63. О моровой язве 1413 года
Исидор Шараневич. История Галицко-Владимирской Руси. Русский перевод.
Той же осенью, когда состоялась Городельская уния, в Польше водворилась моровая язва и за зиму еще увеличилась и усилилась. Зима 1413/1414 года была так тепла, что в январе и феврале деревья и травы кое-где цвели793. Может быть, такая необычная несвоевременная теплота воздуха имела какое-то влияние на распространение заразной болезни.
Теснейшее соединение Литвы с Польшей имело во внешних делах то ближайшее последствие, что Литва и Польша стали непобедимыми державами. Их оружие, счастливее, чем когда-либо прежде, победило соседних врагов, по их влиянию решались внутренние дела иноземных народов, и могущественные государства искали их дружбы. — Турки становились все грознее для Европы; они со стороны моря покорили часть Византийской империи в Европе — Фракию, а затем придунайские области и тревожили самую столицу Византийского государства — Царьград. Венгерский король Сигизмунд уже под Никополем в 1396 году мерился оружием с турками и горько испытал все счастье и силу победоносного турецкого оружия. Став германским императором, он был занят всемирными делами европейского христианства и, созвав вселенский собор в Констанце, нуждался в свободных руках со стороны турок, которые, все ближе к Дунаю продвигая свои завоевания, не переставали воевать Венгерское королевство. Собор в Констанце в 1415 году просил Владислава-Ягайла и Витовта, чтобы оба в отсутствие Сигизмунда, занятого европейскими делами, взяли на себя оборону Венгерского королевства от турок794. Ягайло послал к турецкому султану Скарбка из Гур и Григория Армянина, может быть знатного жителя Львова или какого-нибудь другого русского города. Тот принял посольство с подобающей честью и вследствие представлений польского короля заключил с Сигизмундом, королем венгерским, перемирие на несколько лет.
Молдавские воеводы, которые, как мы видели, обязались в случае войны с турками помогать Сигизмунду войсками, все теснее связываются с Польшей и возобновляют прежние обещания послушания. В 1415 году795 король Ягайло пребывал в Снятыне. Здесь явился молдавский воевода Александр вместе с женой и своими боярами, принес королю присягу как своему верховному государю, склонил перед ним в знак подданства хоругви, то есть знамена, под которыми воевали его полки, и закрепил свое послушание также письменно. В 1419 и 1421 годах записи о послушании были возобновлены со стороны вышеназванного Александра и его сына Ильи. Сестра Витовта Рингалла была выдана замуж за Александра, однако не хотела с ним жить. Александр записал Рингалле (в виде отступного) город Серет и обязался выплачивать ей сумму в 600 дукатов796. — Молдавия находилась с Русью в тесных торговых отношениях. Купцы привозили изделия немецких прибалтийских городов на Русь и через Русь в Молдавию, до Сучавы, а оттуда в Венгерскую и Татарскую землю, и наоборот, торговля с Татарией и с венгерскими краями шла также через Молдавию во Львов, а оттуда в немецкие прибалтийские города797. Так и во внешних отношениях молдавские господари шли рука об руку с Галицкой Русью. Молдавские полки сражались вместе с галицко-русскими войсками под верховным предводительством самого короля в войнах с рыцарями Немецкого ордена.
В 1415 году в Снятын к Ягайлу явились также послы от царьградского императора и патриарха и изложили всю нужду, в которую турки привели названное царство; они рассказали, что турки опустошают волости перед самым городом и, стережа все его входы и выходы, затрудняют земледелие, торговлю, подвоз хлеба и съестных припасов в город, отчего в городе водворились недостаток и голод. Выслушав эти горестные представления царьградских послов, Ягайло задумал послать в Царьград запасы хлеба на помощь. Сговорившись с Витовтом, Ягайло отправил, по всей вероятности по Днестру, суда, нагруженные хлебом из обильных русских земель, к пристани Кочубей, которая тогда принадлежала Витовту. Отсюда большие корабли приняли этот дар и по волнам Черного моря и Босфора доставили его главе православия, царьградскому патриарху, и его покровителю, царю798. Так плоды русской земли хотя бы на время облегчили нужду царьградских жителей.
