Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

По Западу России. Лист 199, с. 196

Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.

По Западу России, 1897: лист 199 из 622

С. 196

Оригинал

православная церковь, а на другомъ холмѣ—восьмигранная башня старой развалины. Улицы все$ мощены; лютеранская церковь — что совершенная особенность— уступаетъ русской въ благолѣпіи, но старше ея годами я очень почтенна въ своихъ скромныхъ, безъ всякихъ изворотовъ и кривлянйй, архитектурныхъ линіяхъ.

Какъ ни малъ Вейсенштейнъ, но и онъ имѣетъ что рассказать какъ о далекомъ быломъ, такъ и о болѣе близкихъ къ намъ дняхъ. Основанъ онъ ландмейстеромъ Медемомъ въ 1265 или 1266 годахъ, одновременно съ Митавой. Въ ХУ в№х% умеръ здесь комтуръ Гельвигъ Гильзенъ, обладавшій почему-то неисчерпаемыми богатствами; по смерти его, ихъ забралъ ландмейстеръ Керсдорфъ и отправилъ въ Пруссію, и, несмотря на то, что орденъ протестовалъ, клады Вейсенштейна исчезли. Было здѣсь и другое начальствующее лицо, фохтъ фонт-Тюленъ, носившйй на груди своей золотую цепь въ 21 фунтъ вёсомъ. Съ 1572 по 1581 годъ сидѣлъ здѣсь русский воевода, послѣ него шведы, затѣмъ поляки. Очень любопытенъ длившййся не одно столѣтіе споръ города съ помѣщиками сосѣдняго Мексгофа, на землѣ котораго онъ возникъ. Уже въ 1398 году получилъ Вейсенштейнъ свои особыя <привилегіи». Королева Христина шведская, обильно раздававшая здѣсь въ крае% своимъ вельможамъ помѣстья, подарила замокъ Мексгофъ фельдмаршалу Торстенсону въ 1636 году; въ 1669 году продано это владѣніе Ферзену и Страсбургеру, и за первымъ изъ нихъ въ 1673 году утверждено Карломъ ХП владѣніе. При редукціяхъ, Мексгофъ перешелъ къ шведской коронѣ, но вдова, наслѣдница, не убоялась спорить даже съ нею. Когда редукціямъ, по великодушію русскаго царя, данъ былъ обратный ходъ, то комиссія, рассматривавшая права владѣнія, утвердила собственность Мексгофа за барономъ Штакельбергомъ, и городъ Вейсенштейнъ, по примѣру прежнихъ летъ, эксплуатировался новымъ помѣщикомъ не хуже старыхъ. Однимъ почеркомъ пера Екатерины П, послѣ необозримо долгихъ споровъ, былъ Вейсенштейнъ освобожденъ отъ крѣпостной зависимости, сдѣланъ въ 1783 году уезднымъ городомъ, а Штакельбергъ вознагражденъ со щедростью, им!вшею слишкомъ частое примѣненіе въ балтййскомъ крае&: указъ 1-го декабря 1789 года объясняетъ, что, взамѣнъ земель, луговъ и строенйй, отошедшихъ въ пользу вновь созданнаго города, и въ вознагражденіе за перешедшіе къ короне сборы и подати, Штакельбергамъ отданы въ вѣчное владѣніе четыре мызы съ угодьями. Споръ среднев\коваго характера былъ поконченъ, но заплатила за это опять-таки наша щедрая казна.

Небольшой лютеранскйй храмъ въ Вейсенштейнѣ, сгорѣвший въ 1845 году, вновь отстроенъ, какъ и многіе лютеранскіе храмы, на русскіе деньги, великодушно пожертвованныя Императоромъ Николаемъ Г, освященъ онъ въ 1847 г. Одно изъ украшенйй его не могло не броситься въ глаза, Как-то странно и невѣроятно было очутиться, совершенно неожиданно, лицомъ къ лицу, съ картиной, служащею здёсь образомъ, болѣе чёмъ радикально-реальнаго характера, а именно съ копіей, во всю величину, «Тайной Вечери»—Ге. Кто не помнитъ очень хорошо времени возникновенйя этой картины, времени «Современника» и «Русскаго Слова», времени радикализма шестидесятыхъ годовъ; въ

Современная орфография

православная церковь, а на другом холме — восьмигранная башня старой развалины. Улицы все мощены; лютеранская церковь, — что совершенная особенность, — уступает русской в благолепии, но старше её годами и очень почтенна в своих скромных, без всяких изворотов и кривляний, архитектурных линиях.

Как ни мал Пайде, но и он имеет, что рассказать как о далеком былом, так и о более близких к нам днях. Основан он ландмейстером Медемом в 1265 или 1266 годах, одновременно с Митавой. В XV веке умер здесь комтур Гельвиг фон Гильзен, обладавший почему-то неисчерпаемыми богатствами; по смерти его, их забрал ландмейстер Керсдорф и отправил в Пруссию, и, несмотря на то, что орден протестовал, клады Пайде исчезли. Было здесь и другое начальствующее лицо, фохт фон Тюлен, носивший на груди своей золотую цепь в 21 фунт весом. С 1572 по 1581 год сидел здесь русский воевода, после него шведы, затем поляки. Очень любопытен длившийся не одно столетие спор города с помещиками соседнего Мексгофа, на земле которого он возник. Уже в 1398 году получил Пайде свои особые «привилегии». Королева Христина шведская, обильно раздававшая здесь в крае своим вельможам поместья, подарила замок Мексгоф фельдмаршалу Торстенсону в 1636 году; в 1669 году продано это владение Ферзену и Страсбургеру, и за первым из них в 1673 году утверждено Карлом XI владение. При редукциях, Мексгоф перешел к шведской короне, но вдова, наследница, не убоялась спорить даже с нею. Когда редукциям, по великодушию русского царя, дан был обратный ход, то комиссия, рассматривавшая права владения, утвердила собственность Мексгофа за бароном Штакельбергом, и город Пайде, по примеру прежних лет, эксплуатировался новым помещиком не хуже старых. Одним почерком пера Екатерины II, после необозримо долгих споров, был Пайде освобожден от крепостной зависимости, сделан в 1783 году уездным городом, а Штакельберг вознагражден со щедростью, имевшей слишком частое применение в балтийском крае: указ 1-го декабря 1789 года объясняет, что, взамен земель, лугов и строений, отошедших в пользу вновь созданного города, и в вознаграждение за перешедшие к короне сборы и подати, Штакельбергам отданы в вечное владение четыре мызы с угодьями. Спор средневекового характера был покончен, но заплатила за это опять-таки наша щедрая казна.

Небольшой лютеранский храм в Пайде, сгоревший в 1845 году, вновь отстроен, как и многие лютеранские храмы, на русские деньги, великодушно пожертвованные Императором Николаем I; освящен он в 1847 г. Одно из украшений его не могло не броситься в глаза. Как-то странно и невероятно было очутиться, совершенно неожиданно, лицом к лицу, с картиной, служащей здесь образом, более чем радикально-реального характера, а именно с копией, во всю величину, «Тайной Вечери» Ге. Кто не помнит очень хорошо времени возникновения этой картины, времени «Современника» и «Русского Слова», времени радикализма шестидесятых годов; в