Литовские евреи. Лист 156, с. 150
Сергей Бершадский о юридическом и общественном положении евреев Великого княжества Литовского от привилегий Витовта 1388 года до Люблинской унии 1569 года: брестская привилегия, изгнание 1495 года, общины Бреста, Пинска и Кобрина.
С. 150
Оригинал
труды по исторіи польско-литовскихъ евреевъ Штернберга и трудъ- ©. Н. Леонтовича, неизвѣстны ему также документы о евреяхъ не только разсѣянныя въ изданіяхъ разныхъ археографическихъ коммисій и частныхъ лицъ, но даже собранныя значительными массами, напр., въ М и УТ т. Актовъ Виленской Археографической Коммиссіи, въ \ томѣ[?] Архива юго-западной Россіи, въ ШШ и Пу томѣ[?] Археографическаго Сборника и проч.—Что же касается сужденій автора о достоинствѣ разбираемыхъ имъ работъ, то сужденія эти невсегда точны и безпристрастны, такъ, напримѣръ, говоря о выше указанномъ трудѣ г. Гумпловича, авторъ замѣчаетъ, „Гумпловичъ своими трудами не подвинулъ еврейскаго вопроса ни на волосъ. дальше Чадкаго“ (101 стр.). Но еще болѣе странно возраженіе автора на совершенно справедливыя слова Гумпловича „что въ роспаиваніи крестьянъ водкою виноваты не одни только евреи, нои шляхта, которая эту водку выкуривала“ (стр. 100). Упрекъ, дѣлаемый авторомъ Гумпловичу въ неосновательности этого мнѣнія тѣмъ“болѣе страненъ, что опровергается сообщеніемъ самого же Мацѣйовскаго (стр. 54): Говоря объ ожесточенной борьбѣ за право винокуренія между городомъ Данцигомъ и шляхтою данцигскаго округа и упомянувъ, что этотъ споръ рѣшиенъ Сигизмундомъ Г въ. пользу шляхты, авторъ продолжаетъ: „какъ скоро загремѣло по всей Польшѣ извѣстіе, что даже въ городскомъ округѣ (шляхтѣ) вольно разсылать по корчмамъ выкуренный напитокъ,—Шшляхта данцингская, хорошо ознакомившаяся съ водкою въ своемъ городѣ, начала на ея подобіе выкуривать такой же напитокъ и, назвавъ его. горѣлкою, стала помѣщать оный для продажи въ свои корчмы“ (стр. 55).—То же самое говорятъ и приведенные нами выше очевидцы ХУП в.
Напрасно также авторъ сѣтуетъ на совершенную неизвѣстностъ талмуда, на полное отсутствіе какихъ бы то ни было переводовъ онаго. Горько сожалѣя что проф. александровскаго варшавшавскаго университета Кіарини[?] не успѣлъ сдѣлать перевола талмуда, вслѣдствіе[?] препятствій со стороны ученыхъ хасидовъ (я1с) и проч., авторъ заявляетъ, что тотъ заслужилъ бы глубокую благодарность, KTO, познакомилъ бы насъ съ исторіею талмуда и извлеченіями изъ онаго (ігезсіа).—[?] Всѣ эти сѣтованія[?], однако, основаны на. незнакомствѣ автора не только съ новйшими трудами: Греца, Франкеля, Фасселя, Мейера, Ауэрбаха, Шваба,Заммтера, Раббино-
Современная орфография
труды по истории польско-литовских евреев Штернберга и труд- ©. Н. Леонтовича, неизвестны ему также документы о евреях не только рассеянныя в изданиях разных археографических коммисий и частных лиц, но даже собранные значительными массами, напр., в М и УТ т. Актов Виленской Археографической Коммиссии, в \ томе[?] Архива юго-западной России, в ШШ и Пу томе[?] Археографического Сборника и проч.—Что же касается суждений автора о достоинстве разбираемых им работ, то суждения эти невсегда точны и безпристрастны, так, например, говоря о выше указанном труде г. Гумпловича, автор замечает, „Гумплович своими трудами не подвинул еврейского вопроса ни на волос. дальше Чадкого“ (101 стр.). Но еще более странно возражение автора на совершенно справедливые слова Гумпловича „что в роспаивании крестьян водкою виноваты не одни только евреи, нои шляхта, которая эту водку выкуривала“ (стр. 100). Упрек, делаемый автором Гумпловичу в неосновательности этого мнения тем“более странен, что опровергается сообщением самого же Мацейовского (стр. 54): Говоря об ожесточенной борьбе за право винокурения между городом Данцигом и шляхтою данцигского округа и упомянув, что этот спор решиен Сигизмундом Г в. пользу шляхты, автор продолжает: „как скоро загремело по всей Польше известие, что даже в городском округе (шляхте) вольно рассылать по корчмам выкуренный напиток,—Шшляхта данцингская, хорошо ознакомившаяся с водкою в своем городе, начала на её подобие выкуривать такой же напиток и, назвав его. горелкою, стала помещать оный для продажи в свои корчмы“ (стр. 55).—То же самое говорят и приведенные нами выше очевидцы ХУП в.
Напрасно также автор сетует на совершенную неизвестност талмуда, на полное отсутствие каких бы то ни было переводов онаго. Горько сожалея что проф. александровского варшавшавского университета Киарини[?] не успел сделать перевола талмуда, вследствие[?] препятствий со стороны ученых хасидов (я1с) и проч., автор заявляет, что тот заслужил бы глубокую благодарность, KTO, познакомил бы нас с историею талмуда и извлечениями из онаго (игезсиа).—[?] Все эти сетования[?], однако, основаны на. незнакомстве автора не только с новйшими трудами: Греца, Франкеля, Фасселя, Мейера, Ауэрбаха, Шваба,Заммтера, Раббино-