Введение

Источники и пособия

ИСТОЧНИКИ И ПОСОБИЯ.

Источники описываемой эпохи—акты, письма и лътописи. Актов сохранилось довольно много и они, конечно, представляют самый важный и надежный материал. К сожалинию, впрочем, в данном случаЪ есть два обстоятельства, которые, не лишая значения актов XIV и XV BB., тъм не менее заставляют относиться к ним с осторожностью и часто лишают возможности дълать на основании их какие-нибудь выводы: во-первых самые акты не веб хорошо сохранились, нъкоторые напиеаны неразборчивым почерком, а главное — во многих годы обозначены славянскими буквами и очень неясно; мы уже не говорим о TOMB, что нъкоторые из них дошли до нас в кошиях, а иногда mpo- ето в выписках (см. напр. гл. П, пр. 20). Во-вторых составители сборников, опредъляя дату документа, иногда невнимательно относились к историческим фактам, е которыми—в связи содержание документа и которые могли бы определить время или, по крайней мър, предълы времени, когда мог быть выдань. тот или другой акт (см. напр. гл. Ш, пр. 87); случалось даже небрежное отношение к передаче самого

\

ҮШ акта (см. напр. гл. Ш, пр. 4,—в Codex epistol. Vitoldi, № XLVI, в заглави, Окиргелло назван великим KHA- зем, тогда как в заглавии самого документа он называется просто князем). Вслъдствие этих причин оказа- лось невозможным ограничиться прочтением печатного, | хотя и весьма обширного, материала —1пришлось провърить его, в иных случаях, по подлинникам. Нам удалось видъть нъкоторые подлинники в Императорской Публичной библютекћ, в Петербург и в Чертковской библотекб, в Москве, а также—Литовскую Метрику, хранящуюся в Cenarth, что, как показывают результаты (см. вышеприведенные прим. 3% и 4 к гл. Ш), оказалось нелишним.

Первое мисто между сборниками актов и писем, по значению для нашей задачи, занимает „Codex epistolaris Vitoldi“, собран. А. Прожаскою и издан. Краковскою Академиею (Monumenta medii aevi historica, res gestas Polo- niae illustrantia. Tomus VI, contin. codicem epistolarem Vitoldi Magni Ducis Lithuaniae 1376 — 1430. W Krakowie 1882). JOCTOHHCTBa этого сборника—обиле материала нового, исправление извъстного, обетоятельное описание внЪшнего вида документов, интересные иногда примбчания и, наконец, самый план—собрать все (приводя документы если не вполн, то в кратком изложени или, по крайней мър, упоминая об них), относящееся к HC- тории Витовта. Недостатки, вполне, впрочем, естественные в таком обширном труд: пропуск напр. важного документа о поставлении. Григория Цамблака митрополитом (см. гл. И, пр. 39), повторение, исправ- _ ленной уже раньше другими изслъдователями, ошибки (см. гл. ИМ, пр. 96), указанная уже выше неточность в передач подлинника и наконец отсутствие примчаний там, TIB он настоятельно необходимы: напр. в Bh- писк из дарственной грамоты Нассут Шемпарту

18380 r. (?) не обращено внимания на HasBaHie Витовта- Александром (см. гл. П, пр. 26., Cod. ер. Vit, X П. Приводя (Cod. ер. Vit., № XVП) из „Historya miasta Vilna“ Балинского упоминане о весьма сомнительном

“документ, Шрохаска ограничивается выражением недо- умъния словом „SiC“, не разъяеняя вовсе, что Балинский не только не приводит и не описывает этого документа, но даже не говорит, TAB его BHASI (см. ниже, гл. Ш, пр. 1). (О сборник Прохаски была замитка C. Пташицкого в Ж. М. Н. Шр., часть ООХХИМ, декабрь 1882 T., стр. 353 и сл., TAS указаны еще нъкоторые упущения, напр. —заимствование актов не из лучших изданий, стр. 397).

