Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Литовские евреи. Лист 326, с. 320

Сергей Бершадский о юридическом и общественном положении евреев Великого княжества Литовского от привилегий Витовта 1388 года до Люблинской унии 1569 года: брестская привилегия, изгнание 1495 года, общины Бреста, Пинска и Кобрина.

Литовские евреи, 1883: лист 326 из 437

С. 320

Оригинал

лось бы, что все топографическое описаніе Вильно взято имъ, какъ говоритъ и самъ г. Нарбутъ, изъ какой-то старинной рукописи на латинскомъ языкѣ, содержавшей въ себѣ исторгю[?] Вильно и находившейся въ числѣ разрозненныхъ бумагъ монастыря АвгустиніанъЭрмитовъ. Бывшій провинціалъ этого ордена, ксендзъ Корицкій,

перевелъ эту рукопись на польскій языкъ и отдалъ свой переводъ г. Hapóyry 608.

Странно было бы намъ критиковать источникъ, котораго не видалъ и самъ г. Нарбутъ; ограничимся замѣчаніемъ, что намъ кажется довольно подозрительнымъ то обстоятельство, что неизвѣстный топографъ г. Вильно временъ Гедимина, какъ предполагаетъ г. Нарбутъ 609, обозначаетъ границы еврейской части города весьма близко къ тому, какъ это опредѣлено въ привилегзи[?] Владислава ТУ, данной евреямъ 19 февр. 1633 г., или даже такъ, какъ жили евреи въ Вильно въ началѣ ХУППв.

Далѣе, какъ извѣстно, городъ Вильно обнесенъ стѣнами только —въ 1505 г., а до того времени, какъ заявляли мѣщане В. князю Александру, „мѣсто Виленское (было) незатворенное“. Поэтому Александръ, освободивъ мѣшщанъ на годъ отъ военной службы и податей, дозволилъ „около мѣвста будоватися“. Каждый, говоритъ В. князь, „свою дѣлницу хто можетъ муромъ, тотъ нехай муруеть, а иные нехай парканомъ парканять“. Вмѣстѣ съ тѣмъ, также согласно просъбѣ мѣщанъ, В. князь назначилъ мѣста для воротъ: „Первая брама—за пана’старостинымъ дворомъ, къ Вели; другая— подле Матки Божеѣ, къ Трокамъ; третея— подле Святое Троицы; четвертая— подле Святого Спаса, а пятая—въ городъ“ 2№610.

Что до в. князя Александра не было вокругъ Вильно не только каменной стѣны, но даже и земляного окопа, это подтверждается какъ дальнѣйшими словами грамоты „мѣсто... опарканити и перекопы выкинути (вырыть рвы), а потомъ вжо каждый изъ нихъ свою дѣлняцу муромъ забудуеть“, такъ и изъ приведеннаго выше обстоятельства, что в. князь самъ давалъ названія воротамъ—

Примечания

608. Narbut, Рошпіеузле pisma historiczne влследоініе фо historyi Liwty ойпавзласе się. \МПпо 1856 г., Кгі. 44, № Х!. Dawnieysza topographia Wilno.

609. На чемъ основано это предположеніе г. Нарбутъ не объясняетъ.

610. Собраніе древнихъ грамоть[?] и актовъ городовъ: Вильны, Ковна, Трокъ etc. Вильно 1818 г., № 14 первой части, (продолжение на с. 321)

Современная орфография

лось бы, что все топографическое описание Вильнюс взято им, как говорит и сам г. Нарбут, из какой-то старинной рукописи на латинском языке, содержавшей в себе исторгю[?] Вильнюс и находившейся в числе разрозненных бумаг монастыря АвгустинианъЭрмитов. Бывший провинциал этого ордена, ксендз Корицкий,

перевел эту рукопись на польский язык и отдал свой перевод г. Hapóyry 608.

Странно было бы нам критиковать источник, которого не видал и сам г. Нарбут; ограничимся замечанием, что нам кажется довольно подозрительным то обстоятельство, что неизвестный топограф г. Вильнюс времен Гедимина, как предполагает г. Нарбут 609, обозначает границы еврейской части города весьма близко к тому, как это определено в привилегзи[?] Владислава ТУ, данной евреям 19 февр. 1633 г., или даже так, как жили евреи в Вильнюсе в начале ХУППв.

Далее, как известно, город Вильнюс обнесен стенами только —в 1505 г., а до того времени, как заявляли мещане В. князю Александру, „место Виленское (было) незатворенное“. Поэтому Александр, освободив мешщан на год от военной службы и податей, дозволил „около мевста будоватися“. Каждый, говорит В. князь, „свою делницу хто может муром, тот нехай муруеть, а иные нехай парканом парканять“. Вместе с тем, также согласно просъбе мещан, В. князь назначил места для ворот: „Первая брама—за пана’старостиным двором, к Вели; другая— подле Матки Божее, к Трокам; третея— подле Святое Троицы; четвертая— подле Святого Спаса, а пятая—в город“ 2№610.

Что до в. князя Александра не было вокруг Вильнюс не только каменной стены, но даже и земляного окопа, это подтверждается как дальнейшими словами грамоты „место... опарканити и перекопы выкинути (вырыть рвы), а потом вжо каждый из них свою делняцу муром забудуеть“, так и из приведенного выше обстоятельства, что в. князь сам давал названия воротам—

Примечания

608. Narbut, Рошпиеузле pisma historiczne влследоиние фо historyi Liwty ойпавзласе się. \МПпо 1856 г., Кги. 44, № Х!. Dawnieysza topographia Wilno.

609. На чем основано это предположение г. Нарбут не объясняет.

610. Собрание древних грамоть[?] и актов городов: Вильнюса, Ковна, Тракая etc. Вильнюс 1818 г., № 14 первой части, (продолжение на с. 321)