КНЯЖЕНИЕ СВЯТОСЛАВА II Ярославича - Летопись, современная орфография

Святослав же сел в Киеве, прогнав брата своего, преступив заповедь Божию и отца своего. Ибо велик есть грех преступающим заповедь отца своего: как исперва преступили сыновья Хамовы на землю Симову, и по четырёхстах годах отмщение приняли от Бога, — ибо от племени Симова суть евреи, каковые избили ханаанское племя и восприняли свой жребий и свою землю. И опять, преступил Исав заповедь отца своего — и принял убийство. Ибо недобро есть преступать в пределы чужие.

В тот же год основана была церковь Печерская епископом Юрьевским Михаилом и игуменом Феодосием Печерским; а митрополит Георгий Киевский и всея Руси был тогда в греках; при князе Святославе Киевском.

В тот же год преставился Антоний, игумен Печерский, благословив и знаменовав место церкви святой стр. 164 Богородицы.

В лето 6582 [1074].

Преставился Феодосий, игумен Печерский, и положен был в той же пещере, которую сам создал, — во второе лето царства Романа Диогена. Скажем же здесь и об успении его немного так.

Феодосий обычай имел: когда приходило постное время, в неделю масленую вечером по обычаю, целовав братию всю и поучив их, как проводить постное время в молитвах ночных и дневных и блюстись от помыслов лукавых и от бесовского насеяния. Ибо бесы, — говорил, — насевают черноризцам помышления и хотения лукавые, и тем повреждаемы бывают им молитвы святые; и приходящие таковые помыслы возбранять знамением крестным, говоря так: Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас. И к тому воздержание иметь от многого брашна и пития; ибо в ядении брашна и в питии безмерном возрастают помыслы лукавые, а когда помыслы возрастут, сотворяется грех. Тем же, — говорил, — противясь бесовскому действу и пронырству их, блюстись от лености и от многого сна, бодрым быть на пение церковное, и на предания отеческие, и на прочитание книжное; такожде иметь во устах псалтирь Давидову. Подобает черноризцам сим прогонять бесовское уныние; паче же иметь любовь ко всем меньшим, а к старейшинам покорение и послушание; старейшим же к меньшим — любовь и наставление, и образ давать собою воздержанием, и бдением, и хождением, и смирением; так наставлять меньших, и утешать их, и так проводить пост. Ибо говорил так: Бог дал нам сорок дней сих на очищение души. Ибо сия десятина даётся от года Богу; ибо дней есть от Бога до года 365, а из сих дней десятый день воздавать Богу десятиною, что и есть пост сей четыредесятный, — и в те дни, очистившись, душа празднует светло на

-Воскресение Господне, веселясь о Бозе. Ибо постное время очищает ум человеку; ибо пощение исперва прообразовано было Адаму первое — не вкушать от древа единого. Ибо, постившись сорок дней, Моисей сподобился принять закон стр. 165 на горе Синайской и видел славу Божию; постом Самуила мать родила; постившись, ниневитяне гнева Божия избыли; постился Даниил — и видения великие сподобился; постился Илия — и на небо взят был, и вселился в пищу райскую; постившись, три отрока угасили силу огненную; постился Господь сорок дней, и нам показав постное время; постом апостолы искоренили бесовское учение; постом явились отцы наши как светила в мире, каковые и по смерти сияют, показав труды великие, и поты, и воздержание, — как то великий Антоний, и Евфимий, и Савва, и прочие отцы, каковым и мы поревнуем, братия.

И так, поучив братию, целовав всех по имени, и так исходил он из монастыря, взяв мало коврижек, и, войдя в пещеру, затворял двери в пещере и засыпал перстью, и не говорил ни с кем; если же было нужное дело, то оконцем беседовал в субботу или в неделю; а в иные дни пребывал в посте и в молитвах, воздерживаясь крепко. И приходил в монастырь в пяток накануне Лазаревой субботы; ибо в сей день кончается пост сорока дней: начинаем от первого понедельника наставшей Феодоровой недели, а кончается в пяток Лазарев; а страстная неделя уставлена поститься страстей ради Господних.

