Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

62. О Городельской унии 1413 года, о ее содержании, цели и последствиях

Исидор Шараневич. История Галицко-Владимирской Руси. Русский перевод.

Краеугольный камень нового государственного устройства положила уния Литвы и Польши в Городле в 1413 году. Итак, для завершения картины внутренних дел, которую мы здесь начертали, прежде всего следует представить условия Городельской унии. Со стороны рыцарей Немецкого ордена не прекращались попытки, чтобы потери, понесенные орденом вследствие последней проигранной битвы под Дубровной, возместить будущим счастливым военным успехом. Император Сигизмунд поддерживал рыцарей всем доступным ему влиянием. Воинственный дух не угасал, охота еще раз помериться оружием с литовцами и поляками не остывала, сильнее пробудились чувства скорби по утраченной славе и жажда мести более счастливым соседам. Единый голос за войну раздавался по всей Пруссии и во всех конвентах гордого ордена; словом, предстояла еще жестокая борьба ордена с Литвой и Польшей, когда Витовт, Ягайло и польские паны, превосходившие литовских панов дипломатическим умом, задумали ввиду будущих событий и ожидаемой борьбы скрепить союз Литвы с Польшей так, чтобы он зависел не только от произвола обоих государей, но, укоренившись во внутреннем устройстве двух соединенных государств, стал бы для обоих неотменимой необходимостью. Осенью, 2 октября 1413 года, Ягайло и Витовт, польские и литовские паны съехались в Городло на Буге783. Здесь было узаконено, чтобы Литва и Польша имели своих особых государей, избираемых из рода Ягайла или Витовта; поляки при избрании польского короля должны были согласовываться с Витовтом, а литовцы должны были приступать к избранию нового великого князя литовского по соглашению с польским королем и с его согласия. Витовт обязался не предпринимать никакой войны без ведома и согласия Польши. Важные дела, касавшиеся отношений обоих народов друг к другу и к внешним государствам, должны были обсуждаться на общих съездах польских и литовских панов в Парчеве и Люблине по воле и приказу короля. При великом князе должен был состоять государственный совет, как при короле в Польше состояла коронная рада784. Условиями Городельской унии было создано сословие свободных владельцев земельных имений. Ленные отношения литовских вельмож, бояр и рыцарей были большей частью разрушены; имения, которые были пожалованы им лишь пожизненно, были приравнены к вотчинам, и было определено, чтобы отцы передавали имение сыновьям и дальнейшим потомкам, чтобы из него обеспечивали жен и давали приданое дочерям без предварительного соизволения великого князя. Лишь продажа и покупка недвижимых имений должны были совершаться с ведома, в присутствии и при посредничестве великого князя или его уполномоченного — старосты и воеводы. Были сохранены лишь следующие повинности: обычные дани, дача подвод, постройка городов и военная служба. Все это было сохранено в интересах самодержавия, чтобы власть великого князя литовского не терпела никакого ущерба. По примеру Польши были установлены княжеские должности (воевод и каштелянов) и узаконено, чтобы по предварительному определению польского короля и великого князя литовского эти должности постепенно вводились по городам и областям. Важные дела должны были решаться на сеймах и народных думах. Прежде в думах участвовали старые князья из правящего дома и те бояре и вельможи, которые были наделены князьями земельными имениями и ленами большего объема. В духе Городельской унии со временем все сословие свободных людей, владевших земельным имением (большим или меньшим), было допущено к сейму785. Однако это расширение народных свобод ограничивалось лишь исповедниками римской веры. Вероятно, что православные, а именно русины, были недовольны всем этим стремлением к теснейшему соединению Литвы с Польшей. Православные и прочие секты были исключены из условленных преимуществ и свобод. Так, например, из совета государственной думы были исключены все православные и было определено, чтобы должности раздавались исповедникам римской веры, а не православным, по той причине, «что различие веры может произвести различие чувств и мнений и чтобы тайны государства тщательно сохранялись»786. Напомним прежний запрет Ягайла, чтобы католики не вступали в браки с православными787. Теперь литовским панам была дана свобода выдавать без предварительного соизволения великого князя дочерей своих за кого угодно, если жених был католиком, а не православным. Первыми статьями Городельской унии были утверждены за римской церковью все имения и преимущества, а именно освобождение от всех даней (дякла, серебщины), военной службы и прочих повинностей788. Наконец, литовские роды были допущены к пользованию свободами польского народа (ибо всеми вышеназванными свободами польская шляхта пользовалась уже прежде). Литовские паны приняли знамена, гербы и прозвания отдельных родов польской шляхты; так, например, Ян Гаштольд принял герб рода Габданков (Абданк), с которым уже прежде вступил в родственные отношения, Николай Войнар — рода Новина, Немира — рода Ястшембец и проч. Имена литовцев, принявших условия Городельской унии и воспользовавшихся ею, сохранились не все789, а те, что сохранились, — частью чисто литовские, без прозвищ, как, например, Монивид, Войдило, Войшин, или христианские, например Яков, Андрей, Станислав и проч., с обрусевшими прозвищами (patronimicis — отчествами — с окончанием на «-ич»), например Сесникович, Чучулович, Кокутович, Сукович, Ремонидович, Девокотович, Ручовтович и пр., а чисто русских по имени и прозвищу сохранилось лишь два: Немира по имени Андрей790 и Николай Войнар791. Итак, акт Городельской унии подписали литовцы родом, крещенные в латинскую веру, или же некоторые русины и обрусевшие литовцы, перешедшие в римскую веру. Князья из правящего дома, по всей вероятности, не подписали акта Городельской унии, через которую они окончательно утратили бы свое положение; и если сообщение одного из литовских источников792, будто князья Збаражские, Вишневецкие и Волынские со своими боярами прибыли в Городло, чтобы участвовать в общих народных совещаниях, не является ошибочным известием, то можно было бы предположить, что они противились столь тягостным для них и для православной части литовско-русского народа условиям. Из галицкого боярства мы не находим ни одного участника городельских условий. Акт Городельской унии подписали лишь архиепископы и епископы латинского обряда областей Галицкой и Владимирской Руси, а именно: Ян, архиепископ львовский, Матиаш Перемышльский, Михаил Киевский, Григорий Владимирский, Збигнев Каменецкий. Из этих данных видно, что условия Городельской унии вменялись прежде всего в пользу латинскому вероисповеданию, что в Галицко-Владимирской Руси еще не было высших урядников, исповедовавших римскую веру, и что тамошнее рыцарство и боярство вместе со своими князьями и после Городельской унии остались при прежних, большей частью феодальных отношениях и, невзирая на выгоды и гражданские свободы, предоставленные католикам, до поры придерживались православия.

