Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

51. О переговорѣ Ядвиги съ Львôвянами р. 1386

Исидор Шараневич. История Галицко-Владимирской Руси. Оригинал на галицком «язычии».

Ядвига

Приступаемъ до розказу о событіяхъ, якіи по соединеню Польщи съ Литвою, въ полудневôй Руси слѣдовали. Якъ долго Польща по смерти короля Людвика сама въ себѣ ôтъосôбнена стояла, такъ долго Ядвига не могла осуществити условія, до которыхъ обовязала ся, вступаючи на тронъ польскій. Но якъ ино Польща соединила-сь съ Литвою, ôтжили скоро притязаня Полякôвъ и пôднесеный былъ плянъ, щобы приобрѣсти Галицкую Русь, находячую ся въ рукахъ королевои угорскои, и прочіи землѣ, которіи щедрость умершого короля Людвика были коронѣ Польщи ôтчужила. Въ той самъ часъ, коли Ягайло съ епископами и придворными панами ôтъѣхалъ до Литвы, щобы тамъ навертати народы, крестити огнепоклонникôвъ, выкорѣняти балвохвальство, устроити порядокъ церковный и проч., двигнула ся Ядвига вразъ съ избранымъ рицарствомъ и гдѣнекоторыми придворными панами и высокими коронными достойниками на Галицкую Русь съ предпринятіемъ присоединити тую область до короны. Ядвига корыстала зъ неустройствъ въ Уграхъ и прикрого положеня, въ якôмъ еи сестра Марія, угорская королева тогды находила ся.

Марія была заслюблена Сигисмунтови Луксенбургскому. Еще за житя ôтця еи Людвика станы угорскіи признали были Маріи наслѣдіе и сложили были обыкновенный голдъ. Мужа Маріи Сигисмунта неузнали были еще станы угорскіи яко совладѣлця Маріи, и коронація тогоже наступила не скорше ажь 30 Марта 1387. Межи тымъ выобразовала-сь въ Уграхъ партія противна Маріи и Сигисмунту, плѣнила Елисабету, королевои матерь и саму молоду королеву Марію въ Загребю. Елисабету удусили мятежники въ Зарѣ а Марію тримали въ тѣснôи вязници ажь до 4. Юнія 1387 въ Дальмаціи. Была бы Марія еще долше зносити мусѣла всѣ тяжести увязненя, еслибы не было подарило-сь Сигисмунту утвердити-сь межи тымъ въ Уграхъ и за помочію своихъ приверженцей мятежникôвъ до освобожденя жены своей принудити. Но еще долго передъ освобожденьемъ сестры своеи, бо уже въ Мартѣ р. 1387, станула Ядвига вразъ съ своимъ рицарствомъ въ Городку солонôмъ, не сполна чотыры миль ôтъ столечного города Галицкои Руси Львова. Жителѣ Галицко-Львôвскои области а именно Львôвяне были уже приготованіи на той крокъ королевои Ядвиги. Уже р. 1386 не долго по коронаціи пересправляли жителѣ Львова съ панами придворными Польщи въ Краковѣ. Въ слѣдство того изготовлена была въ Краковѣ еще 21 Марта або найдальше 22. Цвѣтня 1386 ôтозва потвержаюча горожанамъ Львôвскимъ всѣ наданіи попереднѣйшими королями свободы городскіи. Однакожь выжь речена грамота не скорше, якъ тогды, коли явила-сь Ядвига въ Городку дня 9. Марта року 1387 была на ново потвержена и обнародовлена. Впрочемъ не долго передъ явленьемъ ся Ядвиги въ Городку, бо еще 6. Лютого 1387 отримали жителѣ городôвъ Галицкихъ письмо изданое въ Ченстоховѣ ôтъ Владислава князя Опольского, въ которôмъ перестерѣгалъ ихъ той князь, що Ядвига намѣрила съ войскомъ вступити на Русь, ободрялъ ихъ ставити опоръ и за шкоду, которую бы понесли въ тôй вôйнѣ, зъ позôставшихъ ему еще власныхъ имѣній на Руси вынадгородити обѣцялъ. Здае ся, що Галичанамъ наскучили-сь были чужіи (угорскіи) воеводы. Щобы ихъ уласкати, приобѣцялъ князь въ имени угорскои королевои не ставити имъ безъ ихъ соизволеня Угра намѣстникомъ-воеводою. Впрочемъ обовязуе ся Владиславъ Опольскій стояти за городами рускими и съ ними вразъ судьбу подѣляти. Въ случаю, если бы ихъ королева Ядвига до послушеньства намовляла, припоручилъ Владиславъ Опольскій горожанамъ Галицкимъ, щобы до которого зъ князей постороннихъ именно до короля ческого, маркграфа Мышиньского, князя Гайдельбергского и до князей Людвика и Конрада удали ся, щобы тіи князѣ розсмотрили притязаня королевои Ядвиги до Галицкихъ областей, щобы Галичане сдали ся на ихъ судъ и ведля ихъ порады дѣлали624. Мы сказали, що Владиславу Опольскому залежало на тôмъ, бы Галиція остояла-сь при угорскôй королевôй Маріи, зналъ бо ôнъ добре, що ôтзысканье Галиціи черезъ Польщу потягне за собою страту всѣхъ тыхъ земель, которіи наданй были Владиславу Опольскому въ замѣну за ôтступленье Галицкои области а которіи ôтзыскати, якъ мы видѣли, королева Ядвига, вступаючи на тронъ польскій была обовязала ся. Для того желалъ Владиславъ, щобы не такъ легко пôддали-сь Галичане королевôй Ядвизѣ, но щобы съ оружіемъ въ руцѣ супротивляли-сь Полякамъ, щобы при будучихъ пересправахъ съ Ядвигою были розсмотрени права притязателей, и вообще, щобы розважно безъ оскорбленя правъ короны угорскои и его яко тыхъ областей давнѣйшого дѣдича и владѣтеля, собѣ поступовано.

