Русская летопись по Никонову списку, страница 182

Оригинал (орфография издания 1767 года)

ЛѢТО 6579.

1071 Онемже глаголющимъ: стати намъ предСвятославомъ. И повелѣ Янъ клячь вложити во уста ихъ, и привязати ихъ ко упругу, и пусти предсобою влодьи, а самъ за ними пойде. И сташа на усть Шокены, и рече имъ Янъ: что вамъ бози ваши повѣдаютъ? Ониже рѣша: тако молвятъ бози наши, не быти намъ живымъ оттебѣ. И рече имъ Янъ: то вамъ право повѣдали. Ониже рекоста: аще наю пустиши, много ти добра будетъ; ащели насъ погубиши, то многу печаль приимеши и зло. Янъже рече: аще васъ пущу, то зло ми будетъ отбога. И рече Янъ кповозникомъ: аще кто у васъ убиенъ бысть отсихъ? Ониже рѣша: у меня мати; а другий рече: у меня сестра, у меня жена. Янъже рече имъ: мстите своихъ. Ониже поимше ихъ биша, и возвесиша ихъ на дубъ, отмѣстие приимше отбога по правде. Яневиже идущу восвояси, вдругуюжъ нощь медвѣдь влѣсъ угрызе ихъ. І тако погибоша наущениемъ бесовскимъ, инемъ ведуще" и глаго- 160. люще, а своя погибели несвѣдуще. Аще быста ведала, не бы пришли на мѣсто се, идѣже ятыма быти има. Аще и ята быста, почто глаголаста: не умрети нама, оному мыслящу убити я. Но се есть бесовское наущение; бѣси бо не вѣдаютъ мысли человѣческия, и тайны несвѣдуще. Богъже единъ вѣсть помышления человѣческая, бѣси бо не вѣдаютъ ничтоже; суть бо немощни и худи взоромъ, яко и се скажемъ о взоре ихъ, и о немощи и обмрачении ихъ.

Всияжъ бо времена и влѣта сия ключися нѣкоему Новгородцу, прийти вЧюдь: и прииде х кудеснику, хотя волхвования отнего; онже по обычаю своему, хотя начати и призывати началъ бѣсы вхрамину свою. Новгородецъ же той седѣ на пороге тоя храмины; кудесникъже лежаше оцепеневъ, и шибе имъ бѣсъ. Кудесникъже вставъ рече Новгородцу: бози не смѣютъ прийти, нѣчто имаши насебѣ, егоже боятца. Онже воспомяну на себѣ крестъ, и отшедъ постави крестъ кроме храмины тоя. Онже на-

Ф 2 — чатъ

Современная орфография

ЛЕТО 6579.

1071 Они же говорили: стоять нам пред Святославом. И повелел Ян кляп вложить в уста их и привязать их к упругу, и пустил впереди себя в ладье, а сам за ними пошёл. И стали на устье Шексны, и сказал им Ян: что вам боги ваши поведают? Они же сказали: так молвят боги наши — не быть нам живыми от тебя. И сказал им Ян: то вам правду поведали. Они же сказали: если нас отпустишь, много тебе добра будет; если же нас погубишь, то много печали примешь и зла. Ян же сказал: если вас отпущу, то зло мне будет от Бога. И сказал Ян повозникам: у кого из вас убит был кто сими? Они же сказали: у меня мать; а другой сказал: у меня сестра; у меня жена. Ян же сказал им: мстите за своих. Они же, взяв их, били и повесили их на дубе, — отмщение приняли они от Бога по правде. Когда же Ян шёл восвояси, в другую ночь медведь в лесу изгрыз их. И так погибли они наущением бесовским: об ином ведая 160. и говоря, а своей погибели не ведая. Если бы ведали, не пришли бы на место сие, где им быть схваченными. А если и схвачены были, зачем говорили: не умереть нам, — когда тот замышлял их убить? Но сие есть бесовское наущение; ибо бесы не ведают мыслей человеческих и тайн не ведают. Бог же один ведает помышления человеческие, а бесы не ведают ничего; ибо немощны они и худы видом, как и сие скажем о виде их, и о немощи, и об омрачении их.

В сии же времена и в лета сии случилось некоему новгородцу прийти в чудь; и пришёл он к кудеснику, желая волхвования от него. Тот же по обычаю своему, желая начать, начал призывать бесов в храмину свою. Новгородец же тот сел на пороге той храмины; кудесник же лежал оцепенев, и поверг им бес. Кудесник же, встав, сказал новгородцу: боги не смеют прийти, нечто имеешь ты на себе, чего они боятся. Тот же вспомнил на себе крест, и, отойдя, поставил крест вне храмины той. Он же на-

Ф 2 — чал