Примечания

  1. По Стрыйковскому, здесь съехались князья из княжеского рода, а именно Киевские, Волынские, Збаражские, Вишневецкие, Заславские и Гедройцы.

    К тексту
  2. Stryjkowski.

    К тексту
  3. Narbutt T. VI. str. 300, ссылаясь на Бандтке: «było bowiem systematem króla w Polsce, jakoteż w Litwie przepuścić do obrad sejmowych ogół stanu szlacheckiego» («ибо таково было правило короля в Польше, как и в Литве, — допускать к сеймовым совещаниям все шляхетское сословие»).

    К тексту
  4. Długosz L. XI. p. 340, слова самого акта Городельской унии: «quia saepe dispares cultus, diversitatem inducunt animorum et concilia patent talibus divulgata, quae traduntur secreto observanda» («ибо различие вероисповеданий часто порождает различие умов, и через таких людей разглашаются советы, которые надлежит хранить в тайне»).

    К тексту
  5. Długosz L. X. p. 118.

    К тексту
  6. Stryjkowski u. s. ks. XIII. str. 446. 447.

    К тексту
  7. Narbutt T. VI. str. 302.

    К тексту
  8. Впрочем, и прозвище Немира пан Андрей получил во время войны Витовта с Москвой, как видно из рукописи Быховца, стр. 38.

    К тексту
  9. Stryjkowski ks. XV. str. 510.

    К тексту
  10. Stryjkowski ks. XV. str. 509.

    К тексту