Иван Хворост

Деревня, где пели и танцевали

Иван Маркович Хворост родился 24 февраля 1902 года в деревне Кацёлки, расположенной примерно в семи километрах юго-западнее Пружан. В то время это была Михайловская волость Пружанского уезда Гродненской губернии, сегодня - Шеневский сельсовет Пружанского района Брестской области. В конце XIX века здесь насчитывалось около сорока пяти дворов и более пятисот жителей.

Семья была крестьянской, но не обыкновенной в одном важном отношении. Мать будущего балетмейстера, Захвея Васильевна, урождённая Ширма, славилась в округе как певунья и знаток народной песни. От неё записывали белорусские песни собиратели фольклора, и в том числе её родственник Григорий Ширма, будущий создатель прославленной хоровой капеллы.

Родство здесь существенно: Григорий Ширма приходился Ивану Хворосту двоюродным братом и был старше на десять лет. Их пути пересекутся ещё не раз, и совместная работа двух уроженцев Пружанщины во многом определит облик белорусской сценической народной культуры середины XX века.

Первое образование Ивана было самым скромным - три класса церковно-приходской школы в родной деревне. Но домашняя среда дала ему то, чему не учат в классе: живое знание того, как в деревне поют, водят хороводы и танцуют на праздниках. Позже это станет его профессиональным капиталом.

Западная Белоруссия между двумя мирами

Чтобы понять биографию Хвороста, важно представить эпоху. После Первой мировой войны и советско-польской войны Пружанщина оказалась в составе Польши. Белорусский язык и белорусская культура не имели здесь государственной поддержки: белорусские школы закрывались, а любая национальная инициатива требовала личных усилий и постоянной борьбы за существование.

В этих условиях центром белорусской культурной жизни стало Вильно. Там работали Белорусский музей, издательства, Товарищество белорусской школы, а главное - Виленская белорусская гимназия, куда со всей Западной Белоруссии съезжались способные крестьянские дети. Для деревенского юноши поступление туда означало не просто продолжение учёбы, а вход в круг людей, сознательно строивших национальную культуру.

Хворост шёл к этому не быстро. Только в 1923 году он поступил в четвёртый класс Пружанской гимназии имени Адама Мицкевича, а в 1926 году перебрался в Вильно и стал учеником Виленской белорусской гимназии. Ему было уже двадцать четыре года - возраст, в котором обычно заканчивают университет, а не идут в школу.

Вильно: гимназия, университет и первые уроки балета

Виленские годы стали для Хвороста временем стремительного роста. Он не только учился сам, но и вошёл в круг активной белорусской молодёжи: участвовал в художественной самодеятельности, входил в правление Белорусского студенческого союза при университете имени Стефана Батория.

В 1929 году он поступил на филологический факультет этого университета и в 1935 году получил диплом магистра философии. Для крестьянского сына из-под Пружан это была редкая академическая высота. Параллельно Хворост брал частные уроки балетного мастерства - решение необычное и по тем временам почти чудаческое.

Именно это сочетание оказалось решающим. Филологическое образование научило его работать с материалом систематически: сравнивать варианты, описывать, классифицировать, документировать. Балетная школа дала профессиональное владение телом и понимание того, как строится сценическая композиция. Народный танец он с самого начала видел одновременно как предмет исследования и как материал для театра.

После окончания университета Хворост работал учителем. С 1938 года он преподавал польский и латинский языки, а также психологию и логику в виленской гимназии имени Генрика Сенкевича. В том же 1937 году вместе с коллегами он участвовал в подготовке пособия «Як правільна гаварыць і пісаць па-беларуску» - работа, показывающая, насколько серьёзно он относился к белорусскому языку как к делу.

1940 год: рождение ансамбля

Осенью 1939 года Западная Белоруссия вошла в состав БССР, и культурная жизнь региона резко изменилась. В 1940 году в Белостоке правительственным решением был создан Белорусский ансамбль песни и танца. Возглавил его Григорий Ширма, а организовать танцевальную группу поручили Ивану Хворосту. Он стал её руководителем, солистом и балетмейстером одновременно.

Задача была поставлена почти с нуля: коллективу требовался репертуар, а профессионального белорусского сценического танца в готовом виде не существовало. Хворост восстановил и поставил пять народных танцев, с которыми ансамбль отправился в первые гастроли по Белоруссии. Первый концерт состоялся 23 февраля 1940 года в Белостоке.

Успех пришёл быстро. В конце 1940 года коллектив с большим успехом выступил в Минске, а в мае 1941 года состоялись первые гастроли за пределами республики - Москва, Ленинград, Кавказ, Урал. Ансамбль участвовал в декаде белорусского искусства в Москве, где сценический белорусский танец впервые был представлен широкой аудитории всего Союза.

Война: концерты вместо гастролей

Великая Отечественная война застала ансамбль в разъездах. Коллектив эвакуировали, и значительная часть военных лет прошла в Красноярске и в поездках по Средней Азии и Сибири. Военные годы стали для артистов не паузой, а временем изнурительной концертной работы: за годы войны ансамбль дал более восьмисот сорока концертов и побывал почти в шести сотнях городов и районных центров.

Для Хвороста это была работа в непривычных условиях: сцены госпиталей и заводских клубов, скудные костюмы, постоянные переезды. Но именно тогда репертуар белорусского танца окончательно оформился и был проверен самой требовательной публикой - людьми, для которых песня и танец родного края означали связь с домом.