Феодосий же, придя по обычаю, целовал братию и праздновал с ними и неделю страстную; и, дойдя до великого дня Воскресения Господа нашего Иисуса Христа, по обычаю праздновал светло — и впал в болезнь. Разболевшись же и пролежав дней пять, после того, когда настал вечер, повелел вынести себя на двор; братия же, взяв его на санях, поставили его прямо против церкви. И повелел созвать братию

всю; братия же ударили в било, и собрались все. Он же сказал им: братия моя, отцы мои и чада мои! вот я отхожу от вас, как явил мне Господь в постное время, когда был я в пещере, — изойти от света сего. Ныне же кого хотите иметь игуменом себе, дабы и я благословение по- стр. 166 дал ему? Они же сказали: ты еси отец нам всем; кого сам изволишь, тот нам да будет отец и игумен, и послушаем его, как и тебя. Отец же наш Феодосий сказал: пойдите и вне меня назовите, кого хотите, кроме двух братьев — Николы и Игнатия; а из прочих кого хотите, от старейших и до меньших. Они же, послушав его, отступили к церкви и, подумав, послали двух братьев, говоря так: кого изволит Бог и твоя честная молитва, — что тебе любо, то и нам. Феодосий же сказал им: если от меня хотите просить игумена, то я вам сотворю то не по своему избранию, но по Божию строению. И назвал им Иакова пресвитера; братии же не любо было, ибо говорили: не здесь он пострижен; ибо Иаков пришёл с Альты с братом своим Павлом. И начали просить Стефана доместика, ученика Феодосиева, говоря: сей возрос под рукою твоею, его нам и дай. Сказал же им Феодосий: сего я вам по Божию повелению нарёк было — Иакова, а вы свою волю творить хотите. И, послушав их, дал им Стефана, да будет он им игуменом; и, благословив Стефана, сказал ему так: вот, предаю тебе монастырь, блюди с попечением; и что устроил я в службах, то держи — предания монастырские, и устава не изменяй, но твори всё по закону и по чину монастырскому. И после того, взяв его, братия понесли в келью и положили его на одре.

Пришёл Святослав с сыном своим Глебом.

И когда настал шестой день и болен был весьма великий Феодосий, пришёл к нему князь Святослав с сыном

своим Глебом. И когда сидел он у него, сказал ему Феодосий: вот, отхожу от света сего, и предаю тебе монастырь на соблюдение, если будет какое смущение в нём; и вот поручаю игуменство Стефану, — не дай его в обиду. Князь же, целовав его и обещавшись печься о монастыре, пошёл от него.

Когда же пришёл седьмой день и изнемогал Феодосий, призвал он Стефана и братию и начал им говорить так: по моём отшествии от света сего, если буду Богу угодил и принял меня будет Бог, то по моём от- стр. 167 шествии монастырь начнёт строиться и пребудет в нём благодать; тогда ведайте, что принял меня Бог. Если же по моей смерти оскудевать начнёт монастырь черноризцами и потребами монастырскими, то ведать будете, что не угодил я Богу. И когда он сие говорил, плакала братия, говоря: отче, молись о нём к Богу, ибо ведаем, что труда твоего не презрит Бог. И просидела братия ночь ту у него. Когда настал день восьмой, во вторую субботу по Пасхе, в час дня, предал он душу свою в руки Божии, месяца мая в 3-й день, индикта в 11-й. И плакала по нём братия. Ибо заповедал Феодосий положить себя в пещере, где показал он труды и поты многие, сказав так: ночью похороните тело моё. Что и сотворили. Когда же настал вечер, братия, взяв тело его, положили в пещере, где показал он труды многие, проводив с песнями и со свечами честно, на похвалу Господу Богу Иисусу Христу.

Стефан же принял монастырь и блаженное стадо, каковое собрал Феодосий. Таковы черноризцы, что как светила в Руси сияют: ибо одни были постники крепкие, иные — на бдение, иные — на поклонение коленное, иные — на пощение через день и через два; иные, вкушая хлеб с водою, иные — зелие варёное. Меньшие покорялись старейшим, не смея пред ними говорить, но всё с покорением и послушанием великим; такожде и

-старейшие имели любовь к меньшим, наставляли, утешая, как чад возлюбленных. Если некий брат в некое прегрешение впадал, то утешали его божественными писаниями, разделяя на себя запрещение — три ли, или четыре дня, — за великую любовь. Ибо такова была любовь в братии той и воздержание великое. Если же брат некий уходил из монастыря, то вся братия имели о том печаль великую, посылая по него и призывая его в монастырь; и, пойдя, все кланялись игумену и молили его, и так принимали брата в монастырь с радостью. Ибо таковы были любовники, и воздержники, и постники.

