Ольшевская летопись. Страница 4

Оригинал (по-польски)

się pot to poddać i tim posłom iego nosi, gąbi, vssi kazał poobrzezivać i do niego odpuscil. I ten czar na latho, sebrawssi się z vielkiemi siłami i ordami tatarskiemi, i szedl na Ruską ziemią i viele zlego na Ruskiei ziemi poczinil. A xiądz vielki Skirmonth, zebrawssi wszitko voysko swoie, i potkal iego na granici swey w Koydąnovie, i poraził tego czara i wszitka rotą tatarską pobil, i samego czara vbil i zwiciąstwem vielkim szedl na Ruską ziemią i wziął zamek Mozir, Gzernichow, Starodup, Koraczew. I po wszitkiemi w czalosci, zviciąstwo odzierżawssi, wrocił się nazad. I mial xiądz vielki Skirmont sinow trzech: starssi Tronat, drugi Lvbiort, trzeci Pisimont.

O trzech sinyech Skirmontovych

Kxiądz vielki Skirmont w vielkyey [л. 274] starosci swei vmrze, sin iego siądzie Lvbiort na Koraczevie, i nazval się xiądzem Koraczewskim, a Pisimont na Turovie, a Tronath na Nouogrodzie, i panovali na tich zamkach viele lath. I wrocil się nazad.

O matce Kukovoitovei i o samem Kukovoycie

V tich leciech matka Kukovoytova, xiędza vielkiego Żivimbuda, vmrze, Poyata, w vielkiey starosci swey. A xiądz vielki Kukovoith, miluiącz matką swą, i vczinil balvąna na obras iey, cziniącz pamiątką, i postavil tego balvana imieniem matki swoiey Poyati visszei ieziora Żosli, ktori obras chwalili i za boga mieli, tą Poyata. I potim ten bałvąn zgnił i na tim miesczv lippi virosli, i thi lipi chwalili i za boga ich mieli na imie they Poyati asz i do tego dnia. Zatim xiądz vielki litewski i zmodski, w vielkiey spraviedlivosci mayącz, poddanich swoych miluyącz, i sam. Kukovoyth vmrze. I zostavil po sobie sina na Vielkim xiąstwie Litewskim i Zmodskim Vtenusa, ktori sin milviąć oycza swego Kukovoyta, i vczinil balvąna na pamiącz oycza swego i postavil go na gorze iedney nad rzeką Swiętą, niedaleko Dzievialtova, ktoregosz chwalili i za boga jego mieli. A potim ten balvąn zgnil i tam gay virosl i lvdzie ten chwalili i nazvali go imieniem pana swego Kukovoytem.

O czaru Kvrdasie zavolskim. [л. 275] O vielkim czaru Kurdasie zavolskymtatarskim

Tronat, panuiąci na Nouogrodzie, w ten czasz czar zavolski Kurdas powstal i z vielkiemi siłami tatarskiemi na Ruską ziemi. I xiądz Tronata sebral się z bracią swą, z xiądzem Pisimontem turowskim, a s xiądzem Lvbiortem koraczewskim, i ze wszitkiemi silamy, i k temu obeslał się s xiążąti ruskiemi, z xiądzem Siemionem, a z xiadem Dauidem mscislawskim i Swiatoslavem kyewskym. I sokopiwssi się z iednego, szli przeciwko czara Kurdassa i wszitkiey roti iego zavolskei. I potkali się s nim za Moźirem na rzece Okuniewczi, i vderzili vphami miedzi sobą, i vczinili boy lvd od poranky asz do vieczora, i pomoże bog vielkiemv xiędzu Tronacie i xiądzom ruskim, isz czara Kurdasza i wszitko voysko naglovą pobili, ledwie sam czar w maley drużinie vciekl. I w tim boiv duuh bratow vbili, xiędza Pisimonta turowskiego a xiędza Lubiorta koraczewskiego, xiędza Siemiona, sina druczkiego Michaila, xiędza Dauidovego, sina luczkiego Andrzeya, i inich boyar viele vbili. I xiądz vielki Tronath zviciąstwo otrzimawssi i dobitku vielkiego, złota i zrebra, kamienia, perel, szat dobrich nabrawssi wrocil się nazad, a xiądz ruski także do swego odeidzie. Panuiąci xiądzu Tronatu nie malo lath, vmrze, i ostavi sina swego po sobie na vielkim xiąstwie Nouogrodskim Okimonta. I Okimont niemało [л. 276] panovawssi vmrze i pozostavi po sobie syna Rinkolta na vielkim xiąstwie Nouogrodskim. I panuiącz Rinkoltu niemało lat w Nouogrodku i na vielv zamkach ruskich, i vczinią zmovą miedzi sobą xiążąta ruskie, począć valką przeciw vielkiego xiędza Rinkolta, chczącz go zegnacz z oycziżni swoiey, z zamkow ruskich. Napiervey Swiatoslaw kyewski, a Lew wlodimirski i Dmitr druczki. Zebrawssi się trzemi vphami swemi i poszli przeciw vielkiego xiędza Rinkolta, i wzięli czi rusci xiążąta tatar na pomocz sobie od czara zawolskiego na kilka tisiącz tatar. I xiądz vielki Rinkolt potkał ich na rzece Niemnie na Mohilney, i vczinil s niemi boy vielki, i bili się miedzi sobą vielmi moczno, począwssi z ranią asz do vieczora samego. I pomoże bog vielkiemu xiędzu Rinkoltu, isz xiążąt ruskich i wszitka pomoc ich i ordą tatarską naglovą poraził i sąm, swiciąstwo odzierżawssi, z vielkim veselim i dobitkiem złota i zrebra i skarbow, wroczil się nazad i szedl do Nouogrodka. I rozniemoże się, i vmrze bes plodv. Tv się dokonał plod ^М xiążącia Palemona rzimskiego. A drudzi poviedaią iako bi ten Rinkolt, prziszedwssi z onego poboiv do Nouogrodku, i bil w Nouogrodku, i vrobil sinow trzech, i zostavi po sobie na vielkim panstwie Nouogrodskim i Ruskim Voyszvilka, i sam vmrze. Ino o thim Voyszvilkv daley nie pisse. Temu konieć.

