Живописная Россия, т. III. Лист 235, с. 215
Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.
С. 215
Оригинал
отношенія между крестьянами и помѣщиками были натянуты и во многихъ случаяхъ непріязненны, то вслѣдъ затѣмъ, при болѣе нормальномъ состояніи, они стали видимо улучшаться. Скоро поняты были взаимные интересы, необходимость обоюднаго воспособленія; понемногу, хотя и медленно, стало водворяться довѣріе, такъ что въ настоящее время отношенія эти гораздо лучше. Могутъ быть и конечно есть исключенія, но только исключенія. Вѣрно то, что настоящія отношенія крестьянъ къ помѣщикамъ болѣе патріархальны, болѣе искренни, чѣмъ были во время крѣпостнаго права. Въ то печальное время, ежели владѣлецъ и помогалъ крестьянину, платилъ за него подати, снабжалъ хлѣбомъ въ неурожайные годы, давалъ лошадь или скотину, то крестьянинъ не считалъ это одолженіемъ, милостью со стороны помѣщика, хорошо понимая, что онъ дѣлаетъ это ради собственныхъ выгодъ,чтобъ не лишиться рабочихъ рукъ. Теперь положеніе измѣнилось: крестьяне стали независимы; но несчастные случаи и крайнія нужды бываютъ также часты, какъ и прежде. Крестьянинъ по прежнему обращается къ помѣщику, получаетъ помощь, конечно не даромъ, а за отработку, но принимаетъ ее уже, какъ истинное одолженіе, къ которому непосредственно помѣщикъ не былъ обязанъ. Впрочемъ, нельзя сказать, чтобы взгляды и въ настоящее время совсѣмъ измѣнились: случается и такъ, что крестьянинъ, принимая оказанное ему добро, полагаетъ, что онъ самъ этимъ дѣлаетъ одолженіе. Вотъ напр. достовѣрный случай. Въ одномъ господскомъ дворѣ, владѣлица страстно предавалась леченью гомеопатіею и завела цѣлую аптеку; устроена была особая изба, снабженная всѣмъ необходимымъ для пользованія. Дочери владѣлицы съ любовью занимались этимъ дѣломъ и заботились о больныхъ. Крестьяне ежедневно приходили, жалуясь на то или другое, и получали лекарства. Однажды является сильно расхворавшійся крестьянинъ; онъ былъ такъ слабъ, и болѣзнь была до того серьезна, что владѣлица оставила его у себя. Ему дали помѣщеніе со всѣми удобствами, гдѣ онъ пролежалъ шесть недѣль и наконецъ совершенно выздоровѣлъ. Собравшись домой, онъ явился поблагодарить владѣлицу и въ заключеніе прибавилъ: «вотъ я и пролежалъ у васъ шесть недѣль, ничего не дѣлая, а надо строить новую избенку, такъ ужь вы за это лѣсу бы мнѣ пожаловали».— Не иронія-ли это?
Трудно съ увѣренностью сказать, улучшается ли нравственность крестьянъ. Конечно, это зависитъ отъ мѣстности и вліянія духовенства. Въ Ковенской губерніи, гдѣ почти сплошное населеніе римско-католическаго исповѣданія, вліяніе духовенства очень сильно и весьма благотворно. Тамъ и въ числѣ духовенства много лицъ изъ крестьянскаго сословія, хорошо знающихъ его бытъ, характеръ, нравы и обычаи. Въ Виленской же и Гродненской, вслѣдствіе политическихъ причинъ, многіе изъ прежнихъ приходскихъ священниковъ удалены, а на ихъ мѣста назначены, большею частью по выбору административныхъ свѣтскихъ властей, люди недостойные, несознающіе своего долга и высокаго призванія. Народъ не довѣряетъ имъ и видитъ въ нихъ только чиновниковъ, въ родѣ пристава или окружнаго начальника. Понятно, что мы не имѣемъ въ виду всего духовенства, какъ православнаго, такъ и католическаго, но указываемъ только на исключенія, къ сожалѣнію весьма нерѣдкія.
Люди, хорошо знакомые съ мѣстными условіями, увѣряютъ насъ, что безнравственность въ особенности весьма замѣтна въ молодомъ поколѣніи, и что, къ сожалѣнію, старики сами сознаютъ это, но пособить не могутъ. Неуваженіе къ чужой собственности, особенно конокрадство, похищенія хлѣба не только съ полей, но даже изъ овиновъ—весьма часты. Извѣстная страсть шляхты къ тяжбамъ переходитъ и къ крестьянамъ. —Тяжбы ведутся не только съ помѣщиками, но и между собою и нерѣдко совсѣмъ разоряютъ крестьянъ.