стр. 168 О каковых скажу о нескольких мужах чудных. Ибо сей первый — Дамиан пресвитер, — был таков постник и воздержник, что, кроме хлеба и воды, не ел ничего и до смерти своей. Если кто когда приносил младенца больного, или совершенного человека, каким-либо недугом одержимого, приходил в монастырь к блаженному Феодосию, — повелевал он сему Дамиану молитву творить болящему; и тотчас творил он молитву и маслом помазывал, и так принимали исцеление приходящие к нему с верою. Когда же разболелся Дамиан и лежал, готовясь принять конец в немощи, пришёл к нему ангел Господень в образе Феодосиевом, даруя ему царство небесное за труды его. После же того пришёл Феодосий с братиею, и сидели у него; тот же, изнемогая, воззрел на игумена и сказал: не забывай, игумен, что обещал. И уразумел великий Феодосий, что видение видел тот; и сказал ему: ей, брат Дамиан, что обещано, то тебе да будет. Он же, сам живой закрыв очи, предал дух свой в руки Божии; игумен же и братия убрали тело его.

Такожде был и другой брат, Иеремия, каковой помнил крещение Русской земли. Сему был дар дарован от Бога — провидеть будущее; и если кого видел в помышлении, обличал и втайне наставлял блюстись от сатаны. Если который брат замышлял идти из монасты-

ря,

-ря, — видел и, приходя, обличал мысль его и утешал; или если говорил кому что, то и сбывалось.

Был же другой брат, по имени Матфей, и был он прозорлив. Однажды, когда стоял он в церкви на месте своём, возведя очи свои, посмотрел он по братии, стоящей и поющей по обеим сторонам, — и увидел обходящего беса в образе ляха, в лудe, несущего в приполе цветки, что называются лепок; и, обходя вдоль братии, брал он из припола лепок и метал на кого-либо. И если прилипал лепок к кому из поющих братьев, тот, немного постояв и расслабившись умом, вину сотворив какую-либо, исходил из церкви, и, пойдя в келью, засыпал, и не обретался в церкви до отпетия. Если же метал на другого и не прилипал к нему стр. 169 лепок, тот стоял в пении крепко, доколе не отпоют утреню, и тогда шёл в келью свою. И, сие видя, старец поведал братии. И опять сей же старец видел вот что. По обычаю сего старца, отстояв утреню перед зорями, шли по кельям своим; сей же старец после всех исходил из церкви. И, идя однажды, сел он отдохнуть у звонницы, — ибо келья его была поодаль от церкви, — и увидел, будто толпа пошла от ворот; и, возведя очи свои, увидел одного, сидящего на свинье, а другие бежали около него. И сказал им старец: куда идёте? И сказал ему сидящий на свинье бес: за Михалем Тоболковичем. Старец же знаменался крестом и пришёл в келью свою. Когда же стало светло, уразумел старец и сказал келейнику: иди, спроси, есть ли Михаил в келье. И сказали ему, что вышел он давеча из затвора по заутрене. И поведал старец видение сие игумену и братии. При сем старце Феодосий преставился, и стал Стефан игуменом, а по Стефане Никон, — а старец сей ещё был жив. Однажды, когда стоял он на утрене, возвёл очи свои, желая видеть игумена Никона, — и увидел осла, стоящего на игуменском месте, и уразумел, что не встал игумен.

Такожде и иные многие видения провидел старец и почил в старости в монастыре сем.