Чижь городы Галицкіи достоучинили радѣ и возваню Владислава князя Опольского?

Очевидно найважнѣйшимъ городомъ въ Галицкôй Руси былъ тогды Львôвъ, но Львôвъ хотя передъ вступившою на Русь королевою заперъ ворота городскіи, однакожь не думалъ долго опирати-сь, бо горожане Львова узнали добре, якіи корысти для Львова приносило пôдчиненье Галицкои Руси тому самому скептрови, которому соединени Литва и Польща послушали. Львôвъ лежалъ на шляцѣ торговельнôмъ, который провадилъ зъ пôдбалтицкихъ городôвъ черезъ Литву до Татаріи т. е. на востокъ и ôттамъ на ôтворôтъ до надбалтицкихъ городôвъ. Львôвъ въ тіи времена былъ заселеный чужесторонными, которіи передъ всемъ интересôвъ торговельныхъ наблюдали. Торговля Львова должна была процвисти, если торговельный гостинецъ, на которôмъ Львôвяне свои товары сопроважали, находилъ ся цѣлый, якъ долго черезъ Литву и Русь провадилъ, въ рукахъ одного владѣтеля. Тогды одинъ владѣтель отвиралъ и замыкалъ его коли хотѣлъ, одинъ накладалъ и побиралъ краевое цло, одинъ дарилъ привелеями и проч. Впрочемъ торговля всюды процвила, где посчастило ся за помочію оружія завоевателямъ, або дипліоматамъ за посредствомъ межинародныхъ уговорôвъ, утворити обширніи паньства и бôльше н. пр. двѣ, три державѣ замешканіи рôжными народами, и управляеміи розличными правами и уставами, соединити въ одну политическую цѣлôсть н. пр. въ такую, въ якôй теперь Литва съ Польщею соединени зôставали.

