава: считалось, что своей летописной традиции у княжества не было, а всё, что о нём известно, пересказано поздними польскими хронистами и потому недостоверно. Тихомиров показывает, что недоразумение началось с языка: под «литовскими» летописями хронисты понимали летописи о Литве, писанные по-русски, а вовсе не по-литовски, - и такие рукописи сохранились.

Дальше он разбирает их состав. Краткий свод известен ему по пяти рукописям - летописи Авраамки, Супрасльской, Уваровской, Красинской и Познанской; полный - прежде всего по тексту, изданному Теодором Нарбутом, и по рукописи графов Рачинских. В каждом своде автор различает разновременные слои: записи о борьбе Кейстута с Ягайло, повесть о Витовте, смоленские и подольские известия, «Похвалу Витовту», рассказ о войне Свидригайло с Сигизмундом, а в полном своде - ещё и легендарную генеалогию литовских князей от римлянина Палемона.

Третья часть - о том, что из этих летописей взяли Длугош, Мартин Бельский и Матей Стрыйковский. Именно здесь главный результат работы: сличив хронику Стрыйковского с рукописями и проверив его ссылки, Тихомиров заключает, что тот работал добросовестно и располагал списками, часть которых до нас не дошла. Его вывод - «он достоверен настолько, насколько достоверны его источники» - вернул Стрыйковского в научный оборот.

Для Брестчины сюжет важен тем, что берестейские, пинские и подляшские земли в этих летописях присутствуют постоянно: рассказы о Мстиславе луцком и пинском, о Скирмунте, о наследственных русских княжествах Рингольта, о походах и съездах XIV-XV веков. Здесь статья разобрана на пять самостоятельных материалов: постранично со сканами и параллельной модернизацией текста, сплошным текстом по разделам в дореформенной и в современной орфографии, в виде краткого пересказа и с разбором того, что в её выводах устарело за прошедшее столетие.

Как устроена транскрипция

Дореформенная орфография сохранена по изданию: «ять», «і», «фита» и твёрдый знак на конце слов не приводятся к современной норме. Границы листов сохранены в постраничной версии; в сплошном тексте авторские примечания следуют за текстом соответствующего раздела с указанием печатной страницы.

Это полная рабочая оцифровка, а не дипломатическое научное издание, и распознавание выполнено без корректорской сверки. Часть листов отпечатана слабо, а сноски набраны мелким кеглем - на таких местах ошибок особенно много: перепутанные буквы, латиница вместо кириллицы в середине слова, слипшиеся и разорванные слова. Больше всего пострадали ссылки на литературу и названия рукописей: имена издателей и заглавия в них местами искажены до неузнаваемости.

Версия в современной орфографии получена машинной обработкой той же транскрипции. Она снимает дореформенные буквы и переводит польское приложение, но ошибок распознавания не исправляет и наследует их полностью. Читать по ней удобнее, ссылаться - нельзя.

Поэтому перед академическим цитированием обязательно сверяйте место по фотоскану соответствующей страницы: скан стоит рядом с текстом на каждой странице раздела.

Приложение статьи - выписки из хроники Стрыйковского по-польски. Польский набор XVI века распознан хуже русского, а в современной версии эти выписки переведены машинно, поэтому имена и формулировки там особенно ненадёжны.