Так был и другой черноризец, по имени Исаакий. Ещё когда был он в мирском житии и богат был, — а был он купец родом торопчанин, — помыслил быть монахом и раздал имение своё требующим и монастырям, и пошёл к великому Антонию в пещеру, моля его, дабы постриг его в иноки. И принял его Антоний, и возложил на него ризы иноческие, и нарёк имя ему Исаакий; ибо имя ему было Чернь. Сей же воспринял житие крепкое: облёкся во власяницу и повелел купить себе козла, и, ободрав, мехом облёк на власяницу, и обсохла около него кожа сырая. И затворился в пещере, в одной улице, в келейке малой, около четырёх локтей, и там молил Бога со слезами. Была же снедь его — одна просфора, и та через день, и воду в меру пил; и приносил ему великий Антоний и подавал ему оконцем, в каковое вмещалась рука; и так принимал он. И того стр. 170 сотворил лет семь, на свет не выходя, ни на рёбрах не ложась, но и сидя мало принимал сна. И однажды, когда по обычаю настал вечер, начал он кланяться, поя псалмы, и до полуночи; и, утрудившись на деле своём, сел. И однажды, когда сидел он по обычаю и свечу угасил, внезапно свет воссиял, будто от солнца, в пещере, так что зрак у человека отнимал; и подошли к нему два юноши прекрасные, и блистали лица их, как солнце, и сказали ему: Исаакий, мы ангелы, а вот идёт к тебе Христос; пав, поклонись Ему. Он же не уразумел бесовского действа, и не пришло ему на память перекреститься; и, выступив, поклонился ему, как Христу, — бесовскому действу. Бесы же кликнули и сказали: наш ты, Исаакий! И, введши его в келейку, посадили его и начали садиться около него; и полна была келья их и улица печерская. И сказал один из бесов, называемый Христом: возьмите сопели, и бубны, и

гусли,

гусли, и ударьте весьма согласно; а Исаакий спляшет. И ударили в бубны, и в гусли, и в сопели, и начали им играть; и умучили его, и оставили едва жива, и отошли, поругавшись ему. И наутро, когда стало светло и приспело вкушение хлеба, пришёл Антоний по обычаю к оконцу, говоря: Господи, благослови, отче Исаакий! — и не было ответа. И сказал Антоний: вот, уже преставился он. И послал в монастырь по Феодосия и по братию; и раскопали, где было заграждено устье, и, придя, взяли его, мня, что мёртв; и, принеся, положили его пред пещерою, — и увидели, что жив он. И сказал игумен Феодосий: сие от бесовского есть действа. И положили его на одре, и служил около него Антоний.

В сие же время случилось прийти Изяславу из ляхов; и начал гневаться Изяслав на Антония из-за Всеслава, и прислал ночью, взяв Антония к Чернигову. И возлюбил тот Болдины горы, и, ископав пещеру, там вселился; и есть там монастырь святой Богородицы на Болдиных горах и до сего дня.

Феодосий же, увидев, что Антоний отошёл к Чернигову, пойдя с братиею, взял Исаакия и принёс его к себе в келью, и служил около него; ибо был тот расслаблен телом, так что не мог ни обратиться на другую сторону, ни встать, ни сидеть, но лежал на одной стр. 171 стороне и под себя мочился многажды, и черви заводились под бедром его от мочения. Феодосий же сам своими руками омывал и опрятывал его два года. Феодосий же молил Бога о нём и молитву творил над ним ночь и день, доколе на третий год не заговорил тот и слышать начал, и на ноги начал вставать, и, как младенец, начал ходить. Не радел он ходить в церковь, и силою привлекали его к церкви. И после того повелел ему Феодосий ходить с братиею в трапезу и сажал его отдельно от братии; и полагали пред ним хлеб, и не брал он его, но только если вложат в руки

его. Феодосий же сказал: положите пред ним хлеб и не вкладывайте в руку его, да ест сам. Он же не радел неделю есть; и мало-помалу, оглядываясь, вкушал хлеба, и так научился есть. И так его Феодосий избавил от козни диавольской. Исаакий же принял воздержание снова жестокое.

Когда же Феодосий преставился и Стефан в его место стал, Исаакий сказал: вот, уже прельстил ты меня был, диавол, когда сидел я на одном месте; а уже не сможешь меня победить в монастыре ходящего. И облёкся во власяницу, а на власяницу — свитку валяную, и начал юродство творить: помогать начал поварам, варя на братию; и на заутреню ходил впереди всех, стоял крепко и недвижимо. Когда же приспевала зима и морозы лютые, стоял он в поршнях протоптанных; и когда примерзали ноги его к камню, не двигал ногами, доколе не отпоют заутреню; и по заутрене шёл в поварню и приготовлял огонь, и воду, и дрова. И приходили прочие повара; один же повар был с ним, по имени тем же — Исаакий, и сказал, посмеявшись Исаакию: вон там сидит ворон чёрный; иди, поймай его. Он же, поклонившись ему до земли, пошёл, ворона поймал и принёс пред всеми поварами; они же ужаснулись и поведали игумену и братии. И начала братия чтить его; он же, не хотя славы, начал юродство творить и пакостить начал — то игумену, то братии, то мирским человекам; а иные раны ему давали. И начал по миру ходить, стр. 172 юродство творя; вселился в пещеру, в каковой пребывал прежде, — ибо уже Антоний преставился. И собрал себе юных, и возлагал на них кресты иноческие с параманами; и то от игумена Никона принимал раны, то от родителей тех детей. Сие же всё терпел, и принимал раны, и наготу, и стужу, день и ночь. И в одну ночь, когда затопили печь в истопке у пещеры, — как разгорелась печь, а была она худая, и начало пылать пламя сквозь щели, и нечем ему было заложить, — вступил он ногами босыми и стал

