Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Очерк истории Полоцкой земли до конца XIV столетия Лист 100, с. 79

Василий Данилевич о Полоцкой земле от древнейшего населения до конца XIV века: границы и города, полоцкие князья от Рогволода и Всеслава до Андрея Ольгердовича, Ливония, переход под власть литовских князей, вече, торговля и церковь. Киев, 1896.

Очерк истории Полоцкой земли, 1896: лист 100 из 282

С. 79

Оригинал

въ Курскѣѣ456. О княженіи послѣдняго въ Полоцкѣ лѣтопись ничего не сообщаетъ.

Ссылка Полоцкихъ князей въ Царьградъ является финаломъ ихъ вѣковой борьбы съ кіевскими князьями. Вскорѣ послѣ этого Мстиславъ Владиміровичъ скончался, а его преемники уже не имѣли возможности заниматься собираніемъ русскихъ земель, Они должны были заботиться объ удержавіи за собой кіевскаго стола, Само собой разумѣется, что при такихъ условіяхъ они не могли и думать объ увеличеніи своихъ владѣній, Поэтому полоцкіе князья, воэвратившись изъ. Царьграда, безпрепатственно заняли свои земли, и кіевскіе князья уже больше не пытались подчинить ихъ своей власти, Мѣжду тѣмъ вѣковая борьба эта была тѣмъ болѣе чувствительна для Полоцкой зеыли,

Сноски

456. Подъ 1133 годомъ мы находимъ слѣдующее извѣстіе: „посла Ярополкъ по дру- raro Мьстиславича въ Полтескъ по Изяслава“. Ипат., с. 218. Ср. Довнара-Запольскаго. Оч. ист., с. 95, и Грущевскаго. Ист. Кіев. зем., с. 139, а также Татищева, кн. Ц, с. 243. Въ Ипат. (с. 218) и Воскр, (с. 28) сказано, что Мстиславъ „мужи свои посажа по городомъ ихъ“. Очень можетъ быть, что, до переѣзда Изяслава изъ Курска въ Полоцкъ, Мстиславъ и посадилъ свонхъ мужей, чтобы земля не оставалась безъ правителей, Но несомнѣнно, что, съ прибытіемъ Изяслава,. вся земля неренла къ нему, слѣдовательно, мужи были посажены временно. Кстати скажемъ нѣсколько словъ по поводу похода Мстислава на Литву, Въ лѣтописи (Густ., с. 292) походъ этотъ описанъ такъ: „Мстиславъ Володымеровичъ Кіевскій ходи на Литву, со сынами своими, и Олговичи, и со Всеволодомъ Юрьевичомъ Городенскимъ, Литва же отъ страха разбѣгошась, а Русь еже обрѣтоша побраша, а селы и грады пожгоша, и возвратишася, Литва же потомъ собравшеся гониша за Русью и погонизше Кіянъ многихъ тогда побиша“. Довнаръ-Запольскій (Оч. ист., с. 96—97), комментируя это извѣстіе, говоритъ: „Что это была за Литва,-изъ обстоятельствъ похода не видно, не видно также и причины похода, Но послѣдняя ясна будетъ, еслн вспомнитъ, что Полоцкіе князья находились съ Литовскими народцами въ постоянныхъ сношеніяхъ, что эти народцы, по крайней мѣрѣ сосѣдніе, находились въ подчиненномъ положеніи къ Полоцкимъ князьямъ, что среди нихъ жили Кривичи колонисты, Это смѣшанное русско-литовское населеніе, очевидно, не желало покорнться новому князю, и пользуясь наступившимъ замѣшательствомъ, стремилось обосободиться“. Такое толкованіе этого похода не имѣетъ за себя никакихъ фактическихъ основаній, Авторъ совершенно упускаетъ изъ виду, что Литва граничила, кромѣ Полоцкой земли, еще съ Турово-Пинскими княжествами, Волынской землей, Турово-Пинскія княжества и Волынская земля, какъ видно изъ описанія похода 1127 года (Лавр., с. 282—284), находились въ подчиненіи у кіевскихъ великихъ князей, а потому на ихъ владѣнія въ Литвѣ не могъ быть предпринятъ походъ, Но почему онъ не могъ быть предпринятъ противъ тѣхъ частей Литвы, которыя соприкасались съ Галицкой Русью (ср. карту ея у Шараневича. Ист. Галицко-Волод. Руси), а потому и колонизозались изъ Галицкой Руси? Кромѣ того, походъ этотъ могъ быть предпринятъ противъ Литвы, потому что она тревожила зеили, тянувшія къ Кіеву, каковыми были Турово-Пинскія княжества и Волынская земля. Прибавимъ еще, что Русь, упоминаемая здѣсь, можетъ быть, означаетъ русскихъ плѣнниковъ въ Литвѣ, а не колонистовъ, Врядъ ли слова „Русь еже обрѣтоша побраша“ могутъ указывать на насильственный захватъ этой Руси кіевскимъ войскомъ, каково было бы плѣненіе, скорѣе ихъ можно истолковать въ томъ смыслѣ, что кіевское войско забирало съ собой тѣхъ плѣнныхъ русскихъ, какіе ему встрѣтились во время похода по Литвѣ. Вообще, описаніе этого похода настолько неясно, что трудно дѣлать изъ него какіе-либо выводы.

