Пересказ содержания

Русская летопись по Никонову списку. Часть первая, до 1094 года. СПб., при Императорской Академии Наук, 1767 г. — 193 страницы основного текста и 18 страниц Прибавлений (в архивной нумерации сканов — 235 листов).

1. Что это за книга

Перед нами не авторское сочинение, а первое печатное издание древнерусского летописного свода, выполненное Академией наук в екатерининское время. Издатели ясно об этом говорят в предисловии: они публикуют рукопись в двух томах (1362 + 902 стр.), доводящую изложение до 1630 года, и разбивают её на восемь частей. Настоящий том — первая из них, охватывающая 862–1094 годы: от призвания варягов до кончины Всеволода I Ярославича.

Название «Никонов список» — условное и придумано самими издателями. Основание — владельческая подпись патриарха Никона 1661 года по нижнему полю первых 57 листов, где книга вкладывается в Воскресенский Новоиерусалимский монастырь с обычным для того времени проклятием на присвоителя. Составитель самого свода, как честно оговаривают публикаторы, неизвестен.

Цель издателей

Заявленная цель — двоякая:

1. Ввести источник в научный оборот. Издание подчёркнуто «точное, верное и, следовательно, всякого доверия достойное»: печатается «совсем ничего не изменять» — ни прибавлять, ни убавлять; вмешательство ограничено расстановкой знаков препинания и разделением слов, чего в скорописном оригинале не было. 2. Дать русской монархии документированную древность. Публикация летописи в академическом формате — часть просвещенческого проекта по созданию национальной истории на источниковой основе, современного европейским образцам.

Соответственно, у книги два слоя авторства: средневековый компилятор XVI века (сам свод) и учёный издатель XVIII века (предисловие, конъектуры, сноски-звёздочки, перевод дат на европейское летосчисление, реестр опечаток).

2. Структура тома

Основной текст организован по княжениям, а внутри них — по годам «от сотворения мира» с параллельной датой от Рождества Христова, поставленной издателями на полях:

Рюрик → Олег → Игорь → Святослав → Ярополк → Владимир Великий → Святополк → Ярослав → Изяслав → Всеслав → Изяслав (вторично) → Святослав II → Изяслав (в третий раз) → Всеволод.

Троекратное возвращение Изяслава в заголовки — характерная черта: летописец фиксирует не идеальную преемственность, а фактическое обладание киевским столом, включая семимесячное княжение узурпатора Всеслава Полоцкого.

3. Ключевые действующие лица

Династия

• Рюрик — призванный варяг, «старейший» из трёх братьев; садится в Новгороде, Синеус на Белоозере, Трувор в Изборске. По двух годах братья умирают, и власть сосредоточивается в одних руках.
• Олег — родич Рюрика и опекун малолетнего Игоря; занимает Киев, объявляет его «матерью городам русским», ходит на Царьград и заключает договор с греками.
• Игорь, Ольга — Ольга занимает в тексте видное место: месть древлянам, поездка в Царьград, крещение. Она подана как первая христианка на престоле, «предтеча» Владимирова крещения.
• Святослав — воитель, отказавшийся креститься; его гибель на порогах и превращение черепа в чашу.
• Владимир Великий — центральная фигура тома (более 270 упоминаний). Ему отведён самый обширный раздел: испытание вер, беседа с греческим Философом, корсунский поход, крещение Руси, ниспровержение идолов, строительство церквей.
• Борис и Глеб — убитые Святополком братья; их гибель и перенесение мощей 1072 года образуют один из эмоциональных центров книги.
• Ярослав Мудрый — строитель Софийских соборов в Киеве и Новгороде; его предсмертный «ряд» сыновьям (1054) — программный текст о единстве рода.
• Изяслав, Святослав II, Всеволод — триумвират Ярославичей, чьи распри занимают весь конец тома; Изяслав дважды изгоняется и гибнет в 1078 году в битве на Нежатиной ниве, защищая брата.
• Всеслав Полоцкий — «рождённый от волхвования», князь-изгой; захвачен обманом при крестном целовании, освобождён восставшим киевским вечем 1068 года.
• Владимир Мономах — появляется как сын Всеволода; том обрывается в момент, когда он сидит у смертного одра отца.

