Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

III. Евфросиния Полоцкая и сопротивление неволе: оригинал

Евфросиния Полоцкая - отказ от брака, монастырь, переписывание книг и помощь бедным, обучение сестры Гордиславы; уход населения с родных мест и опустевшее Поднепровье. С. 328-331. Текст в орфографии издания 1907 года.

Въ самыя мрачныя эпохи варварства исторія чаще всего старается отыскать на темномъ фонѣ человѣческой жизни хотя бы одну свѣтлую точку, на которой глазъ могъ бы успокоиться и отдохнуть. Отрадно увидѣть среди сонма озвѣрѣвшихъ людей ангела-хранителя, ласкающаго и оберегающаго измученныя жертвы своимъ теплымъ участіемъ и любовью. Мы всегда съ удивленіемъ и благоговѣніемъ будемъ останавливаться на божественныхъ женскихъ образахъ, нарисованныхъ художественной кистью Тургенева, чарующая нравственная прелесть которыхъ способна возвысить насъ нравственно надъ обыденной людской пошлостью.

И въ это-то мрачное время была именно одна такая свѣтящаяся точка на темномъ фонѣ въ лицѣ Евфросиніи Полоцкой, внучки извѣстнаго уже намъ полоцкаго князя Всеслава Брячиславича и дочери младшаго изъ шести его сыновей — князя Георгія. У Георгія было двѣ дочери: Предислава и Гордислава и сынъ Давидъ. Лѣтописныя сказанія рисуютъ Предиславу поэтическими чертами. Личность ея можетъ служить протестомъ противъ существовавшаго изувѣрства и насилій. Слѣдуетъ отмѣтить здѣсь одну замѣчательную черту многихъ личностей древней Руси, причисленныхъ къ лику святыхъ: почти всѣ они, помимо приносимаго ими нравственнаго добра, отмѣчены печатью знанія и учености, что мы гораздо рѣже встрѣчаемъ въ области агіографіи позднѣйшаго времени. Такою была Евфросинія Полоцкая, такимъ былъ въ то же время Авраамій Смоленскій. Къ сожалѣнію, исторія мало сохранила деталей относительно ея личной жизни. Въ дѣтствѣ Предислава (ея языческое имя) обнаружила столь страстную любовь къ ученію, что удивляла своихъ родителей. Въ 12 лѣтнемъ возрастѣ она уже хорошо читала книги и писала. Она была прекрасна лицомъ и отличалась ангельской добротой къ людямъ. Ея душа съ юныхъ лѣтъ болѣла несчастіями родины. Неудивительно, что уже на 13-мъ году ея жизни многіе изъ князей начали искать ея руки. Въ то время выдавали дѣвицъ замужъ очень рано, даже въ 8-ми лѣтнемъ возрастѣ. Грубые общественные нравы, какъ результатъ невѣжества и общественнаго построенія, не возбуждали кн. Предиславѣ желанія вступать въ супружескій союзъ, въ которомъ она могла играть роль только безгласной рабыни. Она рѣшила бѣжать изъ родительскаго дома. И вотъ ночью тайно отъ родителей она убѣгаетъ въ загородный женскій монастырь, гдѣ жила инокиней ея родная тетка, супруга князя Романа Всеславича. Это было между 1116–1120 годами. Со слезами на глазахъ она умолила свою тетку принять ее къ себѣ въ монастырь. Та приняла ее и постригла подъ именемъ Евфросиніи; но на другой же день родители хватились ея. Отецъ явился въ монастырь и „жалостно терзаше власы главы своея и любезно цѣловаше ю“, упрашивалъ вернуться домой. Евфросинія оставалась непреклонной. Въ женскомъ монастырѣ она могла оставаться пассивной личностью, такъ какъ не представлялось возможности примѣнить къ какому либо дѣлу свои способности. Спустя нѣсколько времени, Евфросинія поселилась съ дозволенія епископа полоцкаго Иліи въ „голбцѣ каменнѣ“ Софійскаго каѳедральнаго собора, находившемся въ подвальномъ этажѣ, подъ церковью. Здѣсь, при соборѣ, сохранялась богатая по тому времени библіотека44, состоявшая изъ рукописныхъ сочиненій. Въ данномъ случаѣ для насъ является особенно интереснымъ то, какъ Евфросинія будетъ проводить время въ подвальномъ „голбцѣ“. Съ утра и до вечера она посвящала себя списыванью рукописныхъ книгъ, которыя потомъ продавала желающимъ и всѣ вырученныя деньги расходовала на помощь бѣднымъ. Впослѣдствіи, вѣроятно при помощи своего отца, она имѣла возможность построить новую Спасскую каменную церковь, гдѣ около хоровъ и сейчасъ видны двѣ маленькія комнатки, въ которыхъ жила Евфросинія, занятая и здѣсь списываніемъ книгъ. Евфросинія не хотѣла оставлять въ невѣжествѣ свою маленькую сестру Гордиславу. Она упросила родителей пустить ее къ ней погостить, „да научится грамотѣ“, сказано въ житіи. Тѣ согласились. Сколько времени прожила Гордислава у сестры — неизвѣстно, но только когда отецъ послалъ за ней въ монастырь, чтобы она шла домой, Евфросинія не пустила ее, отвѣтивъ родителямъ, что сестра „еще неизвыче всей грамотѣ“. Кончилось однако тѣмъ, что и Гордислава постриглась въ монахини подъ именемъ Евдокіи и навсегда осталась въ монастырѣ, хотя этотъ поступокъ Евфросиніи настолько огорчилъ ея отца, что онъ „возъярившися на преподобную Евфросинію, сердцемъ горя“. Лѣтописныя сказанія, описывая образъ жизни Евфросиніи, симпатичными чертами квалифицируютъ ея нравственныя качества. Своимъ умомъ и качествами своего сердца она умѣла возбудить къ себѣ всеобщую любовь и уваженіе. „Аще кто ея вопрошае о коей вещи — говорится въ одномъ сказаніи, — она ему разрѣшаше, и кто ея послушаше, то и добро получаше, ибо всѣхъ хотяше имѣти яко одину душу“45. Таковъ былъ нравственный обликъ Евфросиніи, призывавшей всѣхъ къ дѣятельной любви и просвѣщенію въ тотъ вѣкъ безправія и насилія.

