История Галицко-Владимирской Руси. Лист 311 - с. 304
Скан издания 1863 года. Оригинал на галицком «язычии» и перевод на современный русский язык.
Оригинал
такожь на три части, тое вносимъ зъ того обстоятельства, що въ битвѣ пôдъ Дубровнôмъ военніи силы зъ Галицкои Руси въ трехъ хоругвахъ а подôльскіи такожь въ трехъ хоругвахъ на поли битвы станули, соотвѣтно звычаеви, що хоругвы по землямъ и поединчимъ повѣтамъ устрояли ся. Володимирская Русь была тогды пôдъ безпосередною властію великого князя литовского, который на Волынь и до Кіева своихъ намѣстникôвъ посылалъ. Надъ польскою частію Подôля ôтъ року 1404—1411 мѣняли-сь намѣстники, по Петру Шафранци слѣдовалъ Петро Карнячанъ каштелянъ Добриньскій, потôмъ Андрей зъ Тачина, пôдстольный краковскій а по уступленю тогожь Петро Влодковичь Храбиновскій пôдстольный (subdatifer) Судомирскій. Надъ Галицкою Русію мѣняли ся такожь въ короткихъ періодахъ старосты рускіи, которіи въ имени короля цѣлою, Польщи пôдвладною Русію управляли. Въ р. 1392 былъ старостою Руси Іоанъ зъ Тарнова, воевода Судомирскій. Ему слѣдовалъ 1393 Гнѣвошь по всей вѣроятности той самъ Гнѣвошь зъ Даленецъ, который въ дружинѣ Ядвиги явилъ ся былъ передъ Львовомъ и вразъ съ иными (8) вельможными панами своею печатію горожанамъ Львôвскимъ листъ глейтовный потвердилъ. Въ 1400 староститъ на Руси снова Іоанъ воевода Судомирскій а въ 1407 знаный намъ Флоріянъ зъ Коритницѣ; въ 1411 зôсталъ старостою на Руси якій-то Иво, каштелянъ Шримскій. Ôнъ писалъ ся Иво иначе Иванъ, такъ приноровилъ свое имя до звычайного на Руси имени, Иванъ, хотя въ прочемъ латиньское имя Иво не есть то само, що руское Иванъ730.
Тую перемѣну лицъ управляючихъ на Руси, а именно на Подôлю изъяснити можна тымъ, що ихъ положенье было дуже трудное. Боярство и въ обще нарôдъ не прихильный былъ Польщи, въ которои имени они краи управляли, и вѣроисповѣданю, которому принадлежали. Може быти, що реченіи намѣстники въ чемъ оскорбляли народніи законы и звычаи, и ширили католицизмъ, що могло споводовати жалобы до короля, въ слѣдство чого Ягайло ôтдалялъ зненавиженыхъ и ôтдавалъ на томѣстъ власть тымъ, которіи ему здôбнѣйшими выдавали ся731. Окрôмъ воеводы намѣстника занималъ на Подôлю досыть самостоятельное становище каштелянъ каменецкій. Былъ нимъ въ р. 1407 Альбертъ зъ Вшеродова. Ôнъ осôбнымъ листомъ обовязуе-сь служити вѣрно королеви и увѣдомити его о всѣхъ непріязняхъ, пôдступкахъ и заприсяженяхъ (може быти тамошнихъ жителей), о которыхъ узнасть, що есть доводомъ, що панованье Польщи на Подôлю было дуже непевное и що панованю польскому тутъ бôльше
Примечания
Русский перевод
также на три части; это мы заключаем из того обстоятельства, что в битве под Дубровной (Грюнвальдом) военные силы из Галицкой Руси выступили на поле битвы в трех хоругвях, а подольские — также в трех хоругвях, сообразно обычаю, по которому хоругви устраивались по землям и отдельным поветам. Владимирская Русь находилась тогда под непосредственной властью великого князя литовского, который посылал своих наместников на Волынь и в Киев. Над польской частью Подолья с 1404 по 1411 год сменялись наместники: Петру Шафранцу наследовал Петр Карнячан, каштелян добжиньский, затем Анджей из Тенчина, подстолий краковский, а после его ухода — Петр Влодкович Храбиновский, подстолий (subdatifer) сандомирский. Над Галицкой Русью также через короткие промежутки сменялись русские старосты, которые от имени короля управляли всей подвластной Польше Русью. В 1392 году старостой Руси был Ян из Тарнова, воевода сандомирский. Ему наследовал в 1393 году Гневош, по всей вероятности тот самый Гневош из Далевиц, который в свите Ядвиги явился под Львовом и вместе с другими (8) вельможными панами подтвердил своей печатью охранную грамоту львовским горожанам. В 1400 году на Руси снова старостой Ян, воевода сандомирский, а в 1407-м — известный нам Флориан из Корытницы; в 1411 году старостой на Руси стал некий Иво, каштелян шремский. Он подписывался «Иво, иначе Иван», так что приноровил свое имя к обычному на Руси имени Иван, хотя, впрочем, латинское имя Иво не то же самое, что русское Иван730.
Эту смену лиц, управлявших Русью, а именно Подольем, можно объяснить тем, что их положение было весьма трудным. Боярство и вообще народ не были расположены к Польше, от имени которой они управляли краем, и к вероисповеданию, к которому они принадлежали. Может быть, названные наместники в чем-либо оскорбляли народные законы и обычаи и распространяли католицизм, что могло вызывать жалобы королю, вследствие чего Ягайло удалял ненавистных и передавал власть тем, кто казался ему более способным731. Кроме воеводы-наместника, довольно самостоятельное положение в Подолье занимал каменецкий каштелян. Им был в 1407 году Альберт из Вшеродова. Он особой грамотой обязуется верно служить королю и уведомлять его обо всех враждебных действиях, кознях и заговорах (может быть, тамошних жителей), о которых узнает, что доказывает, что господство Польши в Подолье было весьма непрочным и что польскому господству здесь больше,