Пересказ содержания
Автор и замысел, границы Белоруссии в предисловии и содержание десяти книг - от курганов и полоцких князей через войны Литвы, Ордена, Москвы и Польши до раздела 1772 года, примечания и значение книги.
Автор, издание и замысел
«Обозрение истории Белоруссии с древнейших времен» Осипа Викентьевича Турчиновича вышло в Санкт-Петербурге в 1857 году, в типографии Эдуарда Праца, на средства издателя В. А. Исакова. Объём издания — XII, 303 страницы. Основное повествование занимает страницы 1–239; за ним следуют обширные авторские примечания и список опечаток. Произведение состоит из десяти «книг» и 123 пронумерованных разделов.
Турчинович — историк и правовед из шляхетской семьи Могилёвщины. Его полное имя при крещении — Иосиф Цезарь; в русских изданиях и служебных документах он выступал как Осип. По архивным разысканиям И. Л. Грибко, он родился в сентябре 1824 года. В конце 1850-х годов работал переводчиком Могилёвского дворянского депутатского собрания; в начале 1860-х служил судьёй в Иркутской губернии. Последнее установленное в этом исследовании служебное упоминание относится к 1863 году; дата смерти не установлена. И. Л. Грибко. «Цэзар Турчыновіч».
Предисловие датировано в Могилёве 19 марта 1855 года. Автор стремился собрать самостоятельную историю края, которая до него, по его убеждению, ещё не получила связного изложения. Его «Белоруссия» значительно уже современной Беларуси: прежде всего это территория Могилёвской и Витебской губерний, причём три бывших инфлянтских уезда Витебской губернии он первоначально исключает из собственно белорусского пространства. Центром повествования поэтому становится Полоцк, а не совокупность всех земель нынешней республики.
Главная мысль книги — существование у этого края собственной исторической судьбы, особенно заметной в древнейший период, и её последующее переплетение с борьбой Литвы, Польши и России. Турчинович описывает землю, положение которой превращало её в постоянное поле военных столкновений. Сочувствие разоряемому населению сочетается у него с династической историей князей, королей и воевод.
Предисловие: название и границы Белоруссии
Происхождение названия «Белая Русь» автор не считает окончательно объяснённым. Он обсуждает цвет национальной одежды, предполагаемое восточное значение слова «белый», сопоставления с Белой Сербией и Белой Хорватией. Иногда привлекает весьма смелые древние параллели, но неоднократно оговаривает предположительный характер рассуждений.
Затем определяет географический предмет исследования и разделяет историю на древнюю, относительно самостоятельную, и новую, тесно связанную с соседними державами. Особенно важна его установка: начиная с позднего времени, история края представляется ему почти перечнем событий общей русской и польской истории. Этим заранее объясняется неравномерность композиции: древним княжествам уделяется много внимания, а XVIII век изложен кратко.
Книга первая. Заселение страны
Первая книга, с. 1–24, начинается с Геродота, курганов и вопроса о древнейших обитателях Поднепровья. Турчинович сопоставляет рассказы о скифах с местными погребальными памятниками, пересказывает предание о сооружении курганов и отмечает их особенно густое распространение около Рогачёва, между Друтью, Березиной и Сожем. При этом он отвергает простое приписывание всех могил скифам и признаёт необходимость археологического исследования.
Далее рассматривает учение Шафарика о древности славян и гипотезу переселения из придунайских земель. Походы римлян против даков и судьба Дакии включаются в объяснение происхождения населения Белоруссии. Большое место занимают созвучия названий рек и поселений: автор сравнивает древние балканские и местные восточноевропейские имена. Эти сопоставления оформлены рядами географических соответствий.
В заключении появляются кривичи, радимичи, дреговичи и полочане, их расселение, языческие верования, погребальные обычаи, отношения с хазарами и варягами. Обсуждаются скандинавские предания о Гаддинге и Рагнаре, а затем подчинение местных племён Рюрику и Олегу. Уже здесь автор соединяет сообщения летописей, зарубежных хроник и историков своего времени, не всегда придавая им одинаковую доказательную силу.
Книга вторая. Князья Полоцкие
На с. 25–46 изложена история полоцкой династии. Центральным эпизодом начала становится сватовство Владимира к Рогнеде, её отказ, взятие Полоцка, гибель Рогволода и дальнейшая судьба княжны. Изяслав выступает родоначальником отдельной ветви полоцких князей; её отношения с потомством Ярослава объясняются как длительная родовая вражда.