Евфросинія умерла 23 мая 1173 года. Церковь причислила ее къ лику святыхъ.

Жизнь и дѣятельность Евфросиніи служила, конечно, протестомъ противъ царившаго зла; но этотъ протестъ, выражавшійся въ формѣ воздѣйствія на нравственную сторону человѣческой природы, былъ единичный, исключительный. Народъ проявлялъ свой протестъ различнымъ образомъ. Какъ бы тяжко ни былъ придавленъ человѣкъ внѣшнимъ гнетомъ, ему всегда будетъ присуще стремленіе къ свободѣ, къ собственному самоопредѣленію. Это именно стремленіе къ свободѣ и побуждало низшіе классы населенія искать выхода изъ своего угнетеннаго рабскаго положенія, и онъ находилъ его въ массовомъ проявленіи пассивнаго протеста противъ господствовавшаго порядка, противъ пренебреженія человѣческой личностью. Крестьяне, „челядь“ — массами бѣжали изъ приднѣпровской Руси на сѣверъ, сѣверо-западъ, сѣверо-востокъ въ ростовско-суздальскій край, на Волгу и другія мѣста — „куда глаза глядятъ“. Это бѣгство проявлялось въ различныхъ формахъ: прежде всего въ формѣ массоваго паломничества ко святымъ мѣстамъ. Лѣтописцы говорятъ, что эти паломничества до такой степени были многолюдны, что они отнимали массу рабочихъ рукъ у земледѣлія, такъ что во многихъ мѣстахъ совсѣмъ некому было обработывать землю: деревни и поля опустѣли. По Нифонту уходъ этотъ причинялъ великій вредъ государству46. Уходившіе паломники рѣдко возвращались обратно. Рѣчная приднѣпровская полоса съ притоками, издавна такъ густо заселенная, съ конца XII вѣка пустѣетъ, населеніе вообще разбѣгается, разбѣгается отъ рабства и неволи47. Убыль населенія является также результатомъ постоянныхъ междуусобныхъ княжескихъ войнъ... Между рѣками Друтью и низовымъ теченіемъ Березины, а также между Могилевомъ и рѣкой Сожемъ — въ такомъ количествѣ разсѣяны курганы, „что невольно рождается мысль, будто бы эта страна была вѣковымъ кладбищемъ какого-то многочисленнаго народа“48. Одинъ путешественникъ начала XIII вѣка сообщаетъ, что вся приднѣпровская Русь была покрыта черепами и скелетами... Въ самомъ Кіевѣ, по Титмару Мерзебургскому, въ XI вѣкѣ считалось 400 церквей и 8 торговыхъ рынковъ, гдѣ прежде гостили иностранные купцы, въ концѣ XII вѣка остались лишь развалины, 200 бѣдныхъ лачугъ и хижинъ. Само Полоцкое княжество, обезсиленное и ослабленное малолюдностью и внутренними смутами подчинилось въ XIII вѣкѣ Литвѣ; Кіевская Русь по тѣмъ же причинамъ не могла противостоять татарскому нашествію.

И. Красноперовъ.

Примечания

44. Е. Голубинскій, Исторія русской церкви, 1881 г., II, 493.

45. Житіе преподобной Евфросиніи княжны полоцкой, изд. А. Сапунова, 1888 г.

46. Калайдовичъ, 176 и 203.

47. Ключевскій, I, 344.

48. Турчиновичъ, Очеркъ Бѣлоруссіи, 3.