Торговельніи сношеня передъ всемъ приближаютъ народы, которіи часто черезъ долгіи времена стояли противъ себе съ оружіемъ въ руцѣ и бороли-сь съ собою. Часто тіи народы и паньства принужени чи оружіемъ, чи взглядами политическими, покораютъ ся одинъ другому и теряютъ народную самостоятелнôсть, тымъ часомъ взмагае ся и процвитае торговля, обуджае ся матеріяльный интересъ и бере гору надъ всѣми иными, городы богатѣютъ, а народъ подчиненый другому забывае по малу на свою прежную самостоятельнôсть.

Львôвяне дали послухъ Ядвизѣ, которая взываючи городъ до пôдданя ся, панôвъ радцѣвъ города Львова для укôнченя переговорôвъ до Городка запросила. За листомъ глейтовнымъ изготовленымъ въ Городку дня 2. Марта убезпечаючимъ горожанамъ Львôвскимъ, которіи для переговорôвъ явити-сь мали въ таборѣ польскôмъ, свобôдніи входы и выходы, явили-сь делегаты города Львова передъ королевою и сенаторами. Замѣчательно есть, що горожанамъ Львôвскимъ выставлени были два листы безпеченьства, одинъ утверженъ пôдписію королевои Ядвиги и еи печатію, другій подôбный утверженъ пôдписами и печатями 8 вельможъ польскихъ, которіи Ядвизѣ въ семъ походѣ товаришили625.

Переговоры межы Львôвскими горожанами и сенаторами польскими скоро укôньчили ся. Грамотою, о которôй мы высше вспоминали (зъ дня 9. Марта) утвержени зôстали всѣ торговельніи свободы и привилеи, которіи Львôвяне давнѣйшими временами ôтъ королей Казимира и Людвика получили, именно застережено, щобы складъ соли и прочихъ товарôвъ, якъ ôтъ найдавнѣйшихъ часôвъ бывало, и въ будучôмъ времени въ Львовѣ позôсталъ. Всѣ цла и дачки, которіи ôтъ смерти короля Казимира на городъ наложенй были, зôстали знесенй, области и обшары наданіи мѣсту привилеями и грамотами попереднѣйшихъ владѣтелей зôстали въ первѣстныхъ границяхъ затверженй, а жителѣ Львова въ мѣстѣ и за мѣстомъ были що до осôбъ и маетку передъ кождымъ насиліемъ убезпеченй. Зверхъ того Ядвига вразъ съ сенаторами съобовязала-сь повернути городу и поединчимъ горожанамъ все имѣнье, которое въ теченю временъ имъ черезъ насиліе было ôтнятое. Тое съобовязанье ся доказуе, що время владѣтелей Галицкои Руси по смерти Казимира не было для горожанъ Львôвскихъ съ всемъ спôкойнымъ, и що тіи утерпѣли якое-то насильное унятіе своихъ недвижимыхъ маеткôвъ, може быти за временъ угорскихъ воеводъ. Наконецъ позôставила Ядвига народы поселеніи въ Львовѣ а то: Русинôвъ, Орменôвъ, Сараценôвъ и Жидôвъ при ихъ давныхъ собственныхъ правахъ626. По такôмъ убезпеченю городскихъ свобôдъ, недвижимого и движимого имѣня и правъ народныхъ, отворили горожане львôвскіи Ядвизѣ городскіи ворота и весь городъ пôддалъ ся вразъ съ замками. Прочіи городы Галицкои Руси обороняли-сь передъ наступаючими военными силами Ядвиги, но были побѣженй и военнымъ насиліемъ здобитй, иніи же узнавши перевагу военну польскои королевои добровôльно пôддали-ся. Городы, въ которыхъ еще ôтъ временъ Любарта мѣстили въ собѣ засаду литовскую, не мали причины обороняти ся передъ королевою, которои цѣла Литва сложила была голдъ и заприсягнула послушеньство, и которая королевою Польщи и дѣдичкою Руси, такъ якъ еи мужь Ягайло, называла ся. Не маемъ извѣстій, чи литовская залога зôстала и въ будучое время въ занятыхъ собою городахъ, чи по вступленю Ядвиги въ рускіи краи и по занятію прочихъ рускихъ городôвъ уступила ся. Ярославъ, Перемышль и Городокъ пôддали ся по всей вѣроятности еще тогды, коли Ядвига тою дорогою зъ Кракова пôдъ Львôвъ вступала. Не долго по тôмъ пôддались городы: Жидачевъ627, Теребовля, Санокъ и прочіи замки и пригородки, которыхъ земля галицкая въ тіи времена въ бôльшôмъ числѣ мѣстила.

