Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

По Западу России. Лист 383, с. 382

Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.

По Западу России, 1897: лист 383 из 622

С. 382

Оригинал

ухватилъ ее, нажимаетъ, а она съ кости-то никакъ не сойдетъ. Такъ полтора сутокъ мы съ нимъ сцѣпившись вокругъ березки ходили—-полянку ишьъ какую вытоптали! Сорвалась-таки съ кости.—А вотъ другой случай: «Шелъ охотникъ полѣсовщикъ, а къ поясу-то у него привешены коппалы (тетерева). Только слышу я, кто этто у мене толконетъ, да какъ коппалу-то потянетъ. Думалъ все, что за сучья цѣпляюсь, анъ глядь—онъ. Я ему: эй оставь! не твое дѣло полѣсованье! а онъ опять! Я ему: эй! брось лучше! не то зарублю! Нѣтъ, братецъ ты мой, такъ и тянетъ! Я его этто маленько вннтовкой-то опоясалъ; опять присталъ!» — Ну что же? спрашиваю. — «Что жъ? зарубилъ, только и толку было».

Съ медвѣдей рѣчь перешла на волковъ, и Абрамъ Андреевичъ рассказалъ довольно оригинальный случай: ѣхалъ мужичокъ знмою съ сыномъ, порядкомъ навеселе\. По дороге навстрѣчу имъ бѣжитъ волкъ; увидалъ людей, дѣлать нечего,— спрыгнулъ въ снѣгъ, —а снёгъ-то глубокъ былъ,—и сидитъ, пережидаетъ, пока проѣдутъ. У мужичка въ головѣ хмель бродитъ; обидно ему показалось, что волкъ не б!жпть.—«Стой, Тимошка!»—говорить сыну:—«я его, каналью! Онъ у меня лЁтомъ двухъ барановъ зарѣзалъ, а теперь рассѣлся въ сн\гу, да посматриваетъ, точно такъ и надо!» — Да, не долго, думая изъ саней-то и махъ въ сугробъ!—Бросился волку на спину и схватилъ его такъ, что тому не повернуться.—«Бей, Тимошка!» — кричитъ.—-Да чѣмъ? — Въ саняхъ ничего не было, кроме бутылки съ масломъ, — бутылка-то, правда толстая, изъ-подъ шампанскаго, — закупорили пробку покрѣпче, да бутылкой волка и убили.

Пароходъ, между тѣмъ, побывавъ въ С%Сенной губе%, подходилъ ко второй своей пристани — Кижамъ. Расположенный на острове$ Кижскій погостъ можетъ, по справедливости, гордиться своей церковью, представляющею рѣдкостный образецъ многоглаваго типа въ церковной деревянной архитектуре$. Она построена около половины прошлаго столѣтйя и освящена во имя Преображенія Господня. Въ планѣ храмъ имѣетъ форму креста, каждая сторона котораго крыта тремя уступами, и на каждомъ изъ этихъ уступовъ поставлено по главке, такъ что въ общемъ крыша в\венчается более нежели 20-ю главами. Въ самой церкви хранится нёсколько интересныхъ, древнихъ иконъ, но особенно замѣчательна, для глаза, не привыкшего къ сѣвернымъ постройкамъ, обработка потолка въ виде№ многограннаго шатра, упирающегося вершиною въ кругъ и расписаннаго изображеніями святыхъ; такая обработка носитъ здѣсь названіе «неба». Съ постройкою церкви связано преданіе о бунтѣ, бывшемъ около того времени въ Кижахъ. «Церковь-то прежде но здѣсь ставить хотѣли, — рассказывали намъ: —вонъ пригорочекъ-то съ часовенкой, направо-то — тамъ и решили, туда ужъ и бревна свезены были. Только стали въ ту пору Кижи подъ Заводъ подводить. Пріехалъ енаралъ, прочиталъ указъ, а мужички-то заупрямились, -— никто подписываться не идетъ. Енаралъ велѣлъ пушку навести. Солдатъ навелъ пушку.— «Много ли народу возьметъ?» —спрашиваетъ енарал-то.— Человѣкъ 75 возьметъ. — «Много».—-Навели пушку повыше. «Много ль возьметъ?»—Человекъ 25.—«Много».—Навели еще выше.—-«Много ли теперь

Современная орфография

ухватил ее, нажимает, а она с кости-то никак не сойдет. Так полтора суток мы с ним сцепившись вокруг березки ходили — полянку ишь какую вытоптали! Сорвалась-таки с кости». — А вот другой случай: «Шел охотник полесовщик, а к поясу-то у него привешены коппалы (тетерева). Только слышу я, кто этто у мене толконет, да как коппалу-то потянет. Думал все, что за сучья цепляюсь, ан глядь — он. Я ему: эй оставь! не твое дело полесованье! а он опять! Я ему: эй! брось лучше! не то зарублю! Нет, братец ты мой, так и тянет! Я его этто маленько вннтовкой-то опоясал; опять пристал!» — Ну что же? спрашиваю. — «Что ж? зарубил, только и толку было».

С медведей речь перешла на волков, и Абрам Андреевич рассказал довольно оригинальный случай: ехал мужичок зимой с сыном, порядком навеселе. По дороге навстречу им бежит волк; увидал людей, делать нечего, — спрыгнул в снег, — а снег-то глубок был, — и сидит, пережидает, пока проедут. У мужичка в голове хмель бродит; обидно ему показалось, что волк не бежит. — «Стой, Тимошка!» — говорить сыну: — «я его, каналью! Он у меня летом двух баранов зарезал, а теперь расселся в снегу, да посматривает, точно так и надо!» — Да, не долго, думая из саней-то и мах в сугроб! — Бросился волку на спину и схватил его так, что тому не повернуться. — «Бей, Тимошка!» — кричит. — Да чем? — В санях ничего не было, кроме бутылки с маслом, — бутылка-то, правда толстая, из-под шампанского, — закупорили пробку покрепче, да бутылкой волка и убили.

Сенная губа

Пароход, между тем, побывав в Сенной губе, подходил ко второй своей пристани — Кижам. Расположенный на острове Кижский погост может, по справедливости, гордиться своей церковью, представляющей редкостный образец многоглавого типа в церковной деревянной архитектуре. Она построена около половины прошлого столетия и освящена во имя Преображения Господня. В плане храм имеет форму креста, каждая сторона которого крыта тремя уступами, и на каждом из этих уступов поставлено по главке, так что, в общем, крыша венчается более, нежели 20-ю главами. В самой церкви хранится несколько интересных, древних икон, но особенно замечательна, для глаза, не привыкшего к северным постройкам, обработка потолка в виде многогранного шатра, упирающегося вершиной в круг и расписанного изображениями святых; такая обработка носит здесь название «неба». С постройкой церкви связано предание о бунте, бывшем около того времени в Кижах. «Церковь-то прежде не здесь ставить хотели, — рассказывали нам: — вон пригорочек-то с часовенкой, направо-то — там и решили, туда уж и бревна свезены были. Только стали в ту пору Кижи под завод подводить. Приехал енарал, прочитал указ, а мужички-то заупрямились, — никто подписываться не идет. Енарал велел пушку навести. Солдат навел пушку. — «Много ли народу возьмет?» — спрашивает енарал-то. — Человек 75 возьмет. — «Много». — Навели пушку повыше. «Много ль возьмет?» — Человек 25. — «Много». — Навели еще выше. — «Много ли теперь