Затем следуют Брячислав, его поход на Новгород и соглашение с Ярославом, войны Всеслава, битва на Немиге, киевское княжение и возвращение в Полоцк. Автор привлекает и летописное повествование, и поэтический образ Всеслава из «Слова о полку Игореве».
После смерти Всеслава внимание переходит к уделам, политике Глеба Минского, походам Мономаха и Мстислава, высылке полоцких князей в Византию и последующим усобицам. Особое значение получают отношения князей с городским обществом. В завершении Турчинович допускает превращение Полоцка в республику, опираясь на поздние известия и собственные предположения о последовательности княжений.
Книга третья. Литва покоряет земли Кривские
Небольшая третья книга, с. 47–52, описывает усиление Литвы на фоне раздробленности Руси. В повествование включены Кернус, Ердзвилл, Мингайло, Гинвилл и связанные с ними рассказы о возникновении литовско-завилейского и литовско-полоцкого княжеств.
Турчинович пытается соединить эти генеалогические предания с известными полоцкими князьями Борисом и Рогволодом, строительством храмов и древними надписями. Сюжет организован вокруг постепенного исчезновения потомков Рогнеды и перехода власти к литовским правителям. Именно здесь особенно сильно сказывается зависимость автора от позднего летописания и реконструкций Теодора Нарбута.
Книга четвёртая. Утрата Ливонии; усиление Литвы
На с. 53–72 излагаются отношения Полоцка с нижним течением Двины. Автор начинает с прежней зависимости ливонских земель от полочан, затем рассказывает о немецкой торговле, миссионерах Мейнарде и Бертольде, епископе Альберте, основании Риги и учреждении Ордена меченосцев.
Движение крестоносцев приводит к столкновению с полоцкими князьями и местными правителями. Значительное место занимают Всеволод Герсикский, Вячко, борьба за крепости, переговоры и восстания. Немецкая колонизация представлена прежде всего как утрата прежнего влияния Полоцка и подчинение жителей новым властителям.
Завершающие разделы связывают ливонские события с усилением Литвы, деятельностью Миндовга, Тевтовилла и Тройната, внутренней борьбой и убийствами князей. Обсуждается также сообщение о передаче Полоцка Рижской церкви и последующей уступке его литовцам; в примечаниях приведён латинский документ, на котором строится это рассуждение.
Книга пятая. До Гедимина и Ольгерда
Пятая книга, с. 73–87, возвращается к политической судьбе Полоцка и соперничеству литовских правителей XIII века. Турчинович рассматривает фигуры Рингольта, Миндовга, Войшелка, разных Довмонтов, Рымунда и Витеня. Здесь особенно заметны трудности согласования хронологии и генеалогии: автор сопоставляет версии, объясняет противоречия и предлагает собственные связи между плохо засвидетельствованными лицами.
Рассказы о монастырях, уходе князей из политической жизни и возвращении к власти соединяются с войнами против Ордена. В конце рассматриваются положение Полоцка при Витене и князе Воине, а также возникновение Могилёва. Объяснения названия последнего автор подвергает критике и не принимает простую игру созвучий как достаточное доказательство.
Книга шестая. Покорение земель русских великими князьями литовскими
На с. 88–115 главным предметом становятся Гедиминовичи и включение русских земель в Великое княжество Литовское. Ольгерд, его витебский брак и потомки позволяют автору проследить судьбы Витебска, Полоцка, Пскова и Смоленска. Андрей Ольгердович выступает одним из наиболее значительных участников борьбы за власть.
Затем повествование сосредоточивается на Ягайло, Кейстуте, Скиргайло и Витовте. Разбираются договоры с Орденом, конфликты за Полоцк и Витебск, вторжения крестоносцев и последствия принятия Ягайло католичества. Династические интересы переплетаются с конфессиональными объяснениями, хотя сам рассказ показывает союзы, проходившие через религиозные границы.
Вторая часть посвящена Свидригайло, его борьбе с Сигизмундом Кейстутовичем, отношениям с императором и Орденом, сражениям под Ошмянами и Вилькомиром. Завершение связано с утверждением Казимира и смоленскими событиями. Эти разделы показывают Великое княжество как сложное пространство княжеских, городских и внешнеполитических противоречий.
Книга седьмая. Борьба за Белоруссию и Русь Литовскую
С. 116–139 посвящены московско-литовским войнам конца XV — первой половины XVI века. Возвышение Московского государства при Иване III автор связывает с требованием вернуть земли Руси. Он последовательно рассматривает отношения с Казимиром и Александром, Ведрошскую битву, перемирия и территориальные перемены.