Залоги сложени зъ Угрôвъ и Силезанцѣвъ, уступаючи за Днѣстеръ стремили-сь къ Галичу, где обиталъ угорскій воевода Бенедиктъ и до сильного опору приготовлялъ ся. Войска польскіи приступивши пôдъ Галичь не могли приодолѣти Бенедикта, который зъ Галицкого замку съ всемъ мужествомъ, которымъ Угры въ всѣхъ временахъ ôтличали ся, защищалъ ся. Завôзвано помочи князей Волыньскихъ, которіи якъ мы высше сказали, заприсягнули были вѣрнôсть Ядвизѣ и Ягайлови и польскую корону въ еи предпринятіяхъ всѣми имъ предстоячими средствами вспирати обовязали ся. На завôзванье явилъ ся Александеръ Витольдъ, князь Берестейскій, Юрій князь Белзкій, Теодоръ Ратненьскій, Василь Пиньскій, Теодоръ Володимирскій, Симеонъ Степаньскій и Юрій Слуцкій съ военными полками передъ Галичемъ, щобы польскіи силы въ борбѣ съ угорскимъ воеводою вспертй. Бенедиктъ при сумнôмъ тогдашнôмъ розстроеню угорского королевства, не мôгъ мати надѣи отриманя якои-то помочи ôтъ королевои угорскои. Видячи неможливôсть остояня ся переважнымъ силамъ польско-волыньскимъ, пôддае ся пôдъ условьемъ, що король Владиславъ Ягайло буде его защищати якъ своего вѣрного слугу противу всѣмъ враждамъ, якіи пôдчасъ своего намѣстничества въ Галичи съ жителями туземными, горожанами, обивателями сельскими и купцями былъ розпочалъ. Такожь обовязуе ся король Ягайло Бенедикта при всѣхъ его дѣдичныхъ имѣняхъ утримати, за обиды сдѣланіи жителямъ его извинити и охоронити и проч. Що Ягайло сдѣланіи приреченя дополнитъ, ручали-сь всѣ тіи Волыньскіи князѣ, которіи вѣрніи своимъ съобовязанямъ передъ Галицкимъ замкомъ явили-сь и дѣйствительну помôчь унываючимъ военнымъ силамъ короны польскои принесли628. Покореньемъ Галича усовершилъ ся повторный заборъ Галицкои Руси, и такъ не скорше ажь за помочію литовскои Руси осуществлено условіе, до которого Ядвига вступаючи на тронъ польскій, съобовязала ся. Ядвига надарила не лишь Львôвъ но и прочіи области Галицкои Руси привилейными грамотами. Слѣдъ тыхъ грамотъ заховалъ ся, но самй грамоты затратили ся629.

