Михаил Забейда-Сумицкий
Уроженец Ружанщины, прошедший путь от крестьянской семьи и учительской семинарии до оперных сцен Харбина, Италии, Польши и Праги. Обладая поставленным лирическим тенором и международным репертуаром, он сделал белорусскую народную и авторскую песню центральной частью своей художественной программы.
Почему в справочниках расходится место рождения
Сам певец в анкетах часто называл Нестеровичи - деревню отца. Его мать Александра Сумицкая происходила из Шейпичей, где Михаил провёл детство и которые неизменно считал родной деревней. Сохранившаяся в личном архиве выписка сообщает о крещении в Седельницкой церкви возле Подороска, но не устраняет вопрос окончательно: семья батрачила и перемещалась по окрестным имениям. Поэтому точнее говорить о рождении на Ружанщине и отдельно подчёркивать документированную связь с Шейпичами, а не повторять одну из версий как бесспорную.
Шейпичи: детство среди труда и песни
Михаил родился 14 июня 1900 года в семье Ивана Забейды и Александры Сумицкой. Отец умер, когда мальчику было около трёх лет. Из семерых детей семьи взрослого возраста достиг только Михаил. Детство прошло в бедности, среди сезонной работы, деревенского быта и песен матери.
Начальное образование он получал в Шейпичах и Зельзине, затем учился в двухклассной церковно-приходской школе в Головчицах. В Молодечненской учительской семинарии подросток познакомился с классической музыкой и пел в хоре. Это образование не было консерваторским, но дало ему нотную грамотность, дисциплину и профессию, которая помогла выжить в годы войны и странствий.
В 1915 году наступление германской армии заставило семью покинуть родные места. Дорога беженцев прошла через Тамбовскую губернию, Пензу и Смоленск. Забейда завершил семинарское обучение и стал учителем. Первая мировая и Гражданская войны превратили обычный путь сельского педагога в движение всё дальше на восток - через Сибирь к Маньчжурии.
Шейпичи - родная деревня певца
От Ружанщины до Харбинской оперы
Детство, образование и становление голоса, 1900-1932Родился на Ружанщине
Появился на свет 14 июня; детство и семейная память связаны прежде всего с деревней Шейпичи.
Учился в сельских школах
Посещал школы в Шейпичах и Зельзине, затем церковно-приходское училище в Головчицах.
Поступил в учительскую семинарию
В Молодечно пел в хоре и впервые систематически знакомился с классической музыкой.
Покинул родные места
Вместе с потоком беженцев Первой мировой войны оказался в глубине Российской империи.
Добрался до Маньчжурии
Работал учителем, а затем обосновался в Харбине - одном из крупнейших центров русскоязычной эмиграции в Азии.
Поступил на юридический факультет
Совмещал университетские занятия и работу в торговой школе с уроками вокала у Юлии Плотницкой.
Окончил факультет и выбрал сцену
Получил юридический диплом, но отказался от академической карьеры ради профессионального пения.
Стал солистом Харбинской оперы
Дебютировал как Ленский в «Евгении Онегине» и освоил около пятнадцати партий, исполнявшихся на языках оригинала.
Харбин: университет, вокальная школа и первая сцена
Харбин 1920-х годов был железнодорожным городом с русскими школами, газетами, юридическим факультетом, театрами и многочисленной эмигрантской публикой. Для молодого учителя это означало редкую возможность одновременно получить высшее образование и начать серьёзные занятия музыкой.
Юлия Плотницкая, опытная певица и педагог, работавшая с Фёдором Шаляпиным, поставила голос Забейды и подготовила с ним партии Ленского в «Евгении Онегине», Князя в «Русалке» Александра Даргомыжского и Синодала в «Демоне» Антона Рубинштейна. Летом 1929 года он окончил юридический факультет с дипломом второй степени и правом продолжить научную работу, но выбрал театр.
Успешный дебют в партии Ленского сделал его солистом Харбинской оперы. К 1932 году в репертуаре певца насчитывалось около пятнадцати ролей, а за один сезон он мог исполнять до десяти ответственных партий. Здесь возникла основа его исполнительского метода: точное произношение, уважение к языку оригинала и соединение оперной техники с непосредственностью народной песни.
Харбин в годы становления певца
Милан и возвращение в Европу
Несмотря на успех в Харбине, Забейда понимал, что голосу нужна европейская школа. В 1932 году он уехал в Милан и занимался у Фернандо Карпи - итальянского тенора и авторитетного вокального педагога. Прежние партии пришлось осваивать заново на итальянском языке и в другой исполнительской традиции.
