История Галицко-Владимирской Руси. Лист 390 - с. 383
Скан издания 1863 года. Оригинал на галицком «язычии» и перевод на современный русский язык.
Оригинал
зямъ, такъ званый осыпъ т. е. певную данину въ збôжу, тую должна была еще складати шляхта галицко-рускихъ земель (греч. обр.) ажь до смерти короля Ягайла933. Рускіи шляхетніи жителѣ (греч. вѣроисповѣданя) зôставленй были служити и за границею безъ жолду 5 гривенъ, назначеныхъ для кождого польского жителя служачого въ вôйнѣ за границями польскои державы. Такожь зôставлено при ней обовязокъ достарчаня людей до будовы городôвъ. Видитъ ся, що шляхта руская перла короля и о рôвноуправленье съ польскою добивала ся. Король сдѣлалъ былъ яковіи приреченя на будучнôсть, на которіи по смерти Ягайла шляхта руская ôткликуючи-сь о рôвноуправленье домагала ся934.
Постановленье въ Едльнѣ, щобы горожане вôльнй были ôтъ порадльного и ланового съ изъятьемъ тыхъ жителей, которіи не въ самôмъ городѣ, но поза укрѣпленями города на передмѣстѣ обитали935, не было для Русинôвъ корыстное. Русины замешковали давніи городы або села. Давнѣйшіи городы были розширенй, або на ново осаженй936 и до роз-
Примечания
Volum. leg. T. I. u. s. Документъ настоячій потверженъ зôсталъ въ Краковѣ въ первыхъ дняхъ Януарія въ продолженю 8 дней по Благовѣщеню р. 1433.
К текстуDługosz L. XI. p. 66. „eodem tempore (1434) barones, nobiles et universi terrarum Russiae et Podoliae terrigenae, quo magis animum regis (Vladislai filii Jagielonis) et ejus consiliariorum praecibus suis inclinent gratiam similem (h. e. praerogativa regnicolarum Poloniae) et liberationem Wladislaum genitorem suum clarae memoriae eis promisisse, et dandam decrevisse, effectum tamen sortiri non potuisse, propter mortem subsequutam, evidenti et claro testimonio conprobarunt.“ На съѣздѣ въ Мостискахъ (in conventu Moscicensi) съобовязали-сь бояре и шляхта земель рускихъ, по смерти Владислава-Ягайла за предидучимъ согласьемъ Витольда и бояръ В. княжества литовского (оже тое все дѣяло ся еще передъ рокомъ 1431) узнати того зъ двохъ его сынôвъ за наслѣдника короны, и за господина, который буде спосôбнѣйшій, если той затвердитъ и заприсягне права и привилеи всѣхъ сословій. Inventarium in archivo regni in arce Cracoviensi p. 255.
К текстуVolumina legum u. s.
К текстуГороды, которіи въ періодѣ настоячомъ отримали магдебургское право и новое упосаженье были: Щирецъ 1397, Жидачевъ 1393, Новый Самборъ 1419, Дрогобычь 1421, Кросно 1426, Стрый 1431, Снятынъ 1448, Червоногородокъ 1448. Городы, въ которыхъ Русины уживали рôвныхъ свобôдъ съ жителями прочими, были: Львôвъ, Каменецъ, въ 1395 ôтъ Витольда, Галичь 1405 ôтъ Ягайла, Холмъ 1392, Луцкъ 1432 и 1444 одарени привилеями. Городы: Бережаны, Тарнопôль, Станиславôвъ, Броды, Чорткôвъ, Жолква повстали пôзнѣйше, въ настоячое время были они еще селами. Тамъ, где нынѣ Тарнопôль было еще въ настоячôмъ періодѣ пустое мѣсто званое Сопильче. Тамъ, где Станиславôвъ было еще тогды село Заболотье, — где Чортковъ село Чортковичѣ. Городы рускіи одарени правомъ магдебургскимъ стояли уже року 1418 межи собою въ связи, ихъ посланики съѣзджали-сь що рôкъ, бы нараджати ся надъ горожаньскими справами. Бускъ, Теребовля, Белзъ, Куликôвъ и пр. были року 1433 цвѣтучими мѣстами. (Zubrzyckiego kronika miasta Lwowa). — Села перемѣнени на городы: Дунаевъ 1420, Глиняны 1397, Нижанковичѣ (Краснополе) 1408, Радымно 1431, Дубецко 1389, Тирава 1431, Грубѣшовъ 1400, Щекаровъ (Красноставъ) 1394, Сокаль 1424. Перемѣненье Дунаева на городъ 1420 собыло ся Іоаномъ Решовскимъ архіепископомъ львôвскимъ. Радымна 1431 Іоаномъ зъ Лѣбіеня епископомъ перемышльскимъ (Дунаевъ належалъ до столовыхъ добръ архіепископства львôвского, Радымно епископа перемышльского л. обр.) Іоанъ Тарновскій староста земель рускихъ упосажилъ и упривилеіовалъ: Щирецъ 1397 — Глиняны 1397. Стрый осадилъ на ново 1431 за предидучимъ изволеньемъ польского короля Тарло зъ Щекаревичь названъ иначе Заклика. Въ Дрогобычи отрималъ въ время перенесеня сего города зъ права руского на право магдебургское 1422 вôйтовство зъ правомъ дѣдицтва Іоанъ Менжикъ зъ Дубровы, чесникъ королевского стола. Вôйтôвство въ Городку спродалъ Ягайло при спосôбности упосаженя того города 1389 Нѣмцеви якому-то Миколаеви Ульрикови. Дубецко, Кросно были то осады сягаючіи рускихъ временъ на кранци Галицкои Руси положени. Дубецко перемѣнене р. 1407 зъ села на мѣсто. Еще Казимиръ В. надалъ Дубецко село Полякови Петрови Кмитѣ каштелянови любельскому. На кранци Галицкои Руси учредилъ Казимиръ В. нѣмецку осаду Егренбургъ (Ehrenburg) и выбудовалъ замокъ, которого руины днесь еще преданье по рускихъ кмѣтчинѣ замкотъ (по польски Odrzykoń) называе.
