Белорусские древности. Лист 6, с. VI
Свод древностей Витебской губернии, 1890: курганы и городища, замки, клады, каменные орудия, «Борисовы камни», древние храмы и церковные предметы, с 106 изображениями.
С. VI
Оригинал издания
для разъясненія многаго въ исторической жизни разнородныхъ племенъ и народовъ, обитавшихъ и обитающихъ на земляхъ русскихъ. Конечно, вслѣдствіе сознанія этой необходимости, возникло у насъ нѣсколько ученыхъ обществъ, спеціальность занятій коихъ составляетъ отечественная археологія, учреждено и учреждается мною государственныхъ, общественныхъ и частныхъ хранилищъ, для сбереженія всего того, что взято нами изъ нѣдръ земли и праха могильнаго, или получено въ наслѣдство отъ предковъ и что можетъ быть важнымъ или любопытнымъ въ археологическомъ или историческомъ отношеніи; но велики ли на этомъ поприщѣ результаты усиленныхъ трудовъ нашихъ ученыхъ обществъ и самостоятельныхъ дѣятелей науки? достаточны ли наши археологическія коллекціи для точнаго разрѣшенія множества вопросовъ, предлагаемыхъ исторіей и естествознаніемъ?
Можемъ ли мы перечислить племена человѣческаго рода, предшествовавшія намъ хотя бы на пространствѣ одной только Европейской Россіи? Къ сожалѣнію, нѣтъ, и, конечно, еще не скоро настанетъ время для окончательнаго безспорнаго разрѣшенія этихъ вопросовъ...
Обширность нашего отечества, недостатокъ въ людяхъ, которые бы съ истинной любовію посвятили свои труды и знанія для изслѣдованія отечественной старины, дѣлаютъ невозможнымъ скорое разрѣшеніе многоразличныхъ вопросовъ науки. Но къ этимъ двумъ главнымъ причинамъ замедленія успѣховъ отечественной археологіи нужно присоединить еще третью, имѣющую основу въ нашемъ характерѣ...
Мы говоримъ о равнодушіи съ которымъ у насъ привыкли смотрѣть на эту важную отрасль человѣческихъ знаній. Мы не относимъ нашего упрека только къ массамъ простаго народа, для которыхъ цѣнность археологической находки заключается не въ историческомъ или ученомъ ея значеніи, а въ дѣйствительной стоимости металла или другаго вещества, изъ котораго она сдѣлана: мы говоримъ, что большинство нашего такъ называемаго образованнаго класа очень равнодушно не только къ ученымъ трудамъ по части археологіи, но даже къ сбереженію самыхъ памятниковъ старины... Этотъ упрекъ мы смѣло можемъ сдѣлать многимъ учрежденіямъ, не говоря уже о полицейскомъ вѣдомствѣ, на глазахъ котораго нерѣдко просто разрушаются остатки древностей. Часто безслѣдно гибнутъ памятники старины, хранящіеся въ нашихъ церквахъ и монастыряхъ; а сколько гибнетъ драгоцѣннаго матеріала въ продающихся на вѣсъ старыхъ архивныхъ дѣлахъ, книгахъ и проч.?..
Приводить примѣры этого, кажется, нѣтъ надобности: они попадаются на каждомъ шагу; ихъ не знаетъ только тотъ, кто не хочетъ знать о существованіи этого зла, или боится въ этомъ сознаться.
Послѣ всего нами сказаннаго, мы позволяемъ себѣ думать, что добросовѣстное собраніе свѣдѣній о памятникахъ старины какой-либо мѣстности
Современный русский
для разъяснения многого в исторической жизни разнородных племен и народов, обитавших и обитающих на землях русских. Конечно, вследствие сознания этой необходимости, возникло у нас несколько ученых обществ, специальность занятий коих составляет отечественная археология, учреждено и учреждается много государственных, общественных и частных хранилищ, для сбережения всего того, что взято нами из недр земли и праха могильного, или получено в наследство от предков и что может быть важным или любопытным в археологическом или историческом отношении; но велики ли на этом поприще результаты усиленных трудов наших ученых обществ и самостоятельных деятелей науки? достаточны ли наши археологические коллекции для точного разрешения множества вопросов, предлагаемых историей и естествознанием?
Можем ли мы перечислить племена человеческого рода, предшествовавшие нам хотя бы на пространстве одной только Европейской России? К сожалению, нет, и, конечно, еще не скоро настанет время для окончательного бесспорного разрешения этих вопросов...
Обширность нашего отечества, недостаток в людях, которые бы с истинной любовию посвятили свои труды и знания для исследования отечественной старины, делают невозможным скорое разрешение многоразличных вопросов науки. Но к этим двум главным причинам замедления успехов отечественной археологии нужно присоединить еще третью, имеющую основу в нашем характере...
Мы говорим о равнодушии с которым у нас привыкли смотреть на эту важную отрасль человеческих знаний. Мы не относим нашего упрека только к массам простого народа, для которых ценность археологической находки заключается не в историческом или ученом ее значении, а в действительной стоимости металла или другого вещества, из которого она сделана: мы говорим, что большинство нашего так называемого образованного класа очень равнодушно не только к ученым трудам по части археологии, но даже к сбережению самых памятников старины... Этот упрек мы смело можем сделать многим учреждениям, не говоря уже о полицейском ведомстве, на глазах которого нередко просто разрушаются остатки древностей. Часто бесследно гибнут памятники старины, хранящиеся в наших церквах и монастырях; а сколько гибнет драгоценного материала в продающихся на вес старых архивных делах, книгах и проч.?..
Приводить примеры этого, кажется, нет надобности: они попадаются на каждом шагу; их не знает только тот, кто не хочет знать о существовании этого зла, или боится в этом сознаться.
После всего нами сказанного, мы позволяем себе думать, что добросовестное собрание сведений о памятниках старины какой-либо местности