В конце 1943 года ансамбль вернулся на освобождённую белорусскую землю, в Новобелицу, а с 1944 года базировался в Гродно. Позже коллектив был реорганизован: в 1950 году в Государственный хор БССР, в 1952 году переехал в Минск, с 1955 года стал Государственной хоровой капеллой, с 1957 года получил звание академической, а в 1978 году ему было присвоено имя Григория Ширмы.

Как строился белорусский сценический танец

Работа Хвороста складывалась из двух неразрывных частей. Первая - экспедиционная. Он ездил по деревням, смотрел, как танцуют на свадьбах и праздниках, разговаривал с исполнителями, разбирал последовательность фигур и записывал всё, что удавалось зафиксировать. За жизнь он записал десятки народных танцев, многие из которых иначе исчезли бы бесследно.

Вторая часть - постановочная. Записанный деревенский танец нельзя просто перенести на сцену: он рассчитан на круг участников, длится столько, сколько играет музыка, и не имеет ни начала, ни финала в театральном смысле. Хворост создавал сценические варианты, сохраняя характер движения, рисунок фигур и национальную манеру, но придавая композиции драматургию, темп и завершённость.

Так появились сценические редакции «Крыжачка», «Таўкачыкаў», «Мікіты», «Падушачкі», «Козачкі», кадрилей «Котчинская» и «Боровская», хороводов «Пойдзем, пойдзем лугам», «Дзявочы», «Лірычны», «Вішанька». Всего в ансамбле он поставил более шестидесяти танцев и танцевальных композиций, а за всю жизнь их число оценивают более чем в сто двадцать.

Ставил Хворост не только для своего коллектива. Он сделал композицию на музыку полонеза Огинского для Смоленского ансамбля и постановку «Світанне над Свіцязем» для новогрудского коллектива, работал консультантом самодеятельных ансамблей по всей республике.

Филармония, училище и книга

В 1953 году Хворост перешёл в Белорусскую государственную филармонию, где работал солистом балета и осуществил около десяти постановок народных танцев, гастролируя с коллективом по городам страны. Сценическую карьеру он завершил в 1960 году - в пятьдесят восемь лет, что для танцовщика уже поздний срок.

Дальше началась вторая профессиональная жизнь. С 1960 по 1978 год Хворост преподавал в Минском хореографическом училище и постоянно работал консультантом. Через его руки прошли будущие артисты и руководители самодеятельных коллективов, а вместе с ними - и его понимание того, что народный танец требует не приблизительной стилизации, а точного знания материала.

Главным итогом этой работы стала книга «Белорусские танцы», вышедшая в 1974 году и переизданная в 1977 году. В ней собраны описания танцев с музыкой, схемами движений и объяснениями. Для сотен клубных и школьных руководителей она стала практическим руководством: по этой книге можно было поставить танец, не имея рядом ни носителя традиции, ни консультанта. Уже после смерти собирателя, в 1991 году, вышел сборник «Танцы Янкі Хвораста».

Труд был отмечен официально: почётными грамотами Верховного Совета БССР, медалями, а в 1977 году - званием заслуженного работника культуры БССР.

Архив, который продолжает работать

Личный архив Ивана Марковича Хвороста хранится в отделе редких книг и рукописей Центральной научной библиотеки имени Якуба Коласа Национальной академии наук Беларуси. Фонд насчитывает триста пятьдесят семь единиц хранения: записи танцев, схемы движений, ноты, рабочие материалы постановок, документы и фотографии.

Ценность такого собрания трудно переоценить. Деревенская танцевальная традиция, которую Хворост застал в 1930-1960-е годы, к концу XX века во многом исчезла вместе с прежним укладом жизни. То, что не было записано тогда, восстановить сегодня уже невозможно. Архив остаётся первичным источником для исследователей белорусской народной хореографии и для практиков, которые ставят танцы в фольклорных коллективах.

Именно поэтому Хвороста называют не просто балетмейстером, а собирателем. Его постановки жили на сцене и менялись вместе с исполнителями, а записи и описания сохранили сам материал - то, что танцевали в белорусских деревнях до того, как это было переведено на язык театра.

Почему Иван Хворост важен для Брестчины

Пружанщина дала белорусской культуре двух родственников, чьи работы дополнили друг друга почти идеально. Григорий Ширма собрал и вывел на большую сцену белорусскую народную песню; Иван Хворост сделал то же самое для народного танца. Общий исток у обоих один - деревенская среда Пружанского уезда и семья, в которой народная песня была повседневностью, а не экзотикой.

Биография Хвороста показывает и другое. Путь из деревни в сорок пять дворов через уездную гимназию к университетскому диплому и профессиональной сцене не был для Западной Белоруссии типичным - он требовал упорства, растянувшегося на десятилетия. В четвёртый класс гимназии он пошёл в двадцать один год, диплом получил в тридцать три, а профессиональным балетмейстером стал в тридцать восемь.

Наконец, его работа отвечает на вопрос, который часто задают о народной культуре: что именно сохраняется, когда исчезает старый уклад. Ответ Хвороста был практическим - сохраняется то, что успели точно записать и передать следующим исполнителям. Танцы, которые сегодня показывают белорусские фольклорные коллективы, во многом дошли до нас потому, что уроженец Кацёлок вовремя объехал деревни с блокнотом и памятью танцовщика.