Друге еборники документов посл появления „Cod. ер. Vit.“ имъют собственно для нас значение только настолько, насколько они допоЛняют этот codex; так как Прохаска, как видно из его промахов, менее был знаком со сборниками, изданными в России, то поелбдние представляють наиболће важные дополнения. Упомянем: Акты Исторические, Дополнения к Актам Историческим, Акты Западной Роессии, Sup- plementa ad hist. Russiae Monumenta, Оборник Myra- нова, Натерского: „Руеско-ливонские акты“; Dzwalyúskı: „Zbiór praw Litewskich“; Raczyński: „Codex diplomaticus Li- thuaniae“; Подиеи: „Codex diplomat. Poloniae“, Muczkowsk: г Rzyszczewski: „Codex diplomat. Poloniae“, Theiner: „Monu- menta Poloniae“, Холодова t: Szujske: „Codex epistolaris saec. decimi quinti“; Bunge: „Liv-Est-und— Curländisches Urkunden- buch“, Voegt: „Codex diplomaticus Prussicus“ и другие, указанные ниже в примечаниях.

Второй источник—лътописи, которые раздёляются на три грушпы: нёмецкия (Scriptores rerum Prussicarum, ей. Hirsch, Торре, Sthrehlke), русекия и литовекия (Полн. Собр. Русск. ЛЪтоп., Лътопись великих князей Литов-

ских, изд. А. H. Шопова, Latop. Litwy ДПатиоцисва, Литопись Рыловца (Pomniki do dziejów Litewskich, wyd. Narbutta) и польския (Длугошь, Мъловский, Ватовский, Кромерь, Бньльсней, Отрыйковскей, Кояловичэ). Лъто- писи первых двух грушп—нъмецкия и русекия с литовскими (т. е. собетвенно тоже русскими по языку, о. чем см. Даниловича: „О Лит. akton.“ в Ж. М. Н. Пр.,

XXVIII т. 1840 г. и введение в издание литовской лтописи Попова), более или менће современные событиям XIV и XV в. (см. то-же введене, Script. rer. Prus., Үоми“а издание хроники Линденблатта), отличаютея без- искуественною и правдивою передачею фактов и 3a- служивают полного довърия. Кеть, конечно, неточности: в русских лётописях напр.— хронологическия (разногласе между самими лътописями), в собственных именах князей (см. Stadnicki: „Synowie бейушипа: Monwid, Narymunt...“, 1881 r., стр. 10); в нёмецких — напр. в разсказах о внутренних событиях Литвы, которые не всегда хорошо могли быть извъетны рыца- pawb (см. гл. Ш, пр. 55), но и этот недоетаток уменьшается иногда тъм, что осторожные нъмцы дълают какую-нибудь оговорку (см. гл. П, пр. 18: Тоанн Посилге, говоря о самоубийств% Кейстута, прибавляет „als шап sagte“, а Виганд выражается так: „Kynstut in captivitate stringulatur... sed quo modo abierit, пешо unquam cognovit“). Бывают, конечно, и другия невърности, но во всяком елуча нельзя упрекать ни тх, ни других лътойисцев в какой-нибудь постоянной тенденции: они по большей части ограничиваются передачею фактов, не вдаваясь в разсуждения. Так как еношения Литвы с Орденом в это время были болће частые, TBM с Московскою Русью, то и нёмецкие лътописцы дают более материала для истори Литвы. Из них первое место по подробности и обстоятель-

ности принадлежит Иоанну Посилге (Линденблатту). Прекрасное издане лътописей Прусекого Ордена (Script. тег. Prus.) с обетоятельными примёчаниями еще болће увеличивает их цъну.