При Василии III важнейшими сюжетами становятся борьба за Смоленск, военные действия около Орши, роль Константина Острожского и Михаила Глинского, попытки осады Полоцка и переговоры о мире. В повествовании много сведений о маршрутах армий, разорении волостей и судьбе населения.
Последние разделы переходят к Ивану IV и Сигизмундам: вторжениям, взятию Гомеля, строительству Себежа и Велижа. Для Турчиновича укрепления и пограничные города — не фон, а важнейшие опорные пункты борьбы за край.
Книга восьмая. Борьба за Ливонию
Самая объёмная книга, с. 140–199, охватывает заключительный этап борьбы за Ливонию и войны Ивана IV со Стефаном Баторием. После падения Ордена и изменения политического положения Ливонии автор рассказывает о русском наступлении, взятии Полоцка в 1563 году, поражениях московских воевод и продолжавшихся переговорах.
Значительное место занимают Андрей Курбский, Иван Шуйский, Роман Сангушко, Николай Радзивилл и другие военачальники. Повествование насыщено описаниями осад, укреплений, походных решений, удач и ошибок командования.
Особенно подробно описана кампания Батория 1579 года: движение к Полоцку, устройство его трёх частей, споры о направлении главного удара, огонь осадной артиллерии, пожары, оборона и капитуляция. Затем следуют взятие соседних крепостей, поход 1580 года на Великие Луки, покорение Велижа, Усвят, Невеля и Заволочья, пребывание заболевшего короля в Полоцке. Последний поход направлен на Псков и завершается перемирием.
В примечаниях автор описывает старинные карты Полоцка и окружающих крепостей, объясняет происхождение некоторых местных названий и сопоставляет свидетельства русских и польских писателей. Эти дополнения расширяют военную историю сведениями о топографии и исторической памяти.
Книга девятая. Борьба за Малороссию
На с. 200–232 военная история тесно соединена с церковной. Турчинович рассматривает ограничения православных в Великом княжестве, унию, деятельность и гибель Иосафата Кунцевича, религиозные конфликты в Малороссии. Брестский собор выступает в его объяснении одним из узлов длительного противостояния.
Далее следует восстание Богдана Хмельницкого, распространение казацкого движения на белорусские земли, действия литовских войск и разорение Пинска. После перехода к войне Алексея Михайловича и Яна Казимира автор описывает взятие Смоленска, покорение многих городов Белоруссии, продвижение русских войск в Литву и занятие Вильны.
Шведское вторжение в Польшу изменяет соотношение сил. Турчинович излагает переговоры, возобновление войны, успехи польско-литовских военачальников, неудачи московских воевод, роль местничества и дальнейшие попытки соглашения. Повторяющийся мотив — тяжесть войны для страны независимо от того, какая армия временно овладевает ею.
Книга десятая. Раздел Польши и присоединение Белоруссии к России
Последняя книга, с. 233–239, гораздо короче предшествующей. Через Северную войну, движения Петра I, Карла XII и Августа II автор переходит к религиозному вопросу XVIII века, положению православных и выступлению Георгия Конисского. Завершением политической линии становится первый раздел Речи Посполитой 1772 года и переход восточных белорусских земель к Российской империи.
Финал содержит историко-географический перечень Полоцкого, Витебского, Мстиславского и Инфлянтского воеводств с городами и местечками. Последние строки возвращают читателя к основной эмоциональной теме книги: судьбе земледельца, постоянно оказывавшегося на пути войск, и к вопросу о возможности благосостояния в стране затяжных войн.
Примечания и значение книги
277 концевых примечаний содержат ссылки на русские летописи, польские и ливонские хроники, документы, труды Нарбута, Карамзина, Шафарика, Лелевеля, Кояловича и других авторов. Здесь находятся самостоятельные рассуждения о курганах, монетных находках, княжеской генеалогии, надписях, географических названиях и происхождении городов. Примечания составляют важную часть произведения и не сводятся к перечню источников.
Книга значительна как ранняя попытка связного исторического обзора Белоруссии. Её сильная сторона — постановка самостоятельного регионального вопроса, накопление разнородных свидетельств и интерес к местной топографии. Одновременно она показывает возможности и ограничения историка середины XIX века: ещё недостаточно отделены поздние предания от ранних свидетельств, а династическое и конфессиональное объяснение часто подменяет анализ общественных процессов. Поэтому сегодня её читают одновременно как историческое сочинение и как памятник формирования представлений о белорусском прошлом.