Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Живописная Россия, т. III. Лист 345, с. 321

Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.

Живописная Россия, т. III, 1882: лист 345 из 527

С. 321

Оригинал

ditum) напечатано въ Несвижѣ въ 1578 или въ 1579 г.; но еще прежде, около 1575 года, сынъ князя Николая Чернаго, Николай Христофоръ Сирота, уже ревностный католикъ, отдалъ іезуитамъ кальвинскій соборъ, а вскорѣ послѣ того отнялъ или пріобрѣлъ отъ Ковечинскихъ типографію и подарилъ тоже іезуитамъ. Несвижская типографія опять сдѣлалась собственностью Радзивилловъ. Когда Августъ II посѣтилъ Несвижъ, въ этой же типографіи печаталась газета.

Послѣ несвижской старѣйшія типографіи были въ Любчѣ и въ Слуцкѣ, основанныя подъ конецъ XVI столѣтія. Затѣмъ слѣдуютъ типографіи въ Заславѣ, въ Могилевѣ, въ Полоцкѣ, Минскѣ, Пинскѣ, Бялыничахъ.

«Вы за сими (іезуитами) наипаче недреманно смотрѣть имѣете, яко за коварнѣйшими изъ всѣхъ прочихъ латинскихъ орденовъ, ибо у нихъ безъ согласія начальниковъ подчиненные ничего предпріять не могутъ». Такъ писала Екатерина II въ своемъ наказѣ отъ 28 мая 1772 г. бѣлорусскому генералъ-губернатору Чернышеву. Такъ она думала о іезуитахъ, а между тѣмъ, когда громъ ударилъ въ орденъ, когда папа Климентъ XIV въ 1773 году уничтожилъ орденъ іезуитовъ, Екатерина приняла находившихся въ присоединенныхъ къ Россіи по первому раздѣлу Польши областяхъ (т. е. въ предѣлахъ нынѣшнихъ Могилевской и Витебской губерній) іезуитовъ подъ свое покровительство и даже не позволила обнародовать папское бреве.

Іезуитовъ въ то время въ Бѣлоруссіи, въ шести коллегіумахъ и 9 резиденціяхъ, было 200 человѣкъ. Провинціаломъ литовско-бѣлорусскихъ іезуитовъ состоялъ Казиміръ Соболевскій. Какъ подданный Польши, гдѣ бреве было обнародовано, онъ тотчасъ же сложилъ съ себя званіе провинціала и поступилъ въ бѣлое духовенство. Но въ Бѣлоруссіи жилъ вице-провинціалъ и въ то же время ректоръ полоцкаго коллегіума Станиславъ Черневичъ. Пользуясь благосклонностію Екатерины, онъ не послушался папы и принялъ бразды правленія надъ всѣми іезуитами, оставшимися въ Бѣлоруссіи. Черневичъ былъ человѣкъ умный и дальновидный. Еще за годъ до уничтоженія ордена, когда, въ 1772 г., Бѣлоруссія была присоединена къ Россіи, когда не только католическое, но и уніатское духовенство не торопилось принесеніемъ присяги новой монархинѣ, Черневичъ со всѣми іезуитами, первые присягнули, мало того — во всѣхъ своихъ храмахъ совершили съ особенною торжественностью благодарственное молебствіе и произнесли проповѣди, восхваляя Екатерину. Конечно, все это не могло не понравиться Екатеринѣ, тѣмъ болѣе, что іезуиты увлекли за собою шляхту и народъ. Императрица измѣнила свое мнѣніе и увидѣла, что она въ іезуитахъ можетъ имѣть точныхъ исполнителей своей воли. Въ то же время іезуиты успѣли снискать довѣріе и особенное расположеніе генералъ-губернатора Чернышева и, что еще важнѣе, успѣли заручиться покровительствомъ могущественнаго князя Потемкина.

Съ упраздненіемъ ордена, немыслимо было увеличеніе числа іезуитовъ новыми членами. Вопросъ этотъ въ особенности занималъ Черневича. Чтобы упрочить навсегда сущестованіе іезуитовъ въ Бѣлоруссіи, а затѣмъ и во всей Россіи, ему необходимо было устроить новиціатъ, т. е. пріемъ желающихъ поступить въ орденъ, съ правомъ, по окончаніи ими наукъ, посвященія въ орденъ іезуитовъ. Эта мѣра совершенно противорѣчила изданному папою бреве. Папа, узнавъ о намѣреніи Черневича, прибѣгъ къ посредству разныхъ дворовъ, кои писали и умоляли Императрицу не нарушать каноническаго догмата католицизма. Но Екатерина не обратила вниманія на эти просьбы, и по ея повелѣнію 30 іюня 1779 г., епископъ Сестренцевичъ обнародовалъ свое посланіе о разрѣшеніи учрежденія іезуитскаго новиціата въ Полоцкѣ и о пріемѣ въ оный желающихъ поступить въ орденъ іезуитовъ: 2 февраля 1780 года новиціатъ былъ торжественно открытъ. При первой вѣсти объ этомъ событіи, обезпечивавшемъ іезуитамъ существованіе ихъ ордена вопреки папскому распоряженію, бывшіе іезуиты стали стекаться въ Полоцкъ изъ Польши, Франціи, Германіи и Италіи.