Перевод на русский

подчиниться. Он велел обрезать послам носы, губы и уши и отпустил их к царю. На следующий год царь собрал великие татарские силы и орды, пошел на Русскую землю и причинил ей великое зло. Скирмунт со всем войском встретил его на своем рубеже у Койданова, разбил царя, уничтожил татарский полк и самого Болоклая убил. С великой победой он пошел дальше по Руси, взял Мозырь, Чернигов, Стародуб и Карачев и, завершив поход благополучно, возвратился назад. У Скирмунта было три сына: Тройнат, Люборт и Писимонт.

О трех сыновьях Скирмунта

В глубокой старости Скирмунт умер. Люборт сел в Карачеве и назвался князем карачевским, Писимонт — в Турове, Тройнат — в Новогрудке. Много лет они владели этими замками. Здесь повествование возвращается назад. [л. 274]

О матери Куковойта и о самом Куковойте

В те годы умерла в глубокой старости Поята — мать Куковойта и жена великого князя Живибута. Куковойт, любя мать, сделал ее изображение-истукана и поставил выше озера Жосли. Люди почитали этот образ и саму Пояту как богиню. Когда истукан истлел, на том месте выросли липы, и люди почитали их под именем Пояты вплоть до времени летописца.

Великий князь литовский и жмудский Куковойт справедливо правил и любил подданных, а после смерти оставил престол сыну Утенусу. Тот, любя отца, сделал в его память истукана и поставил на горе над рекой Святой, недалеко от Девялтова. Люди почитали его за бога. Когда истукан истлел, там выросла роща; ее стали чтить и называть именем Куковойта.

О великом заволжском татарском царе Курдасе

Когда Тройнат правил Новогрудком, заволжский царь Курдас с огромным татарским войском пошел на Русь. Тройнат соединился с братьями — Писимонтом туровским и Любортом карачевским — и с русскими князьями Семеном, Давидом мстиславским и Святославом киевским. Общим войском они выступили против Курдаса и встретили его за Мозырем на реке Окуневке. Полки сошлись и бились от утра до вечера. Бог помог Тройнату и русским князьям: Курдас и все его войско были разгромлены, сам царь едва ушел с малой дружиной.

В битве погибли братья Тройната Писимонт и Люборт, князь Семен — сын друцкого Михаила, князь Андрей — сын луцкого Давида, и многие бояре. Тройнат взял богатую добычу — золото, серебро, драгоценные камни, жемчуг и дорогие одежды — и возвратился, а русские князья разошлись по домам.

После многих лет правления Тройнат умер, оставив Новогрудок сыну Окимонту. Окимонт также долго правил и оставил сына Рингольта. Против Рингольта составили союз русские князья Святослав киевский, Лев владимирский и Дмитрий друцкий, желая изгнать его из своих прежних русских замков. Они привели на помощь несколько тысяч татар от заволжского царя. Рингольт встретил их на Немане у Могильно. Битва длилась с утра до вечера; Бог помог Рингольту, и он наголову разбил русских князей, их союзников и татарскую орду. С великой радостью и богатой добычей он вернулся в Новогрудок, занемог и умер бездетным. Так прекратился род римского князя Палемона.

Другие, однако, говорят, что после этой битвы Рингольт возвратился в Новогрудок и родил трех сыновей, оставив Новогрудскую и Русскую державу Войшелку, после чего умер. Но далее о Войшелке ничего не написано. Здесь этому конец. [л. 276]