Еще того самого року Ягайло усовершивши мисію свою въ Литвѣ т. е. навернувши народъ литовскій до вѣры католицкои и устроивши церковніи и горожаньскіи дѣла, поверталъ черезъ Волынь, вступилъ по первый разъ въ Галицкую Русь, до которои въ протяженю лѣтъ своего правленя такъ великое объявлялъ привязанье, до которыхъ земель прилягъ всею душею, въ которои замкахъ и городахъ найраднѣйше прибывалъ. Пріѣхавши на Русь Галицкую, грамотою изданою въ Жидачевѣ дня 14. Паздерника р. 1387630 вернулъ и затвердилъ воеводѣ замку галицкого посѣданье многихъ селъ. Въ тôмъ самôмъ мѣсяци пріѣхалъ Владиславъ Ягайло по первый разъ до Львова и потвердилъ ту дня 18. Паздерника грамоту привилеѣвъ, надану мѣсту своею женою Ядвигою и грамоту Владислава Опольского, которою князь той городу 100 франконьскихъ ланôвъ былъ надалъ. Такъ Львôвяне въ своихъ свободахъ и правахъ зъ стороны Ягайла и Ядвиги были убезпеченй. За два лѣтъ (1389) надалъ Ягайло Городку, Перемышлю и Теребовли право магдебургское а городы Городокъ и Перемышль дарилъ обшарами (ланами). Теребовлѣ приказалъ въ важнѣйшихъ справахъ ôтносити ся съ апеляціями до магистрату Львôвского631. — Утвердивши привилеи городу Львову, вручилъ Ягайло правленье Галицко-рускихъ областей Іоанови зъ Тарнова, воеводѣ Судомирскому. Поставленый намѣстникъ носилъ титулъ не воеводы, но руского старосты. Въ року 1392 былъ якій-то Михаилъ Ламбецкій рускимъ старостою, а въ року 1393 Гнѣвошь зъ Далениць, который якъ мы видѣли, товаришилъ Ядвизѣ въ время теперѣшнои выправы632. — Львôвяне старанно печалили-сь, щобы на будуще зôставати въ соединеню съ Польщію, про то року 1388, коли рознесла ся вѣсть, що Галицкая Русь на ново мае быти ôтлучена ôтъ Польщи, и надѣлена якому князю удѣльному, рада мѣська города Львова предложила королеви, пребываючому тогды въ Люблини, прошенье, щобы Галицкую Русь не надавалъ якому удѣльному князю зъ причины шкодъ и недостаткôвъ, якіи звычайно на державы въ слѣдство дѣлежи сплываютъ. Король узнавши справедливôсть такого предложеня, грамотою на дни св. Михаила т. р. изданою, упевняе горожанъ Львôвскихъ, що города Львова (вразъ съ Львôвско-Галицкою землею) жадному удѣльному князю не надасть, но сей городъ собѣ, своей супрузѣ Ядвизѣ и дѣтемъ ôтъ нен роженымъ позоставитъ633.

Предстояло еще ôтобрати ôтъ Владислава Опольского и присоединити до короны тіи землѣ, которіи той князь частію въ замѣну за землю Галицко-рускую, частію за зреченье ся своихъ притязаній до трону польского ôтъ Людвика, короля угорско-польского, отрималъ былъ.