Источники уверенно подтверждают миланскую стажировку и выступления в Италии, однако распространённая формула «солист La Scala» требует осторожности: документированного постоянного контракта с театром не обнаружено. La Scala была центром той оперной среды, в которой он учился и выступал, но её имя не следует превращать в неподтверждённую должность.
В 1935 году известие о болезни матери вернуло певца на родину, тогда входившую в состав Польши. Он выступил в Ружанах, а на сезон 1935/1936 года заключил контракт с Познанской оперой. После конфликта с руководством, не принимавшим его подчёркнутой белорусской самоидентификации, переехал в Варшаву. Концерты и радио дали ему более свободный формат, в котором рядом с Чайковским, Римским-Корсаковым, итальянской и западноевропейской классикой всё чаще звучали белорусские песни.
Миланская оперная школа
Белорусская песня на европейской сцене
Италия, Польша, Прага и позднее наследие, 1932-1981Совершенствовался в Милане
Занимался у Фернандо Карпи, осваивал итальянскую вокальную школу и выступал в Италии.
Пел в Познанской опере
После возвращения в Польшу исполнял оперные партии по-польски, затем выбрал концертную работу.
Гастролировал по Западной Беларуси
Выступал в Варшаве, Вильно, Барановичах, Ружанах и других городах, сотрудничал с Григорием Ширмой и белорусскими композиторами.
Начал пражский период
Как приглашённый артист исполнил Ленского в Национальном театре; 12 октября дал большой концерт в Сметановском зале.
Пел под давлением оккупации
Отказался возглавить белорусские передачи немецкого радио, лишился устойчивой театральной работы, гастролировал и в конце войны был арестован гестапо.
Вернулся с гастролями в Беларусь
Единственная послевоенная концертная поездка на родину стала поздним официальным признанием певца.
Записал главные пластинки
В Варшаве записал одиннадцать народных песен, затем фирма Supraphon выпустила программу белорусских песен и романсов.
Умер в Праге
Скончался 21 декабря и был похоронен на Ольшанском кладбище; на прощании звучала записанная им материнская колыбельная.
Прага: успех, оккупация и двойное подозрение
В мае 1940 года Забейда получил приглашение в Прагу. Афиша Национального театра документирует его выступление 18 июня в партии Ленского как приглашённого артиста. Большой сольный концерт 12 октября 1940 года в Сметановском зале стал событием: пражская критика отмечала гибкость голоса, ясность слова и особенно убедительное исполнение славянских песен.
После нападения Германии на СССР положение певца стало опасным. Ему предлагали политическую работу на немецком радио, но он отказался. Возможность постоянно петь в театре исчезла; оставались концерты по приглашениям, в том числе поездки 1942-1944 годов по оккупированным белорусским и прибалтийским городам. Эти выступления позднее стали основанием для обвинений в коллаборационизме. В то же время свидетельства родственников и исследователей говорят о передаче части гонораров на помощь партизанам. В конце войны гестапо арестовало его как подозреваемого в связях с советской стороной.
После освобождения началась уже советская проверка - теперь из-за поездок по оккупированной территории. Обвинение не было доказано и к 1950 году было снято, однако подозрения с обеих сторон надолго ограничили профессиональные возможности. Эта биография не укладывается в удобную схему: певец пытался сохранить голос и белорусский репертуар внутри двух репрессивных систем, каждая из которых требовала политической лояльности.
Национальный театр в Праге
Не только оперный тенор
Оперная школа дала Забейде дыхание, диапазон, дикцию и способность строить крупную форму. В Харбине и Европе он пел Ленского, героев Даргомыжского и Рубинштейна, партии из «Травиаты», «Риголетто», «Фауста», «Севильского цирюльника» и других произведений. Но историческое место певца определила не длина списка ролей.
Он превращал концерт в пространство равноправного соседства культур. Произведения Моцарта, Шуберта, Чайковского и Римского-Корсакова звучали рядом с чешскими, словацкими, украинскими, русскими и белорусскими песнями. Белорусский репертуар он исполнял не как этнографическое приложение: народные мелодии и сочинения Николая Аладова, Николая Чуркина, Григория Пукста, Константина Галкивского и других композиторов становились центром программы.
Особую роль играли песни, услышанные в детстве от матери. Колыбельная «Люлі-люлі, прыляцелі гулі» стала личной музыкальной эмблемой. В сотрудничестве с Григорием Ширмой певец получил доступ к собранному на Полесье материалу, а его собственная техника помогла перенести эту песенную традицию на профессиональную сцену, не лишая её интонационной естественности.