Исключение из вышесказанного представляет Xpo- ника Быховца (wyd. Narbutta), которая не отличается ни хронологическою точностью, ии върною передачею подробностей (см. Антоновиҷа: „Очерк истори вел. княж. Литовск. до половины XV в.“, выпуск И, Киев 1878, стр. 12 и сл.) • Оовсбм другое приходится сказать о польских Ib- тописях, уже принадлежащих позднъйшему времени: постоянный риторизм (напр. выдумыванье ръчей дъйетвующих лиц), неуместное патрютическое тщеславие и религиозная нетерпимость, искажающие, иногда, MO- жет быть, и помимо сознательной воли автора, истину,—вдвойн заставляють сожалїть о большом их объем. Мы этим вовсе не хотим сказать, чтобы эти жътописи не заслуживали внимания; без HAXE обойтись нельзя: многия подробности в них и вёрны, и им$ют значене, —но необходимо пользоваться ими с большою осторожностью и не слишком довърять. Первое мисто между польекими лътописцами, по значению, принадлежит краковскому канонику и воспитателю дътей короля Казимира—- Дзугошу (род. 1415—ум. 1480), который, по своему положению, имил доступ к королевскому архиву (Hist. Pol, lib. X, ХИ, ed. Przezdziecki). К x0- стоинствам его надо отнести: большое количество CBE- дъний, извлеченных как из уетных разсказов, так и из лътописей русских, прусских и польских, из которых нъкоторые, может-быть, и не дошли до нас; нъкоторую наивность в разсказћ, благодаря которой: несостоятельность свойетвенных и ему нпатриотических и религиюзных увлечений заметно выступает,

(так BO всех отношениях превознося католика-Ягелло при каждом удобном и неудобном случаћ, он сплошь и рядом спокойно разсказывает факты, которые выставляют короля вовсе не в привлекательномь для него евът). К недостаткам Длугоша, кромб ymo- мянутых, общих веъм польским лътописцам, CIb- дует причислить свойственную вообще средневъковым писателям привычку — разсказывать о сверхъестественных явлениях, об анекдотических случаях обыденной жизни.и дълать невъроятные ученые предположения (напр. разеказы о том, как перед Танненбергекой битвой на глазах всего войека произошло видние — король спихнул с луны боровшагося с ним там монаха (ХИ, 34); как одна нёмка облила грязной водой Ягелло во время торжественного проезда его по улицам Торна (X, 557); как на семейном совътб Ягелло и Витовт рёшили давать меньше сеть женё Ягедло— Cobb, чтобы исправить ее легкомысленное поведение (XI, 347); настойчивые попытки доказать, что литовцы происходят от итальянцев (Х, 47 4).

Олъдующие за Длугошем польские лътописцы: Mn- ховский (род. 1456—ум. 1523) (Mathiae de Mechovia: „Chron. Reg. Ро1.,“1521 г.), Ваповскей (род. 1450—ум. 1535) („Dzieje korony Polskiej и vielkiego księstwa Litewsk.“, Vilno 1847), Hpomeps (род. 1512—ум. 1589) („Роопиа“, Colon. Agrip. 1989, и, отчасти, его же „Poloniae descriptio“), Бньльский, М. (род. 1540—ум. 1599) („Kronica Polska“, Warsz. 1764), Стрыйковский (род. 1547 — ум. 1580) („Кгописа Polska, Litewska...“, Warsz. 1846.), Кояловича (род. 1609—yw. 1677) („Hist. Lituan.“, Antwerp. 1669) часто повторяют извћстия Длугоша, хотя пользуются нёсколько и другими иеточниками; Мховский и Кромер часто называют свои источники, напр. Мъховский (стр. 280, 281) ссылаетея на Энея Оильвия де-Пиккеломини, на „historiae Almannorum“,

на „бглишаа antiquior subjudex, дш... referebat“; Кромер (стр. 251) упоминает, кром Длугоша и Мховекого, „Vitoudi literae“, „Lituanica historia“. У этих писателей уже меныпе легковбрия, чём у Длугоша (напр. Banos- скиїй, т. И, стр. 78, смеется над старанюем Длугоша произвести литовцев от римлян), но за то меньше и наивности: в своих недостатках, патриютическом тщеславии и религиюзной нетерпимости, они поелъдовательнће. Отетупление предетавляет Отрыйковский, который, часто пользуясь русскими лътопиеями, кром польских, приводит иногда, в разных. мъстах, pas- сказы тбх и других, отчего и впадает в противорёчия, не замичая их (см. напр. ниже, гл. IV, mp. 8).

