Повесть временных лет Червоной, или Галицкой, Руси. Лист 377 - с. 328
Скан издания 1845 года. Русский дореформенный текст и современная русская версия.
Оригинал
булами папы въ Польшу, который совершалъ, прежде всего, литургію торжественно въ Сѫнчѣ (Sącz), а потомъ въ Краковѣ, въ Латинскихъ церквахъ; но, прибывши на Русь, худо былъ принятъ ею, осмѣянъ, обруганъ, заключенъ въ темницу, лишенъ всѣхъ огромныхъ богатствъ, собранныхъ имъ, и что эта Унія продолжалась только самое короткое время. Вотъ собственныя слова современнаго Длугоша: „Unio tamen illa ecclesiae cum Graeca breviusculo duravit tempore, Graecis et Ruthenis, qui circa illam praesentes non erant, eam irridentibus et contemnentibus, unde cum praefatus Cardinalis ad suos suffraganeos in Rusiam et Moscoviam venisset, per principes Moscoviae capitur, in carcerem includitur et omnibus thesauris, quos jam notabiles conquisiverat, spoliatur.“ Впрочемъ, разсудивши надлежащимъ образомъ, открывается, что эта Унія едва ли продолжалась у насъ и самое короткое время. И, въ самомъ дѣлѣ, что было нужды Рускому народу, еще въ то время крѣпкому, если митрополитъ его, и притомъ Грекъ, отрекся, съ нѣсколькими, можетъ быть, духовными, Православной вѣры? Это было дѣло его, отщепенца, а не народа, могло обязывать его только однаго, а не народъ253.
Примечания
Греки и Русины, говоритъ Стрыйковскій (стр. 561), смѣялись надъ Римскими обрядами и пренебрегали Уніей. Когда Исидоръ прибылъ въ Львовъ и совершалъ литургію въ Латинскомъ храмѣ, то Русины косо смотрѣли на это, пишетъ Зиморовичъ, и не присутствовали на ней.
К тексту
Русская версия
булами папы в Польшу, который совершал, прежде всего, литургию торжественно в Соннче (Sącz), а потом в Кракове, в латинских церквах; но, прибывши на Русь, худо был принят ею, осмеян, обруган, заключен в темницу, лишен всех огромных богатств, собранных им, и что эта Уния продолжалась только самое короткое время. Вот собственные слова современного Длугоша: «Unio tamen illa ecclesiae cum Graeca breviusculo duravit tempore, Graecis et Ruthenis, qui circa illam praesentes non erant, eam irridentibus et contemnentibus, unde cum praefatus Cardinalis ad suos suffraganeos in Rusiam et Moscoviam venisset, per principes Moscoviae capitur, in carcerem includitur et omnibus thesauris, quos jam notabiles conquisiverat, spoliatur.» («Однако эта уния с греческой церковью продолжалась весьма недолгое время, так как греки и русины, не присутствовавшие при её заключении, осмеивали и презирали её; поэтому, когда упомянутый кардинал прибыл к своим суффраганам в Русь и Московию, он был схвачен московскими князьями, заключён в темницу и лишён всех сокровищ, которые успел собрать уже в немалом количестве.») Впрочем, рассудивши надлежащим образом, открывается, что эта Уния едва ли продолжалась у нас и самое короткое время. И, в самом деле, что было нужды русскому народу, еще в то время крепкому, если митрополит его, и притом грек, отрекся, с несколькими, может быть, духовными, православной веры? Это было дело его, отщепенца, а не народа, могло обязывать его только одного, а не народ253.
Примечания
Греки и русины, говорит Стрыйковский (стр. 561), смеялись над Римскими обрядами и пренебрегали Унией. Когда Исидор прибыл в Львов и совершал литургию в латинском храме, то русины косо смотрели на это, пишет Зиморович, и не присутствовали на ней.
К тексту