По Западу России. Лист 94, с. 91
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 91
Оригинал
гробовой доске съ изображеніемъ страшнаго суда; купель 1704 года, подарокъ баусской церкви отъ нѣкоей госпожи Шультъ, во вниманіе къ тому, что ей довелось видѣть 300 человѣкъ своего прямаго потомства. О добросовестности храненйя вообще свидетельствуетъ собраніе митавскихъ афишъ съ конца ХУП по начало Х]Х вѣка: надобно же было имѣть терпѣніе и послѣдовательность, чтобы собирать афиши въ теченіе болѣе чѣмъ столѣтія;я! Любопытенъ кубокъ, вмещающій восемь бутылокъ, который некто Офенбергъ осушалъ сразу; зам%- замечательна небольшая фотографія останковъ перваго епископа Мейнгарда (} 1196): при передѣлкѣ рижскаго собора въ 1883 году ихъ вскрывали и нашли, что кости сложены въ небольшой четырехъугольный ящикъ, а не во всю длину человѣка. Нагляднымъ свидѣтельствомъ того, какъ свѣваются временемъ старые рыцарскіе замки, служили рисунки двадцатыхъ годовъ: развалины, которыя им\имелись тогда налицо, теперь не существуютъ.
Совершенно самостоятеленъ былъ отдѣлъ грамотъ и хартий, которые находятся здѣсь въ великомъ почете, далеко не все по праву и значенію. Старейшая—1245 года; тутъ же имѣлись налицо копія знаменитой Рас4а знѣ)есйопё8 1561 Сигизмунда, о которой упоминается въ грамоте$ Петра 1, Еогпишйа герйойпв 1617 и всякіе подтвержденія правъ и привилегий курляндскаго дворянства. Къ числу способовъ, способствовавшихъ сохраненію грамотъ въ балтийской стране, должно отнести, напримѣръ, и слѣдующйй: когда шведское правительство потребовало отъ лифляндскаго дворянства подлинной грамоты Сигизмунда, оно представило только копйю съ неё, объяснивъ, что подлинная затерялась; нѣчто сходное имѣло мѣсто и съ былыми требованіями нашего правительства. Вообще всякимъ грамотамъ въ этомъ крае\ нѣтъ числа, и митавская выставка доказывала это. Не виднѣлось между ними только самаго важнаго документа—-«Грамоты Петра П», и по причинамъ весьма существеннымъ. Вотъ они въ нѣсколькихъ словахъ.
Когда, въ конце 1709 года, Петръ 1 завоевалъ прибалтийскую страну и желалъ избѣгнуть лишняго кровопролитія при взятіи городовъ Риги, Ревеля и Пернова, то обнародовалъ «Универсалъ» — воззваніе, обѣщавшее сохранить евангелическое вѣроисповеданіе и дворянству его привилегіи. На это воззваніе ответа не послѣдовало, и тогда приступили къ осадѣ Риги и Пернова, и они сдались на капитуляцію въ 1710 году: Рига — Шереметеву 4-го іюля, Перновъ— Бауэру 12-го августа. При сдачѣ имъ были предложены такъ называемые «аккордные пункты», частью утвержденные генералами, частью отложенные до утвержденія царемъ. Въ Эстляндіи Петръ П тоже обнародовалъ воззваніе 16-го августа 1710 года, и, вслѣдствіе№ неполученія отвѣта, начата вторая осад: Ревеля, сдавшегося Бауэру на капитуляцію 29-го сентября 1710 года, утвердившему тоже часть аккордныхъ пунктовъ. Затѣмъ дворянство и гражданство, до утвержденія Высочайшею властью аккордныхъ пунктовъ, присягнули на подданство Россіи. Заключенныя капитуляціи были большею частью утверждены Петромъ 1, и дворянству Лифляндіи и Эстляндіи, и городамъ Ригѣ и Ревелю выданы жалованныя грамоты. О маленькой Курляндіи, составлявшей въ то время особое герцогство, въ грамотахъ не могло быть н помину.
Современная орфография
гробовой доске с изображением страшного суда; купель 1704 года, подарок баусской церкви от некоей госпожи Шульт, во внимание к тому, что ей довелось видеть 300 человек своего прямого потомства. О добросовестности хранения вообще свидетельствует собрание митавских афиш с конца XVII по начало XIX века: надобно же было иметь терпение и последовательность, чтобы собирать афиши в течение более чем столетия! Любопытен кубок, вмещающий восемь бутылок, который некто Офенберг осушал сразу; замечательна небольшая фотография останков первого епископа Мейнгарда (у. 1196): при переделке рижского собора в 1883 году их вскрывали и нашли, что кости сложены в небольшой четырехугольный ящик, а не во всю длину человека. Наглядным свидетельством того, как свеваются временем старые рыцарские замки, служили рисунки двадцатых годов: развалины, которые имелись тогда налицо, теперь не существуют.
Совершенно самостоятелен был отдел грамот и хартий, которые находятся здесь в великом почете, далеко не все по праву и значению. Старейшая — 1245 года; тут же имелись налицо копия знаменитой Pacta subjectionis 1561 Сигизмунда, о которой упоминается в грамоте Петра I, Formula regiminis 1617 и всякие подтверждения прав и привилегий курляндского дворянства. К числу способов, способствовавших сохранению грамот в балтийской стране, должно отнести, например, и следующий: когда шведское правительство потребовало от лифляндского дворянства подлинной грамоты Сигизмунда, оно представило только копию с неё, объяснив, что подлинная затерялась; нечто сходное имело место и с былыми требованиями нашего правительства. Вообще всяким грамотам в этом крае нет числа, и митавская выставка доказывала это. Не виднелось между ними только самого важного документа — «Грамоты Петра I», и по причинам весьма существенным. Вот они в нескольких словах.
Когда, в конце 1709 года, Петр I завоевал прибалтийскую страну и желал избегнуть лишнего кровопролития при взятии городов Риги, Таллина и Пярну, то обнародовал «Универсал» — воззвание, обещавшее сохранить евангелическое вероисповедание и дворянству его привилегии. На это воззвание ответа не последовало, и тогда приступили к осаде Риги и Пярну, и они сдались на капитуляцию в 1710 году: Рига — Шереметеву 4-го июля, Пярну — Бауэру 12-го августа. При сдаче им были предложены так называемые «аккордные пункты», частью утвержденные генералами, частью отложенные до утверждения царем. В Эстляндии Петр I тоже обнародовал воззвание 16-го августа 1710 года, и, вследствие неполучения ответа, начата вторая осад Таллина, сдавшегося Бауэру на капитуляцию 29-го сентября 1710 года, утвердившему тоже часть аккордных пунктов. Затем дворянство и гражданство, до утверждения Высочайшей властью аккордных пунктов, присягнули на подданство России. Заключенные капитуляции были большей частью утверждены Петром I, и дворянству Лифляндии и Эстляндии, и городам Риге и Таллину выданы жалованные грамоты. О маленькой Курляндии, составлявшей в то время особое герцогство, в грамотах не могло быть и помину.