Живописная Россия, т. III. Лист 56, с. 45
Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.
С. 45
Оригинал
Дождевые потоки приносили къ нему часто съ верховыхъ рѣчекъ жилыя постройки. Къ одному селу приплыла, по преданію, совсѣмъ устроенная для богослуженія церковь, и, сверхъ того, поля, небывавшія подъ разливомъ, считались плодородными. Поэтому сухое лѣто въ Литвѣ называлось несчастливыми.
Самую обычную принадлежность литовскаго ландшафта составляли бѣлѣющіеся паруса, съ наполняющими воздухъ и воду рыболовными птицами. То, что въ наше время, весною, представляютъ пинскія озера, усѣянныя рыбачьими лодками, плавичками и плавицами, шугалеями, барками и байдаками, то повсеместно виднѣлось въ древней Литвѣ, среди ея густыхъ лѣсовъ, разрѣзанныхъ стоячими и текучими водами. Водяная пошлина, въ соединеніи съ рыбною, составляла въ этомъ озерномъ и рѣчномъ царствѣ лѣсовъ значительную часть княжескихъ, панскихъ и церковныхъ доходовъ. Обладаніе скрытыми въ водѣ богатствами природы создало въ немъ водяныя братства, имѣющія нѣчто общее съ рѣчными или водными козаками на Днѣпровскомъ Низу: а рыболовство было въ Литвѣ занятіемъ ежедневнымъ. Христіанство кстати внесло сюда частые и долгіе посты, которые для невѣжественныхъ неофитовъ были самою доступною формою новой религіозности, и въ свое время послужили для русскихъ людей одною изъ опоръ борьбы съ иновѣрцами. Рыбный промыселъ господствовалъ надъ всѣми прочими.
Теперь уже забыты и названія нѣкоторыхъ рыбъ, подлежавшихъ когда-то казеннымъ и владѣльческимъ пошлинамъ, какъ напримѣръ берзаны, уклеи, клещи, селявы и др. На большихъ рѣкахъ дѣлались рыболовныя заставы, съ воротами для судовъ посрединѣ. Другія рѣкн пере гораживались желѣзными крючьями, или гродями и язами. Сѣти, закидываемыя на озерахъ, обременялись уловомъ до такой степени, что рыбныя топи вытаскивали посредствомъ лошадей. Но самая оживленная, самая любимая Литвинами ловитва производилась по льду зимой. Начиналась она съ ноября и продолжалась до конца марта. Особая корпорація рыболововъ произвела особый классъ рыбачьихъ ткачей, а рыболовный промыселъ былъ подчиненъ придворному сановнику великаго князя, называвшемуся рыбачьимъ мастеромъ. Такъ и владѣльцы частные держали у себя рыбачьихъ старостъ, которые одни имѣли право ловить рыбу волокомъ. Несостоявшіе подъ вѣдомствомъ старосты люди могли ловить рыбу не иначе, какъ «стоя на ногахъ».
Почти въ такой же степени литовская природа способствовала и развитію звѣроловства, въ которомъ первое мѣсто занимали бобровые гоны. Эта отрасль сельскаго хозяйства пользовалась особеннымъ вниманіемъ землевладѣльцевъ, такъ что стада бобровъ составлялись искусственнымъ подборомъ самцовъ и самокъ по цвѣту шерсти. Недостатокъ мануфактуръ восполняли въ Литвѣ звѣриными шкурами, которыя въ быту Литовца составляли и роскошь, и предметъ первой необходимости. Но если рыболовство занимало преимущественно чернорабочія руки, то охота за звѣрями была главнымъ занятіемъ высшаго класса и вмѣетѣ школою военнаго быта. Южно-русская народная муза до сихъ поръ воспѣваетъ золоторогихъ туровъ, по старой памяти о томъ времени, когда литовскіе охотники рогами молодецки убитаго тура дорожили больше, чѣмъ его шкурою и мясомъ. Простымъ людямъ не дозволялось охотиться на этого дикаго быка. Онъ составлялъ поэтическую принадлежность сословія господствовавшаго.