Якъ долго Польща стояла уединена, такъ долго Владиславъ Опольскій ôтпиралъ скутечно всѣ мѣры, которіи Поляки до ôтзысканя тыхъ земель предпринимали. Но не долго по тôмъ, якъ Ягайло звѣнчалъ ся съ Ядвигою и обѣ тіи державы съ собою соединили-сь, промышлялъ Ягайло о тôмъ, щобы удосточинити общему желаню польского народа и тіи землѣ коронѣ забезпечити. Зразу загадалъ былъ Ягайло ужити мирного способу за посредствомъ уговорôвъ и дипліомаціи. Ôнъ оженилъ наймолодшого брата своего Александра-Виганта съ донькою Владислава Опольского, Ядвигою. Владиславъ Опольскій ôтступилъ своей доньцѣ и ей мужеви землю Бидгощкую, Иновладиславскую (Куявы) и Добриньскую, яко упосаженье634. Владиславъ-Ягайло посвѣдчилъ тую даровизну и зъ своей стороны яко король польскій надалъ, тіи землѣ именно: землю Бидгощкую и Иновладиславскую брату своему Александру, мужеви выжь реченои Ядвиги635. Такимъ способомъ достоучинилъ Ягайло притязанямъ до реченыхъ земель короны и заспокоилъ Владислава Опольского. Не долго по слюбѣ съ Ядвигою умеръ насильною смертію Александеръ-Вигантъ безъ потомства, а Владиславъ Опольскій ôтобралъ ôтступлени землѣ назадъ, и щобы не былъ принуженъ ôтступити ихъ польскôй коронѣ, заставилъ землю Добриньскую, часть землѣ Куявскои и замокъ Злоторію съ прилежачою землею за певни сумы рицарямъ нѣмецкого ордина636. На прошенье Владислава Опольского выставляютъ Сигисмунтъ и Марія, королева угорская, ему грамоту, въ которôй посвѣдчаютъ, що тіи землѣ замѣнялъ Владиславъ за Галицкую Русь, що есть ихъ справедливымъ дѣдичемъ и свобôднымъ посѣдателемъ и що ему принадлежитъ совершенное право, тіи кому будь даровати, за иніи замѣняти або заставити637. Скоро Владиславъ Опольскій завôзваню Ягайла, щобы реченіи землѣ коронѣ звернулъ, або принаймѣй за нихъ сложилъ голдъ и послушеньство, рѣшительно ôтказалъ ся, тогды Ягайло роспочалъ вôйну съ Владиславомъ Опольскимъ р. 1395. Побѣженый Опольчикъ стратилъ бôльшую ôтъ Людвика набытую область Куявскую, и остоялъ ся лишь въ посѣданю тыхъ земель, которыи въ рукахъ ордина были заставлени. Сыновцѣ Владислава Опольчика такожь пôддали-сь королю и слюбовали послушеньство.

Примечания

  1. Stadnickiego Synowie Gedymina T. II. str. 124 nota 180. Оригиналъ ôтозвы находитъ ся въ Вѣдни, содержанье его извѣстно намъ лишь зъ лихого польского переводу.

    К тексту
  2. Zubrzyckiego kronika miasta Lwowa str. 56 i 57 nota 19. Паны, которіи товаришили Ядвизѣ въ тôмъ походѣ, были: Доброславъ, каштелянъ краковскій, Іоанъ Судомирскій, Судивой Калишскій, Спитко Краковскій, воеводы: Дрогошъ судія краковскій, Креславъ каштелянъ Судомирскій, Кристинъ зъ Острова придворный маршалокъ и Гнѣвошь зъ Далениць.

    К тексту
  3. Supplementa ad historica Russiae monumenta ad a. 1387.

    К тексту
  4. Stryjkowski ks. XIII. str. 454.

    К тексту
  5. Index archivi p. 250 oryginał z biblioteki Puławskiej. Gołębiowski T. I. str. 501—502. (выготованый 11. Серпня або 6. Вересня).

    К тексту
  6. Zubrzyckiego kronika miasta Lwowa.

    К тексту
  7. Gołębiowski T. I. str 501. „ante diem St. Galli 1387.“ Oryginał z biblioteki Puławskiej.

    К тексту
  8. Balińskiego i Lipińskiego starożytna Polska T. III.

    К тексту
  9. Zubrzyckiego kronika miasta Lwowa.

    К тексту
  10. Zubrzyckiego kronika miasta Lwowa str. 58.

    К тексту
  11. Dogieli codex dyplomaticus Poloniae.

    К тексту
  12. Krommer.

    К тексту
  13. Dogieli codex diplomaticus Poloniae T. II. N. 329. ad a. 1393.

    К тексту
  14. Грамоты зъ року 1391 и 1392 напечатани: Voigt codex diplomaticus prussicus.

    К тексту