В 1414 году снова разгорелась война Польши и Литвы с Немецким орденом, в которой участвовали Ягайло и Витовт. Примечательно известие, что галицко-русский староста Иво участвовал во главе галицких полков в нынешней войне против немецких рыцарей и что львовские мещане со своей стороны уплатили названному старосте на этот поход 40 польских гривен799. Войска осаждали города в глубине прусского края, а именно Хелмно, Торунь и Бродницу800. Война, до крайности опустошавшая области, продолжалась до октября, то есть до глубокой осени; при этом настал голод, поэтому нынешняя война прозвана в истории голодной войной («Hungerkrieg»). Витовт, привыкший к быстрым военным действиям, соскучился от столь продолжительной военной операции и ушел домой. Польские и русские войска взяли Бродницу и, набрав вдоволь полона, покинули Пруссию. При посредничестве императора Сигизмунда и отцов Констанцского собора дошло до съездов и перемирия. Но снова оскорбление литовских купцов, приезжавших в немецкие города, и нарушение реальных торговых интересов Литвы и Польши рыцарями Немецкого ордена вызвали новые распри с орденом. После многих переговоров дошло до войны 1421 и 1422 годов, в которой участвовали также волохи, Галицкая Русь, Литва и татары. Галицкие города Львов, Перемышль, Галич, Дрогобыч, Судовая Вишня, Мостиска, Санок, Кросно и Снятын платили на военные издержки сбор соответственно имуществу своих жителей801. Это были свободные города, которые сами собой управляли и в имущественном отношении первенствовали над другими городами и местечками в Галичине. Сколько галичан-русинов выступило на эту войну, из известных нам источников установить нельзя. Волохи помогли королю конницей в 40 тысяч человек. Опустошительная война закончилась в 1422 году миром, заключенным у озера Мельно. Рыцари обеспечили Литве и Польше свободу торговли, отказались от всех притязаний на Жмудь и Добжиньскую землю и, сверх того, уступили Польше кусок собственного края (Нешавскую землю). В нынешней войне Польши и Литвы с Пруссией Сигизмунд благоприятствовал ордену и своим влиянием помогал ему во вред Литве и Польше. Сигизмунд предъявлял давние права короны на Молдавию, но молдавские воеводы избегали подчинения венгерской короне. Они считали польского короля природным союзником; их связывали соседство, географическое положение и торговое направление с той частью Руси, которая подчинялась Владиславу-Ягайлу, королю польскому и господарю русских земель.
Со времени заключения мира с орденом в 1422 году отношения польского короля к Сигизмунду стали дружественнее, и тогда-то Ягайло вместе с Витовтом решился помочь Сигизмунду в борьбе с турками. Русские полки вместе с волошскими и литовскими по приказу короля вооружились против турок в 1426 году. В этом предприятии поляки не участвовали, участвовали лишь сами жители Галицкой Руси, по причине близости и соседства своих земель. Они собрались по королевскому призыву почти все, за исключением некоторых, которые, противясь, утверждали, что эта война не касается непосредственно интересов галицких областей и что они не обязаны служить в ней безвозмездно; поэтому они требовали от короля платы по 5 гривен за каждого копейщика, который выйдет в поле. Всем тем, кто собрался в поход, король представил главным воеводой Януша Кобыленьского, санокского старосту. Армия, составленная из 5000 прекрасно вооруженных русинов с подобающим военным снаряжением, двигалась к Дунаю и представляла, как уверяли свидетели802, прекраснейший, величественный вид. Русские воины прибыли на Дунай под Браилов (Брайлôвъ) к Иванову дню согласно уговору, который заключил Сигизмунд с Ягайлом. Сюда прибыли литовцы и волохи. Прошло два месяца, соединенные войска стояли бездейственно, поскольку полки Сигизмунда не прибыли, чтобы соединиться с русинами и волохами для общих действий против турок. Русины с волохами стояли бы еще дольше на придунайском берегу под Браиловом, если бы их не побудило к возвращению домой известие, что император, занятый войной с гуситами в Чехии, оставил дальнейшее ведение войны против турок. Тех, кто воспротивился его повелению и не участвовал в походе, Ягайло приказал заключить под стражу, а их наследственные недвижимые имения конфисковать. Ягайло наказал всех непослушных без исключения, не взирая на их состояние и происхождение. Позднее по просьбе панов, вельмож и высших духовных сановников польского народа король освободил вышеназванных русских бояр из заключения и вернул им их имения, за исключением адвокатии (начальства) в Кросно, которую удержал и которая затем осталась за короной.
Примечания
Długosz L. XI. p. 355.
К текстуCodex diplomaticus Dogieli. Documentum de 16 Augusti 1415. Gołębiowski u. s. T. I. p. 242. nota 399.
К текстуЕще в 1411 году Ягайло обязался вернуть 1000 рублей, отсчитанных Ягайлу предками Александра, а если он не сделает этого в течение двух лет, обещал отдать ему Снятын, Коломыю и все Покутье. Gołębiowski T. I. s. 197.
К текстуGołębiowski u. s T. I p. 306.
К текстуАкты Западной России, т. I, стр. 30. Грамота молдавского господаря воеводы Александра львовским и подольским купцам 1407 года.
К текстуDługosz L. XI. p. 367.
К текстуZubrzyckiego Kronika miasta Lwowa str. 80.
К текстуNarbutt T. VI. str. 324—326.
К текстуZubrzyckiego kronika miasta Lwowa str. 85.
К текстуDługosz L. XI. p. 494.
К тексту