-мени, доколе не прогорела печь; и тогда сошёл. И иное многое поведали о нём; а другому и сам я самовидцем был. И так взял он победу над бесами, что, как мух, ни во что не ставил страхования их. Ибо говорил им: если меня, бесы, прельстили вы в пещере прежде, то потому, что не видел я козней ваших и лукавства; ныне же имею Господа Иисуса Христа, Бога моего, и на молитву отца Феодосия надеюсь, — имею победить вас. Многажды бесы пакости ему деяли, говоря: наш ты, поклонился ты нашему старейшине и нам. Он же говорил: ваш старейшина — Антихрист, а вы бесы есте. И знаменал лицо своё крестом, и так исчезали они. Иногда же снова ночью приходили к нему, страх ему творя в мечтании, будто вот народ многий с мотыгами и лопатами, говоря: рассыплем пещеру сию и сего загребём здесь. Иные же говорили: беги, Исаакий, хотят тебя загрести. Он же говорил им: если бы вы были человеками, то днём бы пришли; но вы есте тьма, и во тьме ходите, и тьма вас объяла. И знаменался крестом, и так исчезали. Другие же страшили его в образе медвежьем, и то львом, и змиями ползли к нему, то всяким гадом; и не смогли ему ничего сотворить, и сказали ему: о Исаакий, победил ты нас. Он же сказал: вы меня победили в образе Иисуса Христа и ангелов святых, будучи недостойны того видения; а вот теперь воистину явились вы в образе зверином, и скотском, и змиями, и гадом, — каковы вы стр. 173 и сами есте. И оттуда не было ему пакости от бесов, — как и сам поведал он нам: было мне сия брань три года. И потом начал он крепко жить и воздержание иметь, пощение и бдение. И так живя, скончал житие своё: разболелся в пещере, и понесли его в монастырь, и до восьмого дня скончался о Господе. Игумен же Иоанн и братия, убрав тело его, погребли его. Таковы были черноризцы Феодосиева монастыря! паки сияют и по

смерти, как светила, и молят Бога за здесь сущую братию и за мирскую братию, приносящую в монастырь, — в каковом и доныне добродетельное житие живут обще все вкупе, в пении, и в молитвах, и в послушании, на славу Богу всемогущему, Феодосиевыми молитвами соблюдаемы. Аминь.

В лето 6583 [1075].

Начата была церковь Печерская над основанием Стефаном игуменом, от основания Феодосиева; а на основании начал Стефан, и кончена была на третий год, месяца июля в 11-й день.

В тот же год пришли послы из немцев к Святославу. Святослав же, величаясь, показал им богатство своё. Они же, увидев бесчисленное множество золота, и серебра, и паволок, сказали: сие ничто же есть; ибо сие лежит мёртво, и сего лучше суть смертные мужи; ибо мужи и большего сего доищутся. Так похвалился Езекия царь иудейский Навуходоносору царю ассирийскому, у какового всё взято было в Вавилон; так и по сего смерти всё имение рассыпалось розно.

В лето 6584 [1076].

Ходил Владимир, сын Всеволодов, и Олег, сын Святославов, ляхам в помощь на чехов.

Преставился Святослав, сын Ярославов.

В тот же год преставился Святослав, сын Ярославов, месяца декабря в 27-й день, от разрезания желвака; и положили его в Чернигове у святого Спаса.

И сел по нём на столе ВСЕВОЛОД, сын Ярославов, внук великого Владимира, месяца января.