Современная орфография

ditum) напечатано в Несвиже в 1578 или в 1579 г.; но еще прежде, около 1575 года, сын князя Николая Черного, Николай Христофор Сирота, уже ревностный католик, отдал иезуитам кальвинский собор, а вскоре после того отнял или приобрел от Ковечинских типографию и подарил тоже иезуитам. Несвижская типография опять сделалась собственностью Радзивиллов. Когда Август II посетил Несвиж, в этой же типографии печаталась газета.

После несвижской старейшие типографии были в Любче и в Слуцке, основанные под конец XVI столетия. Затем следуют типографии в Заславе, в Могилеве, в Полоцке, Минске, Пинске, Бялыничах.

«Вы за сими (иезуитами) наипаче недреманно смотреть имеете, яко за коварнейшими из всех прочих латинских орденов, ибо у них без согласия начальников подчиненные ничего предприять не могут». Так писала Екатерина II в своем наказе от 28 мая 1772 г. белорусскому генерал-губернатору Чернышеву. Так она думала о иезуитах, а между тем, когда гром ударил в орден, когда папа Климент XIV в 1773 году уничтожил орден иезуитов, Екатерина приняла находившихся в присоединенных к России по первому разделу Польши областях (т. е. в пределах нынешних Могилевской и Витебской губерний) иезуитов под свое покровительство и даже не позволила обнародовать папское бреве.

Иезуитов в то время в Белоруссии, в шести коллегиумах и 9 резиденциях, было 200 человек. Провинциалом литовско-белорусских иезуитов состоял Казимир Соболевский. Как подданный Польши, где бреве было обнародовано, он тотчас же сложил с себя звание провинциала и поступил в белое духовенство. Но в Белоруссии жил вице-провинциал и в то же время ректор полоцкого коллегиума Станислав Черневич. Пользуясь благосклонностию Екатерины, он не послушался папы и принял бразды правления над всеми иезуитами, оставшимися в Белоруссии. Черневич был человек умный и дальновидный. Еще за год до уничтожения ордена, когда, в 1772 г., Белоруссия была присоединена к России, когда не только католическое, но и униатское духовенство не торопилось принесением присяги новой монархине, Черневич со всеми иезуитами, первые присягнули, мало того — во всех своих храмах совершили с особенною торжественностью благодарственное молебствие и произнесли проповеди, восхваляя Екатерину. Конечно, все это не могло не понравиться Екатерине, тем более, что иезуиты увлекли за собою шляхту и народ. Императрица изменила свое мнение и увидела, что она в иезуитах может иметь точных исполнителей своей воли. В то же время иезуиты успели снискать доверие и особенное расположение генерал-губернатора Чернышева и, что еще важнее, успели заручиться покровительством могущественного князя Потемкина.

С упразднением ордена, немыслимо было увеличение числа иезуитов новыми членами. Вопрос этот в особенности занимал Черневича. Чтобы упрочить навсегда сущестование иезуитов в Белоруссии, а затем и во всей России, ему необходимо было устроить новициат, т. е. прием желающих поступить в орден, с правом, по окончании ими наук, посвящения в орден иезуитов. Эта мера совершенно противоречила изданному папою бреве. Папа, узнав о намерении Черневича, прибег к посредству разных дворов, кои писали и умоляли Императрицу не нарушать канонического догмата католицизма. Но Екатерина не обратила внимания на эти просьбы, и по её повелению 30 июня 1779 г., епископ Сестренцевич обнародовал свое послание о разрешении учреждения иезуитского новициата в Полоцке и о приеме в оный желающих поступить в орден иезуитов: 2 февраля 1780 года новициат был торжественно открыт. При первой вести об этом событии, обеспечивавшем иезуитам существование их ордена вопреки папскому распоряжению, бывшие иезуиты стали стекаться в Полоцк из Польши, Франции, Германии и Италии.