К тексту
Русский перевод
зьям, король удержал так называемый осып, то есть определенную дань зерном; ее должна была вносить шляхта галицко-русских земель (греческого обряда) до самой смерти короля Ягайла933. Русские шляхетные жители (греческого вероисповедания) были оставлены обязанными служить и за границей без жалованья в 5 гривен, назначенного каждому польскому жителю, служившему на войне за пределами Польского государства. За ними была оставлена также обязанность поставлять людей для постройки городов. По-видимому, русская шляхта теснила короля и добивалась равноправия с польской. Король дал какие-то обещания на будущее, на которые, ссылаясь, русская шляхта после смерти Ягайла домогалась равноправия934.
Постановление в Едльне, чтобы горожане были свободны от порадльного и ланового, за исключением тех жителей, которые жили не в самом городе, а за городскими укреплениями, на предместье935, не было выгодно для русинов. Русины населяли старые города или села. Прежние города были расширены или заново основаны936, и в рас-
Примечания
Volum. leg. T. I. u. s. Настоящий документ был подтвержден в Кракове в первых числах января, в течение 8 дней после Благовещения 1433 года.
К текстуDługosz L. XI. p. 66: «eodem tempore (1434) barones, nobiles et universi terrarum Russiae et Podoliae terrigenae, quo magis animum regis (Vladislai filii Jagielonis) et ejus consiliariorum praecibus suis inclinent gratiam similem (h. e. praerogativa regnicolarum Poloniae) et liberationem Wladislaum genitorem suum clarae memoriae eis promisisse, et dandam decrevisse, effectum tamen sortiri non potuisse, propter mortem subsequutam, evidenti et claro testimonio conprobarunt» («в то же время (1434) бароны, шляхтичи и все земяне земель Руси и Подолья, чтобы своими просьбами сильнее склонить душу короля (Владислава, сына Ягайла) и его советников, ясным и очевидным свидетельством доказали, что отец его Владислав славной памяти обещал им подобную милость (то есть права коренных жителей Польши) и освобождение и постановил их дать, но это не могло осуществиться из-за последовавшей смерти»). На съезде в Мостисках (in conventu Moscicensi) бояре и шляхта русских земель обязались после смерти Владислава-Ягайла с предварительного согласия Витовта и бояр Великого княжества Литовского (следовательно, все это происходило еще до 1431 года) признать того из двух его сыновей наследником короны и государем, который будет способнее, если он подтвердит и присягнет хранить права и привилегии всех сословий. Inventarium in archivo regni in arce Cracoviensi p. 255.
К текстуVolumina legum u. s.
К текстуГорода, получившие в нынешний период магдебургское право и новое устроение, были: Щирец 1397, Жидачов 1393, Новый Самбор 1419, Дрогобыч 1421, Кросно 1426, Стрый 1431, Снятын 1448, Червоногород 1448. Города, в которых русины пользовались равными свободами с прочими жителями, были: Львов, Каменец — в 1395 году от Витовта, Галич — в 1405 году от Ягайла, Холм в 1392 году, Луцк в 1432 и 1444 годах получили привилегии. Города Бережаны, Тарнополь, Станиславов, Броды, Чортков, Жолква возникли позднее, в нынешнее время они были еще селами. Там, где ныне Тарнополь, было еще в нынешний период пустое место, называемое Сопильче. Там, где Станиславов, было еще тогда село Заболотье, — где Чортков, село Чортковичи. Русские города, наделенные магдебургским правом, уже в 1418 году состояли в связи между собой; их посланцы каждый год съезжались, чтобы совещаться о городских делах. Буск, Теребовля, Белз, Куликов и пр. в 1433 году были цветущими городами (Zubrzyckiego kronika miasta Lwowa). — Села, превращенные в города: Дунаев 1420, Глиняны 1397, Нижанковичи (Краснополь) 1408, Радымно 1431, Дубецко 1389, Тырава 1431, Грубешов 1400, Щекаров (Красностав) 1394, Сокаль 1424. Превращение Дунаева в город в 1420 году совершилось Яном Жешовским, львовским архиепископом; Радымна в 1431 году — Яном из Лепеня, перемышльским епископом (Дунаев принадлежал к столовым имениям Львовского архиепископства, Радымно — перемышльского епископа латинского обряда). Ян Тарновский, староста русских земель, устроил и наделил привилегиями Щирец в 1397 году и Глиняны в 1397 году. Стрый заново основал в 1431 году с предварительного соизволения польского короля Тарло из Щекаревиц, называемый иначе Заклика. В Дрогобыче при перенесении этого города с русского права на магдебургское в 1422 году получил войтовство с правом наследования Ян Менжик из Домбровы, чашник королевского стола. Войтовство в Городке Ягайло продал при устроении этого города в 1389 году какому-то немцу Николаю Ульриху. Дубецко, Кросно были поселения, восходящие к русским временам и расположенные на окраине Галицкой Руси. Дубецко было превращено в 1407 году из села в город. Еще Казимир Великий пожаловал село Дубецко поляку Петру Кмите, люблинскому каштеляну. На окраине Галицкой Руси Казимир Великий основал немецкое поселение Эренбург (Ehrenburg) и построил замок, руины которого еще ныне предание у русских кметов называет «замкотъ» (по-польски Odrzykoń).
К тексту