Витовт и его политика. Страница 11
Скан страницы издания 1885 года, транскрипция в дореформенной орфографии и та же страница в современной орфографии.
Оригинал (дореформенная орфография)
XII
(такъ BO всѣхъ отношеніяхъ превознося католика-Ягелло при каждомъ удобномъ и неудобномъ случаћ, онъ сплошь и рядомъ спокойно разсказываетъ факты, которые выставляютъ короля вовсе не въ привлекательномь для него евътъ). Къ недостаткамъ Длугоша, кромб ymo- мянутыхъ, общихъ веъмъ польскимъ лътописцамъ, CIb- дуетъ причислить свойственную вообще средневъковымъ писателямъ привычку — разсказывать о сверхъестественныхъ явленіяхъ, объ анекдотическихъ случаяхъ обыденной жизни.и дълать невъроятныя ученыя предположенія (напр. разеказы о томъ, какъ передъ Танненбергекой битвой на глазахъ всего войека произошло видніе — король спихнулъ съ луны боровшагося съ нимъ тамъ монаха (ХІ, 34); какъ одна нёмка облила грязной водой Ягелло во время торжественнаго проѣзда его по улицамъ Торна (X, 557); какъ на семейномъ совътб Ягелло и Витовтъ рёшили давать меньше сеть женё Ягедло— Cobb, чтобы исправить ея легкомысленное поведеніе (XI, 347); настойчивыя попытки доказать, что литовцы происходятъ отъ итальянцевъ (Х, 47 4).
Олъдующіе за Длугошемъ польскіе лътописцы: Mn- ховскій (род. 1456—ум. 1523) (Mathiae de Mechovia: „Chron. Reg. Ро1.,“1521 г.), Ваповскей (род. 1450—ум. 1535) („Dzieje korony Polskiej і vielkiego księstwa Litewsk.“, Vilno 1847), Hpomeps (род. 1512—ум. 1589) („Роопіа“, Colon. Agrip. 1989, и, отчасти, его же „Poloniae descriptio“), Бньльскій, М. (род. 1540—ум. 1599) („Kronica Polska“, Warsz. 1764), Стрыйковскій (род. 1547 — ум. 1580) („Кгопіса Polska, Litewska...“, Warsz. 1846.), Кояловича (род. 1609—yw. 1677) („Hist. Lituan.“, Antwerp. 1669) часто повторяютъ извћстія Длугоша, хотя пользуются нёсколько и другими иеточниками; Мховскій и Кромеръ часто называютъ свои источники, напр. Мъховскій (стр. 280, 281) ссылаетея на Энея Оильвія де-Пиккеломини, на „historiae Almannorum“,
Современная орфография
XII
(так BO всех отношениях превознося католика-Ягелло при каждом удобном и неудобном случаћ, он сплошь и рядом спокойно разсказывает факты, которые выставляют короля вовсе не в привлекательномь для него евът). К недостаткам Длугоша, кромб ymo- мянутых, общих веъм польским лътописцам, CIb- дует причислить свойственную вообще средневъковым писателям привычку — разсказывать о сверхъестественных явлениях, об анекдотических случаях обыденной жизни.и дълать невъроятные ученые предположения (напр. разеказы о том, как перед Танненбергекой битвой на глазах всего войека произошло видние — король спихнул с луны боровшагося с ним там монаха (ХИ, 34); как одна нёмка облила грязной водой Ягелло во время торжественного проезда его по улицам Торна (X, 557); как на семейном совътб Ягелло и Витовт рёшили давать меньше сеть женё Ягедло— Cobb, чтобы исправить ее легкомысленное поведение (XI, 347); настойчивые попытки доказать, что литовцы происходят от итальянцев (Х, 47 4).
Олъдующие за Длугошем польские лътописцы: Mn- ховский (род. 1456—ум. 1523) (Mathiae de Mechovia: „Chron. Reg. Ро1.,“1521 г.), Ваповскей (род. 1450—ум. 1535) („Dzieje korony Polskiej и vielkiego księstwa Litewsk.“, Vilno 1847), Hpomeps (род. 1512—ум. 1589) („Роопиа“, Colon. Agrip. 1989, и, отчасти, его же „Poloniae descriptio“), Бньльский, М. (род. 1540—ум. 1599) („Kronica Polska“, Warsz. 1764), Стрыйковский (род. 1547 — ум. 1580) („Кгописа Polska, Litewska...“, Warsz. 1846.), Кояловича (род. 1609—yw. 1677) („Hist. Lituan.“, Antwerp. 1669) часто повторяют извћстия Длугоша, хотя пользуются нёсколько и другими иеточниками; Мховский и Кромер часто называют свои источники, напр. Мъховский (стр. 280, 281) ссылаетея на Энея Оильвия де-Пиккеломини, на „historiae Almannorum“,