По Западу России. Лист 508, с. 508
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 508
Оригинал
шляхтичъ польскйй», считалъ возможнымъ, для женитьбы, перейти въ православіе и советовалъ пригласить на соборъ и представителей Восточной церкви.
Развитіѣ протестантскаго движенія не замедлило выйти изъ книгъ и кружковъ на улицу, и въ Кракове$ въ маскарадныхъ процессіяхъ 1549 и 1550 годахъ всенародно осмѣивалась обрядность католической церкви. Не замедлили появленіемъ своимъ многочисленные протестантскіе съѣзды, открыто рассуждавшіе о томъ, какъ двигать реформацію; состоялись одинъ за другимъ, съ 1554 года начиная, настоящіе протестантскіе синоды; начался переходъ въ протестантскіе руки костеловъ, причемъ выбрасывались изъ нихъ католическія иконы.
Движеніе росло не по днямъ, а по часамъ, вслѣдствіе неопредѣленности характера, перемѣнчивости взглядовъ и вѣчной нерѣшительности короля Сигизмунда-Августа, вѣчно откладывавшего «До завтра» свои настоятельнѣйшія решенія. Нельзя сказать, чтобы король не видѣлъ того, въ чемъ нуждалась Польша; онъ предсказывалъ даже ея паденіе, но стать господиномъ своего положенія, ухватить шедшее ему въ руки счастье, освободиться отъ Рима образовать народную, польскую церковь,—онъ не могъ, или, вѣрнее, не смѣлъ.
Для этого нужна была или циническая энергія Генриха МШП Англййскаго, или ясное пониманіе значенйя минуты для цѣли дѣйствія, какъ въ Густаве-Вазе Шведскомъ; въ Сигизмундѣ-Августе& ничего подобнаго не было: онъ угождалъ и католикамъ, и протестантамъ, и обещалъ даже послѣднимъ, на сейме 1555 года, создать національный соборъ; онъ разрешилъ каждому у себя въ домѣ держать какихъ угодно каплановъ, служить по какому угодно обряду, принимать причастіѣ подъ двумя видами, а ксендзамъ — жениться. Годъ спустя онъ уже приравниваетъ протестантскую ересь къ государственной измѣнѣ. Завѣряя папу въ самомъ тепломъ правовѣріи, онъ переписывается съ Кальвиномъ и даетъ въ Вильне$ аудіенцію призванному изъ Европы знаменитому реформатору поляку Яну Ласкому, и даже бесѣдуетъ нѣсколько разъ съ антитринитаріемъ Леліемъ Социномъ.
Здѣсь не мѣсто упоминать болѣе подробно о томъ, какъ раздѣлилось польское протестантство на партіи лютеранъ, гуситовъ, кальвинистовъ, аріанъ, антитринитаріевъ; какъ развѣялся въ прахъ искусственный союзъ протестантовъ со шляхтой, противъ Рима, на томъ основаніи, что идея освобожденія церкви въ государствѣ была для шляхты идеей господства шляхты въ церкви, чего протестантское нововѣріе не хотело никоимъ образомъ; какъ искали протестанты союза съ православными на синоде& въ Торне 1595 и на соборе$ въ Бресте$ 1596 года; какъ силенъ былъ въ Польшѣ даже подрывающйй христйанство въ корнѣ, подрывающйй Св. Троицу, антитринитаризмъ, потому что на синоде 1563 года цѣлыхъ сорокъ два проповѣдника подписали исповѣданіе вѣры, отвергавшее ученіе о тройственности Божества! Здѣсь не мѣсто вспоминать подробно, какъ свилъ себе% въ мѣстечке Ракове гнѣздо социніанизмъ, благодаря личному присутствію здесь знаменитаго Социна, отвергавшего божественность Спасителя, и признававшего Святой Духъ не лицомъ, а снлою, что и изложено въ извѣстномъ «Раковскомъ катехизисѣ»; какъ, наконецъ, въ
Современная орфография
шляхтич польский», считал возможным, для женитьбы, перейти в православие и советовал пригласить на собор и представителей Восточной церкви.
Развитие протестантского движения не замедлило выйти из книг и кружков на улицу, и в Кракове в маскарадных процессиях 1549 и 1550 годах всенародно осмеивалась обрядность католической церкви. Не замедлили появлением своим многочисленные протестантские съезды, открыто рассуждавшие о том, как двигать реформацию; состоялись один за другим, с 1554 года начиная, настоящие протестантские синоды; начался переход в протестантские руки костелов, причем выбрасывались из них католические иконы.
Движение росло не по дням, а по часам, вследствие неопределенности характера, переменчивости взглядов и вечной нерешительности короля Сигизмунда-Августа, вечно откладывавшего «до завтра» свои настоятельнейшие решения. Нельзя сказать, чтобы король не видел того, в чем нуждалась Польша; он предсказывал даже её падение, но стать господином своего положения, ухватить шедшее ему в руки счастье, освободиться от Рима, образовать народную, польскую церковь, — он не мог, или, вернее, не смел.
Для этого нужна была или циническая энергия Генриха VIII Английского, или ясное понимание значения минуты для цели действия, как в Густаве-Вазе Шведском; в Сигизмунде-Августе ничего подобного не было: он угождал и католикам, и протестантам, и обещал даже последним, на сейме 1555 года, создать национальный собор, он разрешил каждому у себя в доме держать каких угодно Капланов, служить по какому угодно обряду, принимать причастие под двумя видами, а ксендзам — жениться. Год спустя он уже приравнивает протестантскую ересь к государственной измене. Заверяя папу в самом теплом правоверии, он переписывается с Кальвином и дает в Вильне аудиенцию призванному из Европы знаменитому реформатору поляку Яну Ласкому, и даже беседует несколько раз с антитринитарием Лелием Социном.
Здесь не место упоминать более подробно о том, как разделилось польское протестантство на партии лютеран, гуситов, кальвинистов, ариан, антитринитариев; как развеялся в прах искусственный союз протестантов со шляхтой против Рима, на том основании, что идея освобождения церкви в государстве была для шляхты идеей господства шляхты в церкви, чего протестантское нововерие не хотело никоим образом; как искали протестанты союза с православными на синоде в Торне 1595 и на соборе в Бресте 1596 года; как силен был в Польше даже подрывающий христианство в корне, подрывающий Св. Троицу, антитринитаризм, потому что на синоде 1563 года целых сорок два проповедника подписали исповедание веры, отвергавшее учение о тройственности Божества! Здесь не место вспоминать подробно, как свил себе в местечке Ракове гнездо социнианизм, благодаря личному присутствию здесь знаменитого Социна, отвергавшего божественность Спасителя, и признававшего Святой Дух не лицом, а силой, что и изложено в известном «Раковском катехизисе»; как, наконец, в