Собранные в „Monumenta Polon. histor.“ Рльлевского (4 й. 1884 г.) краткия анналы мало имъют отношения к политической истории, особенно Литвы, так как говорят, главным образом, о длах, касавшихся MO- настырей, и то очень кратко; о политических событиях—-короткия упоминания, напр. Ш, 82, 811, П, 889—0 поход Витовта 1899 г.; III, 83, 84, 218, 685, П, 866— о Танненбергекой битв; Ш, 284, 230—0 крещении Ba- товта и Ягелло в 18386 г. и т. д. Из более обширных хроник в Monum. Polon. только хроника Яна из Чарнкова (помбщенная раньше у Sommersberg’a: „Seri- ptores rer. Silesiacar.“, П), доходит до 18384 г., другия же— боле раннего времени. Подробное описание битвы под Дамбровно (Грюнвальденской), Monum. II, 897—904 есть и в Script. rer. Prussic., III, 434—439 ').

') Другие источники, к которым менее приходится обращаться (напр. Эней Сильвий Пикколомини, Михалэн Литвин и пр.), указаны ниже в примбчаниях (гл. Ш, пр. 16; гл. И, пр. 27 и др.).

Об источниках и пособиях по истории Литвы вообще см. Szujski, J.: „Нивќогуи Polskiéj treściwie opowiedzianéj księg dwanaście“,

Из ученых сочинений (пособий), касающихся KHA- жения Витовта, особенно выдаются Фойгта, Каро, Ярошевича, Даниловича и Отадницкого. Большой труд Үовј”а: „Geschichte Preussens“ (нас собственно касаются тт. V, VI и ҮП. Königsb. 1882—36) не смотря на то, что вышел полвъка тому назад, до сих пор не потерял своего значения, так как автор пользовался в рукописи вышедщими позднъе источниками (в Script. rer. Prussic.); а подробное изложение фактов, подкрипляемое основательною критикою, заставляет обращаться к нему даже весьма часто. Еще болће значения имеет сочинение Caro.: „Geschichte Polens“, Ш, Gotha 1869. Основательное знакометво с извеетными тогда источниками, довольно безприетраетное отношение к нащональным вопросам, умънье схватывать суть дъла и способность върно подмътить связь между событиями и их взаимное влияние дълают эту книгу настольною для занимающагося историей Польши и Литвы XIV и ХУ в. К сожалъню автор, не смотря на критическое вообще отношение к сочинению Шайнохи „Ядвига и Ягелло“, все таки часто принимал на въру его выводы там, гд

Warszawa 1880 t., а также К. Н. Бестужев-Рюминь: „Русская история“, Спб. 1872 r., М. Bobrzyński: „Dzieje Polski w zarysie“ 2 tt., Warszawa 1880—81 tr., Leon Pobłocki: „Kitische Beiträge zur ältesten Geschichte Litauens“, Königsberg 1879; Ш. Черневский: „Указатель материалов для изучения Съверо-Западного края“, Сиб. 1882 r., и „Полћеье, библиографич. материалы по истории. географии...“; Сиб. 1888 tr., 3. Пенкина; М. О. Кояловичь:

9 „История русского самосознания по историческим памятникам и научным сочинениям“, Спб. 1884 T., стр. 27, 28, 57, 58.

(Y Шуйского упомянуты и общия библиографии: Эстрейхера_ (polska), Винкельмана (уописа), Поттғхаста (Bibliotheca histor. me- dii aevi) и др.; к ним надо прибавить Межова: „Литература Русской истории“, Ламбиныл» и Межова: „Русская историческ. библиография“, Catalogue des Russica).