Въ тоже время утѣшительно сознаніе въ крестьянахъ необходимости ученія. Для этого, не довольствуясь народными школами, по ихъ взглядамъ не всегда удовлетворительными, крестьяне нанимаютъ особыхъ учителей, и тѣ по очереди избираютъ хаты, въ которыя собираются для ученія крестьянскія дѣти.
Наконецъ, нельзя еще не замѣтить, что немногіе изъ мировыхъ посредниковъ нравственно
Современная орфография
отношения между крестьянами и помещиками были натянуты и во многих случаях неприязненны, то вслед затем, при более нормальном состоянии, они стали видимо улучшаться. Скоро поняты были взаимные интересы, необходимость обоюдного воспособления; понемногу, хотя и медленно, стало водворяться доверие, так что в настоящее время отношения эти гораздо лучше. Могут быть и конечно есть исключения, но только исключения. Верно то, что настоящие отношения крестьян к помещикам более патриархальны, более искренни, чем были во время крепостного права. В то печальное время, ежели владелец и помогал крестьянину, платил за него подати, снабжал хлебом в неурожайные годы, давал лошадь или скотину, то крестьянин не считал это одолжением, милостью со стороны помещика, хорошо понимая, что он делает это ради собственных выгод,чтоб не лишиться рабочих рук. Теперь положение изменилось: крестьяне стали независимы; но несчастные случаи и крайние нужды бывают также часты, как и прежде. Крестьянин по прежнему обращается к помещику, получает помощь, конечно не даром, а за отработку, но принимает ее уже, как истинное одолжение, к которому непосредственно помещик не был обязан. Впрочем, нельзя сказать, чтобы взгляды и в настоящее время совсем изменились: случается и так, что крестьянин, принимая оказанное ему добро, полагает, что он сам этим делает одолжение. Вот напр. достоверный случай. В одном господском дворе, владелица страстно предавалась леченью гомеопатиею и завела целую аптеку; устроена была особая изба, снабженная всем необходимым для пользования. Дочери владелицы с любовью занимались этим делом и заботились о больных. Крестьяне ежедневно приходили, жалуясь на то или другое, и получали лекарства. Однажды является сильно расхворавшийся крестьянин; он был так слаб, и болезнь была до того серьезна, что владелица оставила его у себя. Ему дали помещение со всеми удобствами, где он пролежал шесть недель и наконец совершенно выздоровел. Собравшись домой, он явился поблагодарить владелицу и в заключение прибавил: «вот я и пролежал у вас шесть недель, ничего не делая, а надо строить новую избенку, так ужь вы за это лесу бы мне пожаловали».— Не ирония-ли это?
Трудно с уверенностью сказать, улучшается ли нравственность крестьян. Конечно, это зависит от местности и влияния духовенства. В Ковенской губернии, где почти сплошное население римско-католического исповедания, влияние духовенства очень сильно и весьма благотворно. Там и в числе духовенства много лиц из крестьянского сословия, хорошо знающих его быт, характер, нравы и обычаи. В Виленской же и Гродненской, вследствие политических причин, многие из прежних приходских священников удалены, а на их места назначены, большею частью по выбору административных светских властей, люди недостойные, несознающие своего долга и высокого призвания. Народ не доверяет им и видит в них только чиновников, в роде пристава или окружного начальника. Понятно, что мы не имеем в виду всего духовенства, как православного, так и католического, но указываем только на исключения, к сожалению весьма нередкие.
Люди, хорошо знакомые с местными условиями, уверяют нас, что безнравственность в особенности весьма заметна в молодом поколении, и что, к сожалению, старики сами сознают это, но пособить не могут. Неуважение к чужой собственности, особенно конокрадство, похищения хлеба не только с полей, но даже из овинов—весьма часты. Известная страсть шляхты к тяжбам переходит и к крестьянам. —Тяжбы ведутся не только с помещиками, но и между собою и нередко совсем разоряют крестьян.
В тоже время утешительно сознание в крестьянах необходимости учения. Для этого, не довольствуясь народными школами, по их взглядам не всегда удовлетворительными, крестьяне нанимают особых учителей, и те по очереди избирают хаты, в которые собираются для учения крестьянские дети.
Наконец, нельзя еще не заметить, что немногие из мировых посредников нравственно