Главные достижения
Профессиональная оперная карьера на двух континентах; репертуар примерно из пятнадцати крупных партий уже к 1932 году; исполнение произведений на языках оригинала; первое широкое представление белорусской песни в ведущих концертных залах Варшавы и Праги; радиовыступления и грамзаписи; создание вокальной школы в Праге; сохранение личного архива и библиотеки для белорусских исследователей.
Пластинки, ученики и возвращённый архив
В послевоенной Чехословакии Забейда выступал на радио, давал концерты и преподавал частным ученикам. Полного возвращения к прежней оперной карьере не произошло, зато педагогика позволила передать его понимание вокального слова следующему поколению чехословацких исполнителей.
Гастроли 1963 года в Советской Беларуси оказались первыми и единственными. В конце 1965 года в Варшаве он записал одиннадцать белорусских народных песен с лодзинской капеллой мандолинистов Эдуарда Цюкши. В 1968 году чешская фирма Supraphon выпустила пластинку «Белорусские песни и романсы» с семнадцатью произведениями. Эти записи важны не только как звук голоса: они сохранили сценическую традицию белорусской песни межвоенного времени.
Певец переписывался с Максимом Танком, Янкой Брылём, Владимиром Короткевичем, Нилом Гилевичем, Евгенией Янищиц и другими деятелями культуры. Личный архив и библиотеку он передал в Минск; материалы вошли в фонд Белорусского государственного архива-музея литературы и искусства. Благодаря письмам, афишам, рецензиям, документам и фотографиям исследователи могут отделять проверяемую биографию от легенд.
Значение для Брестчины
История Забейды-Сумицкого связывает небольшую деревню на Ружанщине с Харбином, Миланом, Варшавой и Прагой. Это не просто география необычной карьеры. Во всех этих городах он возвращался к песням, услышанным в Шейпичах, и представлял их как полноценную часть европейской музыкальной культуры.
Его биография помогает увидеть Брестчину начала XX века не изолированной окраиной, а источником культурных импульсов, которые перемещались вместе с беженцами, студентами и артистами. Даже вынужденный десятилетиями жить вдали от дома, певец сохранял региональную память в языке, репертуаре и переписке.
Для истории области особенно важна эта обратная связь: международное мастерство не вытеснило местное происхождение, а дало ему более сильный голос. Шейпичская колыбельная прошла через Харбинскую оперу, миланскую школу и пражскую студию звукозаписи. В этом соединении профессиональной сцены и материнской песни состоит главное наследие Михаила Забейды-Сумицкого.
Последний адрес в Праге
Источники и литература
- Горбач А. Песняй даваў людзям радасць. Міхась Забэйда-Суміцкі. Минск: Кнігазбор, 2007. Архивно-документальная биография, основанная на личном фонде певца, переписке, афишах, рецензиях и воспоминаниях.
- Белорусский государственный архив-музей литературы и искусства. Фонд 293 Михаила Ивановича Забейды-Сумицкого: личные документы, переписка, творческие материалы, фотографии и печатные программы.
- Архив Национального театра в Праге. Афиша «Евгения Онегина» от 18 июня 1940 года: Михаил Забейда-Сумицкий указан приглашённым исполнителем партии Ленского.
- Stankievič A. Michaś Zabejda-Sumicki i biełaruskaja narodnaja pieśnia. Vilnia, 1938. Современная певцу работа о его репертуаре и значении белорусской народной песни.
- Soudobé dějiny, 2007, № 1. Исследование белорусской эмиграции в Праге: документированный контекст военных выступлений Забейды-Сумицкого, отказа от открытого сотрудничества с нацистскими структурами и послевоенных подозрений.
- Supraphon. Каталог записей Michal Zabejda: сведения о сохранившихся фонограммах и альбоме белорусских песен и романсов.
- Государственный областной архив в Пльзене. Каталог коллекции автографов: запись о Михаиле Забейде как концертном певце и педагоге, программы 1950 и 1958 годов и некрологические материалы.
- Горбач А. Интервью об исследовании жизни и творчества Михаила Забейды-Сумицкого, 2001; публикация «Забейду-Сумицкого от репрессий спасла его слава», 2008. Объяснение разночтений о месте рождения и результаты работы с минским и пражскими архивами.
- Изображения: портрет - Национальный цифровой архив Польши, общественное достояние; Шейпичи - фото Renessaince, CC BY-SA 3.0; Харбин 1920-х годов - автор неизвестен, общественное достояние; La Scala - фото Ypsilon, передано в общественное достояние; Национальный театр в Праге, 1924 год - автор неизвестен, общественное достояние; могила на Ольшанском кладбище - фото Dobroš, CC BY-SA 4.0. Файлы получены через Wikimedia Commons.