Церковь

• Иларион — первый русский по происхождению митрополит, поставленный собором русских епископов в 1051 году без санкции Константинополя.
• Антоний и Феодосий Печерские — основатели Киево-Печерского монастыря; повесть об основании обители, введение Студийского устава, кончина Феодосия и обретение его мощей в 1093 году занимают несколько десятков страниц.
• Летописец-очевидец — в тексте несколько раз звучит голос от первого лица: «я пришёл, худой и недостойный раб», «был я, грешный, первым самовидцем». Это следы работы печерского монаха (традиционно — Нестора), сохранённые компилятором.

Внешний мир

Печенеги, торки, половцы (первый приход — 1060 год, «первое зло от поганых»), хазары, ляхи (Болеслав, Казимир), мазовшане, чудь, ямь, сосолы, волжские болгары, греки.

4. Основные события, конфликты и союзы

Становление государства (862–988)

Призвание варягов, объединение севера и юга Олегом, походы на Царьград и договоры с греками, покорение племён и обложение данью, гибель Игоря и месть Ольги, войны Святослава.

Крещение (986–988)

Кульминация первой половины книги. Испытание вер (болгары-мусульмане, немцы, иудеи-хазары, греки), пространная речь Философа с изложением всей священной истории, посольство для проверки богослужений, корсунский поход, крещение Владимира и киевлян. Всё выстроено как провиденциальный сюжет: Русь входит в мировую христианскую историю.

Междоусобицы

Три больших кризиса:

1. 1015–1019 — Святополк убивает Бориса, Глеба и Святослава; война с Ярославом. 2. 1068 — поражение Ярославичей от половцев на Альте, восстание киевлян, вече на торговище, разграбление княжьего двора, освобождение Всеслава из поруба и его семимесячное княжение. Затем — возвращение Изяслава с ляхами и расправа его сына Мстислава над семьюдесятью киевлянами. 3. 1073–1078 — Святослав со Всеволодом изгоняют старшего брата Изяслава; тот скитается по чужим странам, ограбленный поляками; после возвращения гибнет на Нежатиной ниве, отказавшись мстить брату.

Союзы и династические браки

Ярослав выдаёт сестру за польского Казимира, тот отдаёт сестру за Изяслава, возвращая при этом 800 русских пленных «за вено». Всеволод женат на греческой царевне — от этого брака Владимир Мономах. Дочь Всеволода Янка ездит в Царьград и привозит митрополита.

Церковно-политическая линия

Поставление Илариона «своими епископами» в обстановке «браней и нестроений» с греками — эпизод с ясным политическим содержанием: русская церковь пробует автономию, богословски обосновывая её апостольским правилом. Основание Печерского монастыря, введение Студийского устава, перенесение мощей Бориса и Глеба, обретение мощей Феодосия.

Народная религиозность и волхвы

Заметный сюжетный пласт: волхвы в Ростовской области и на Белоозере, расправа Яна Вышатича, диспут о сотворении человека (дуалистический миф о Боге и Сатане); волхв в Новгороде, зарубленный князем Глебом; кудесник в чуди. Летописец даёт этнографически ценные свидетельства, оформляя их как обличение бесовской прелести.

Византийский пласт

В княжениях Ярослава и его сыновей летопись перебивается пространными вставками из греческой хроники — царствования Романа Аргира, Михаила Пафлагонянина, Константина Мономаха, Романа Диогена, Комнинов. Написаны они витиеватым риторическим стилем, резко отличным от лаконичной русской погодной записи.

5. Главная идея

Сквозная мысль свода — единство Русской земли как религиозно-политический долг рода. Она сформулирована прямо в завещании Ярослава: «Если будете в любви между собою, Бог будет в вас… если же будете ненавистно жить, в распрях, то погибнете сами и погубите землю отцов своих». Всё последующее изложение читается как иллюстрация этого предупреждения: усобицы влекут половецкие нашествия, знамения, моры и голод — то есть кара за грех.

Второй устойчивый мотив — сакрализация страдающего князя. Борис, Глеб, Ярополк Изяславич, сам Изяслав, положивший голову «за брата», образуют ряд, где отказ от мести и от борьбы за власть предъявлен как высшая политическая добродетель.

Третий — вхождение Руси во всемирную христианскую историю. Ему служат и речь Философа, и византийские вставки, и Прибавления с хронологией от Адама: русские события встроены в единую линию, идущую от сотворения мира.