История Галицко-Владимирской Руси. Лист 373 - с. 366
Скан издания 1863 года. Оригинал на галицком «язычии» и перевод на современный русский язык.
Оригинал
ключилъ довременное премиріе пôдъ Луцкомъ противу воли и безъ вѣдомости ордина. Ôнъ зналъ пôдчасъ переговорôвъ, кôнчившихъ ся довременнымъ премиріемъ, що рицарѣ напавши на польскій край грозно го опустошали. Знали о тôмъ и ôтпоручники польскіи, условляючіи ся съ послами литовскими. Лишь польское войско незнало по тое время ничь о грабежи нещастныхъ своихъ жилищь. Были отже важніи причины, для которыхъ Поляки уступки Свидригайлу поробили, — но мы незнаемъ, для чого Свидригайло уступилъ Полякамъ и безъ вѣдомости рицарей, и помимо передъостереженя надôсланого ему великимъ майстромъ ордина, заключилъ премиріе власне въ тое время, коли внѣшніи ôтношеня для него ставали-сь спосôбнѣйшими, коли рицарѣ нѣмецкіи и инфлянтскіи, якоже и Татары и Волохи вступили-сь за Свидригайла и волости Польщи и польскои Руси загрожали. Може быти, що замокъ Луцкій приведеный былъ войсками Польщи до крайности, а Свидригайлу на утриманю тои важнои позиціи въ сердцю Володимирскои Руси много залежало, но може и тое быти, що Свидригайло заключилъ премиріе нерозважно, слѣдуючи непостоянности своего характеру и легкодушію своему, якъ тое рицарѣ въ пôзнѣйшое время, коли Свидригайло утратилъ былъ велико-княжескій престолъ въ Литвѣ, ему закидали приписуючи ему самому всю вину досвѣдченого упадку. По нашему мнѣнію въ тіи времена въ справахъ тычачихъ ся просторонныхъ земель и многочисленого народа, одинъ князь самовôльно нерѣшалъ. Стояли при Свидригайлѣ вельможѣ, бояре, могучіи вліяньемъ княжіи дворяне, дорадчики и пріятелѣ, избравшіи его на великій престолъ литовскій и вспомагали его въ настоячôй вôйнѣ словомъ и дѣломъ. Если ошибае ся поединчій человѣкъ, влеченый престрастьемъ, общество сложеное зъ такихъ мужей, которіи важніи справы заступаютъ, не такъ легко ошибае ся. Прото догадую-сь, що Свидригайло и стоваришившіи ся съ нимъ рускіи князѣ и бояре начали борбу зъ нужды, не зъ своеволія, и що желали мира, а коли Поляки подали ôтповѣдни и народнôи чести неувлекаючіи условія, на тіиже радо пристали. Мы зъ недостатку рускихъ жерелъ не знаемъ докладно всѣхъ подробностей луцкои вôйны. Може быти, що побѣда, якую ôтнесли Поляки надъ рускими ôтрядами около Кримянца, Бакоты(?), Холма и надъ Молдавянами надъ Днѣстромъ, сôпсовали справу Свидригайла въ той самъ часъ, коли Татары ôтъ востока а рицарѣ ôтъ запада диверзію войскамъ польскимъ стоячимъ пôдъ Луцкомъ дѣлати начинали.
Якіижь мѣры предпринималъ Ягайло для усмиреня неспокôйного духа тыхъ земель, которіи якъ мы видѣли въ настоячôй вôйнѣ тайно и отверто участвовали? Передъ всемъ король негодуючи на Богдана Рогатыньского за его ôтступленье, ôтнялъ ôтъ него Рогатынъ и прочіи многіи села, ко-
Русский перевод
ключил временное перемирие под Луцком против воли и без ведома ордена. Во время переговоров, окончившихся временным перемирием, он знал, что рыцари, напав на польский край, жестоко его опустошали. Знали об этом и польские уполномоченные, договаривавшиеся с литовскими послами. Лишь польское войско тогда ничего не знало о разграблении своих несчастных жилищ. Итак, были важные причины, по которым поляки пошли на уступки Свидригайлу, — но мы не знаем, почему Свидригайло уступил полякам и без ведома рыцарей, вопреки предостережению, присланному ему великим магистром ордена, заключил перемирие как раз в то время, когда внешние обстоятельства становились для него благоприятнее, когда немецкие и ливонские рыцари, а также татары и волохи вступились за Свидригайла и угрожали волостям Польши и польской Руси. Может быть, Луцкий замок был доведен польскими войсками до крайности, а Свидригайлу было очень важно удержать эту важную позицию в сердце Владимирской Руси; но может быть и то, что Свидригайло заключил перемирие безрассудно, следуя непостоянству своего характера и своему легкомыслию, как ему впоследствии, когда Свидригайло утратил великокняжеский престол в Литве, ставили в упрек рыцари, приписывая ему самому всю вину постигшего его падения. По нашему мнению, в те времена в делах, касавшихся обширных земель и многочисленного народа, один князь самовольно не решал. При Свидригайле стояли вельможи, бояре, влиятельные княжеские дворяне, советники и друзья, избравшие его на великий литовский престол и помогавшие ему в нынешней войне словом и делом. Если ошибается отдельный человек, влекомый страстью, то общество, составленное из таких мужей, которые ведут важные дела, ошибается не так легко. Поэтому я догадываюсь, что Свидригайло и объединившиеся с ним русские князья и бояре начали борьбу по необходимости, а не по своеволию, и что они желали мира, а когда поляки предложили подобающие и не задевающие народной чести условия, охотно на них согласились. Мы за недостатком русских источников не знаем в точности всех подробностей Луцкой войны. Может быть, победы, одержанные поляками над русскими отрядами около Кременца, Бакоты (?), Холма и над молдаванами на Днестре, испортили дело Свидригайла как раз в то время, когда татары с востока, а рыцари с запада начинали диверсию против польских войск, стоявших под Луцком.
Какие же меры предпринимал Ягайло для усмирения беспокойного духа тех земель, которые, как мы видели, тайно и открыто участвовали в нынешней войне? Прежде всего король, негодуя на Богдана Рогатинского за его отступничество, отнял у него Рогатин и прочие многие села,