этого дълать не слъдовало (см. ниже, гл. Ш, пр. 19; гл. 1, прим. 27).

Так же важны сочинения Стаднчцкого: „Bracia Wlad. ЈавйеНу“ (Lwów 1867), „Olgerd и Kiejstut“ (Lwów 1870), „Sy- nowie Gedymina Monwid, Narymund...“ (Lwów 1881), из которых имћют более близкое отношене к предмету нашего изелъдования, конечно, „Bracia Wład. Jagiełły“. Точность и сжатость изложения, осторожность в выводах и строгая критика вполне$ искупают нёкоторую сухость этих трудов. Нъкоторые неточности, которые можно заметить теперь, благодаря вновь изданным HC- точникам, конечно, не могут быть поставлены в упрек Отадницкому; ошибки, в POXAS указанной нами в гл. V, пр. 40, есть явление исключительное. Такими же достоинетвами обладает и прекрасное сочинение Ярсшевичаг „Obraz Litwy“, Wilno 1844, 3 й. Весьма осторожный в выводах, он уже в 40 годах основательно сомнвалея в справедливости нъкоторых мнъний, KO- торые держатся до настоящого времени (см. ниже, гл. Ш, пр. 59).—От этих сочинений отличается нъсколько по плану, HO вполнћ однородно с ними по важному значению— „Ўсагеиес dyplomatów“ Даниловича (Wilno. 1860), которое представляет собрание документальных и Tb- тописных известий, расположенных по годам. Масса материала, замечательная критика в примечаниях 3a- ставляют изелдователя обращаться к этой книг$ во многих затруднительных случаях, не смотря на то, что песл ее появления вышли такие иеточники, как „Codex epist. Vitoldi“ и „Script. rer. Prussicarum“.

IIocIb этих, можно сказать, образцовых трудов слъдует упомянуть об изслъдованиях Иайнолиг „Јад- wiga и Jagiello“ (Dzieła К. Szajnochy, Warsz. 1877, t. V и ел., руеский перевод Кеневича и Чуйко) и Нарбутта: „Dzieje narodu Litewskiego“ (tt. V, VI, Wilno 1839).

Первое сочинение— Шайнохи имеет болышя достоинства: масса евеъдћний, замћчательное художественное изложение, богатые библиографическия указания; но этим достоинетвам, в значительной степени, вредить польская и католическая тенденция, которая даже приводит иногда к преднамъренному искажению фактов (ем. напр. ниже, гл. П, пр. 18). Сочинеше Нарбутта с своими сомнительными подробностями давно уже возбуждает в изелкдователях справедливое к себ недовърие. ТЪм не менъе обиле материала заставляеть обращать на него вниманюе. Нельзя еще не прибавить, что увлекающийся подробностями, сам в них иногда путающийся до противоръчия, Нарбутт гораздо невиннъе намеренно тенденциозного Шайнохи.

В заключение обзора упомянем о сочинениях на русском язык, им$ющих отношение к занимающему нас вопросу: А. Aupxopa: „Великий князь Витовт“ (статья в сборникї „Черты из истори и жизни Литовского народа,“ Вильно 1854 r., стр. 21—354); Смирнова: „Ятелло--Яков — Владислав“, 1868 г; B. Л Васильевскагог „Очерк Вильны“, 1872 г.; М. О. Hoan- oura: „Чтения по истори Западной Росси“, 1884 г. (изд. 4-е) и „Историческое изелъдование о Западной Росси“ (Предисловие к документам, объясняющим иеторю Западно-Руесского края), 1865 г.; Бориҷевского: „Православие и Русская народность в Литвћ“, 1851 г.; Антоновича: „Очерк истори великого княжества Jln- товского до половины XV столилия“, выпуск И (оканчиваетея 1377 годом), 1878 г.; Дашкевича: „Литовско- русекое государство“ (ем. „Киев. Унив. Известия“, 1883 г.).