Второе мѣсто послѣ тура занималъ въ литовской охотѣ также привилегированный закономъ зубръ, о которомъ страстные любители аристократической забавы твердили, будто бы между его роговъ могли усѣсться три человѣка. Высоко цѣнилась Литвинами болотная рысь, которую, по ея пятнистой шкурѣ, называли они тигромъ. Въ Литвѣ, какъ и въ украинскихъ степяхъ, водились дикіе кони, которыхъ можно было тамъ видѣть еще и въ XV вѣкѣ. Лосей было такое множество, что, когда князь или какой нибудь «великій панъ» готовился къ охотничьему походу, — лосиное мясо заготовлялось въ прокъ для содержанія охотниковъ. Въ лѣсныхъ озерахъ купались цѣлыми стадами серны, огражденныя, точно въ звѣринцѣ, болотистою, заваленною древесными стволами почвою. На нихъ устраивали зимой охоту волки, нагоняли
Современная орфография
Дождевые потоки приносили к нему часто с верховых речек жилые постройки. К одному селу приплыла, по преданию, совсем устроенная для богослужения церковь, и, сверх того, поля, небывавшия под разливом, считались плодородными. Поэтому сухое лето в Литве называлось несчастливыми.
Самую обычную принадлежность литовского ландшафта составляли белеющиеся паруса, с наполняющими воздух и воду рыболовными птицами. То, что в наше время, весною, представляют пинские озера, усеянные рыбачьими лодками, плавичками и плавицами, шугалеями, барками и байдаками, то повсеместно виднелось в древней Литве, среди её густых лесов, разрезанных стоячими и текучими водами. Водяная пошлина, в соединении с рыбною, составляла в этом озерном и речном царстве лесов значительную часть княжеских, панских и церковных доходов. Обладание скрытыми в воде богатствами природы создало в нем водяные братства, имеющие нечто общее с речными или водными козаками на Днепровском Низу: а рыболовство было в Литве занятием ежедневным. Христианство кстати внесло сюда частые и долгие посты, которые для невежественных неофитов были самою доступною формою новой религиозности, и в свое время послужили для русских людей одною из опор борьбы с иноверцами. Рыбный промысел господствовал над всеми прочими.
Теперь уже забыты и названия некоторых рыб, подлежавших когда-то казенным и владельческим пошлинам, как например берзаны, уклеи, клещи, селявы и др. На больших реках делались рыболовные заставы, с воротами для судов посредине. Другие рекн пере гораживались железными крючьями, или гродями и язами. Сети, закидываемые на озерах, обременялись уловом до такой степени, что рыбные топи вытаскивали посредством лошадей. Но самая оживленная, самая любимая Литвинами ловитва производилась по льду зимой. Начиналась она с ноября и продолжалась до конца марта. Особая корпорация рыболовов произвела особый класс рыбачьих ткачей, а рыболовный промысел был подчинен придворному сановнику великого князя, называвшемуся рыбачьим мастером. Так и владельцы частные держали у себя рыбачьих старост, которые одни имели право ловить рыбу волоком. Несостоявшие под ведомством старосты люди могли ловить рыбу не иначе, как «стоя на ногах».
Почти в такой же степени литовская природа способствовала и развитию звероловства, в котором первое место занимали бобровые гоны. Эта отрасль сельского хозяйства пользовалась особенным вниманием землевладельцев, так что стада бобров составлялись искусственным подбором самцов и самок по цвету шерсти. Недостаток мануфактур восполняли в Литве звериными шкурами, которые в быту Литовца составляли и роскошь, и предмет первой необходимости. Но если рыболовство занимало преимущественно чернорабочие руки, то охота за зверями была главным занятием высшого класса и вмеете школою военного быта. Южно-русская народная муза до сих пор воспевает золоторогих туров, по старой памяти о том времени, когда литовские охотники рогами молодецки убитого тура дорожили больше, чем его шкурою и мясом. Простым людям не дозволялось охотиться на этого дикого быка. Он составлял поэтическую принадлежность сословия господствовавшого.
Второе место после тура занимал в литовской охоте также привилегированный законом зубр, о котором страстные любители аристократической забавы твердили, будто бы между его рогов могли усесться три человека. Высоко ценилась Литвинами болотная рысь, которую, по её пятнистой шкуре, называли они тигром. В Литве, как и в украинских степях, водились дикие кони, которых можно было там видеть еще и в XV веке. Лосей было такое множество, что, когда князь или какой нибудь «великий пан» готовился к охотничьему походу, — лосиное мясо заготовлялось в прок для содержания охотников. В лесных озерах купались целыми стадами серны, огражденные, точно в зверинце, болотистою, заваленною древесными стволами почвою. На них устраивали зимой охоту волки, нагоняли