Современная орфография

в Курскее456. О княжении последнего в Полоцке летопись ничего не сообщает.

Ссылка Полоцких князей в Царьград является финалом их вековой борьбы с киевскими князьями. Вскоре после этого Мстислав Владимирович скончался, а его преемники уже не имели возможности заниматься собиранием русских земель, Они должны были заботиться об удержавии за собой киевского стола, Само собой разумеется, что при таких условиях они не могли и думать об увеличении своих владений, Поэтому полоцкие князья, воэвратившись из. Царьграда, беспрепатственно заняли свои земли, и киевские князья уже больше не пытались подчинить их своей власти, Между тем вековая борьба эта была тем более чувствительна для Полоцкой зеыли,

Сноски

456. Под 1133 годом мы находим следующее известие: „посла Ярополк по дру- raro Мьстиславича в Полтеск по Изяслава“. Ипат., с. 218. Ср. Довнара-Запольского. Оч. ист., с. 95, и Грущевского. Ист. Киев. зем., с. 139, а также Татищева, кн. Ц, с. 243. В Ипат. (с. 218) и Воскр, (с. 28) сказано, что Мстислав „мужи свои посажа по городом их“. Очень может быть, что, до переезда Изяслава из Курска в Полоцк, Мстислав и посадил свонх мужей, чтобы земля не оставалась без правителей, Но несомненно, что, с прибытием Изяслава,. вся земля неренла к нему, следовательно, мужи были посажены временно. Кстати скажем несколько слов по поводу похода Мстислава на Литву, В летописи (Густ., с. 292) поход этот описан так: „Мстислав Володымерович Киевский ходи на Литву, со сынами своими, и Олговичи, и со Всеволодом Юрьевичом Городенским, Литва же от страха разбегошась, а Русь еже обретоша побраша, а селы и грады пожгоша, и возвратишася, Литва же потом собравшеся гониша за Русью и погонизше Киян многих тогда побиша“. Довнар-Запольский (Оч. ист., с. 96—97), комментируя это известие, говорит: „Что это была за Литва,-из обстоятельств похода не видно, не видно также и причины похода, Но последняя ясна будет, еслн вспомнит, что Полоцкие князья находились с Литовскими народцами в постоянных сношениях, что эти народцы, по крайней мере соседние, находились в подчиненном положении к Полоцким князьям, что среди них жили Кривичи колонисты, Это смешанное русско-литовское население, очевидно, не желало покорнться новому князю, и пользуясь наступившим замешательством, стремилось обосободиться“. Такое толкование этого похода не имеет за себя никаких фактических оснований, Автор совершенно упускает из виду, что Литва граничила, кроме Полоцкой земли, еще с Турово-Пинскими княжествами, Волынской землей, Турово-Пинские княжества и Волынская земля, как видно из описания похода 1127 года (Лавр., с. 282—284), находились в подчинении у киевских великих князей, а потому на их владения в Литве не мог быть предпринят поход, Но почему он не мог быть предпринят против тех частей Литвы, которые соприкасались с Галицкой Русью (ср. карту её у Шараневича. Ист. Галицко-Волод. Руси), а потому и колонизозались из Галицкой Руси? Кроме того, поход этот мог быть предпринят против Литвы, потому что она тревожила зеили, тянувшие к Киеву, каковыми были Турово-Пинские княжества и Волынская земля. Прибавим еще, что Русь, упоминаемая здесь, может быть, означает русских пленников в Литве, а не колонистов, Вряд ли слова „Русь еже обретоша побраша“ могут указывать на насильственный захват этой Руси киевским войском, каково было бы пленение, скорее их можно истолковать в том смысле, что киевское войско забирало с собой тех пленных русских, какие ему встретились во время похода по Литве. Вообще, описание этого похода настолько неясно, что трудно делать из него какие-либо выводы.